Полина
Шрифт:
В пути я стараюсь твой смысл понять,
в стихи или речи, деянья поверить,
все роли, их временность, важность принять,
и с космосом время твоё соизмерить.
Ты мне представляешься разной, любой,
то милою кошкой, то вольною птахой,
и видишься женщиной с сильной душой,
не склонной ко лжи, пустоте или страху.
В
стальную устойчивость, мягкость пушинок.
За это, другое уже полюбил,
взирая на святость, красоты вершины.
Елене Тукаловой
Телосожжение
Душа будет вечно в капкане костей,
в решётке скелета, древесной коробке,
не сможет подняться, познать новостей
в темнице меж сырости, живности колкой.
Она станет узницей в формочке стен,
как будто записка под пробкой в бутылке.
Ей будет так тесно без жилок и вен,
среди шалаша одиноко и стыло.
Она будет долго в тюремном бреду,
из тьмы в высоту упорхнуть не сумеет,
не сможет стать гостем в раю иль аду,
в земле догниёт и вживую допреет.
Поэтому, нет! Нет истленью, червям!
Не надо быть весом к планете тяжёлой!
Предайте огню, что отправит к лучам,
дав вылет, свободу из туши чуть жёлтой…
Идея Елены Тукаловой
Славноголосая
Ваш вкусный, живой и цветной голосок
питает мой слух и подкожные струны.
Он – чистый ручей, что дарует свой сок.
Над ним облака или солнца и луны.
Как ровная лента, как звонкая трель,
как истина, что так парна и молочна,
как будто бы пуля трассирует цель,
как лакомый мёд, что втекает цветочно.
Внутри он мешается с дёгтем моим,
так солнечно, быстро его побеждая.
И я, наделённый им, сладким таким,
стихи и улыбки из губ выпускаю…
Елене Тукаловой
Военком. Военные проводы
Печальные взгляды, испуг
напутствия пап и партийных легатов,
бравада вчера ещё бывших детей
на старом вокзале средь алых плакатов.
Кипучие речи про Родину, долг,
про беды, застигшие мирность планеты,
что снова пора пополнять битый полк
остатком села, что гуляет под светом.
… Я вижу наличие страха без слов
в пяти ветеранах, в их лицах героев,
какие всё знают, что ждёт там юнцов,
какими случаются скопища боя…
Я строю ряды оглуплённых мальцов.
Под мокрой фуражкой командное тело
вербует безусых и бледных глупцов,
во имя смертельно-безумного дела.
Не я распоясал войны кимоно,
не я дал винтовки, наганы и пули,
не я тиражировал чудо-кино
про сотни побед без поднятия дула.
Я только лишь славлю приказы, вождя.
Но ставлю я роспись под именем воина.
Я в пору жары и снегов, и дождя
опять отправляю теляток на бойню…
Ночной искатель любви
Сплетенья дорог, их узлы и развязки,
проезд, виадуки, бульварный простор
иль ровные тропы да грёз неувязки
меня завели в похотливейший двор.
Стучась о дома, их таблички и числа,
как шарик среди лабиринта и стен,
сюда прикатился клубок моих мыслей,
где выбор грехов и доступности цен.
Полно тут изысков, фантазий и лести!
И тут, где утеряна совесть и честь,
прошу во хмелю час с монашкой иль бестьей,
чтоб были с умами и сочностью мест!
И каждый притон отвечает согласьем,
но, видя беспутниц, я прочь ухожу.
Иду к тупику с подпитым косоглазьем.
Вдруг ярко, внезапно любовь нахожу…
Минская девочка
Ты кажешься мне легковесной весной,
давно потерявшей адамовы корни
и ставшей богиней земной и простой,
иль птицей, что хочет до моря, на горы;