ПОЛК СТРЕЛКА ШАРПА
Шрифт:
Шарп ткнул в Меррила, раздавленного перспективой подчиняться какому-то старшине:
— И вы! — палец указал на Пирса, — Марш во двор. Найдёте капитана д’Алембора и поможете ему собрать личный состав на плацу. Через десять минут я проведу смотр. Живо!
Рады-радёшеньки вырваться из лап ужасного майора, лейтенанты испарились, Шарп с Карлайном остались один на один.
Стрелок взял с тарелки бутерброд, откусил, начал жевать. Пауза затягивалась. Гостиную украшали живописные полотна со сценами охоты, на которых джентльмены в пышных мундирах застыли, обречённые вечно гнаться за вечно убегающей
— Где подполковник Гирдвуд?
— Откуда мне знать, сэр? — жалобно проныл капитан, будто школьник, оправдывающийся перед строгим учителем.
Шарп с отвращением смотрел на раскисшего Карлайна:
— Вторым Батальоном командует подполковник Гирдвуд?
— Да, сэр.
— Так где же он? И где, чёрт возьми, второй батальон?
Шарп подступил к капитану вплотную. Шарп был выше капитана. От напомаженных кудряшек Карлайна несло чем-то приторно-сладким. Стрелок проникновенно сказал:
— Моего прежнего полкового старшину звали МакЛэрд.
Капитан торопливо кивнул:
— Я встречал в ведомостях его фамилию.
— Меньше месяца назад горемыке распороло живот, и окровавленные кишки вывалились наружу. Он умирал у меня на руках. Зрелище, капитан, малоаппетитное. Надолго отбивает желание жрать пирожные и хлебать чаёк. Но я, клянусь, дам вам шанс испытать то же, что бедолага МакЛэрд. При малейшем подозрении, что вы врёте или виляете, я вырву вам ливер и вобью в глотку. Ясно?
Капитан, казалось, вот-вот упадёт в обморок:
— Сэр?
— Где второй батальон?
— Не знаю, сэр! Не знаю, Господь свидетель!
В глазах Карлайна стояли слёзы, и Шарп ему поверил.
— Рассказывайте, что знаете, капитан Карлайн.
Занятную историю поведал чуть не хныкающий капитан. Укомплектованный под завязку второй батальон ни с того, ни с сего был полгода назад объявлен подразделением запаса. Вербовку прекратили, а затем в один прекрасный день подполковник Гирдвуд собрал всех новобранцев и увёл.
— То есть, как это — увёл? Куда увёл?
— Подполковник Гирдвуд объяснил, что новобранцев распределят по другим полкам. Дескать, война подходит к концу, и армию будут сокращать. Мы послали первому батальону последних рекрутов и всё. — капитан беспомощно пожал плечами.
— Пока что нашу армию усиленно сокращают французы, Карлайн, и нам чертовски нужны пополнения! Вы ведёте вербовку?
— Нет, сэр. Дано указание прекратить.
За окном Патрик Харпер строил на плацу горстку растерянных солдат.
— Подполковник Гирдвуд утверждал, что личный состав распределят по другим частям?
— Так точно, сэр.
— Думаю, известие о том, что все эти семьсот бойцов по ведомостям Главного Штаба до сих пор получают жалованье и пайки, откровением для вас, Карлайн, не станет?
Капитан молчал. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, в чей карман полгода уходили средства. Подполковнику Гирдвуду на бедность. Старый, как мир, армейский фокус — получать деньги на несуществующих солдат.
— Но почта-то второму батальону приходит? А, Карлайн? Списки, учётная документация? Куда вы её деваете?
— Отсылаем в военное министерство, сэр.
— Вот как? — Шарп опешил.
Военное
— Секретарю самого лорда Феннера, сэр. — со значением добавил Карлайн, видимо, в глубине души надеясь, что упоминание столь высокопоставленной персоны укротит буйный нрав майора.
Укротить не укротило, но огорошило. Лорд Феннер, военный министр, поставил в известность Веллингтона, что первый батальон Южно-Эссекского полка намечен к расформированию в связи с отсутствием подкреплений. А подкрепления отсутствовали из-за того, что, как теперь выяснилось, именно с подачи военного министра шесть месяцев назад исчез второй батальон. Картинка вырисовывалась гаденькая: подполковник Гирдвуд при поддержке лорда Феннера обкрадывали армию. Подделывали платёжные ведомости и присваивали деньги.
В коридоре простучали шаги, и в гостиную заглянул Харпер:
— Люди построены, сэр. Сколько их ни есть.
Шарп повернулся:
— Полковник старшина Харпер, это капитан Карлайн.
— Сэр!
Харпер взирал на Карлайна, как удав на кролика. Капитан, привыкший распинаться перед слабым полом в своих воинских доблестях, сейчас чувствовал себя кем угодно, только не воином. Очень уж контрастировали его белые ручки и бальные туфельки с волчьими физиономиями этой парочки.
— Как, по-вашему, старшина, — ровно поинтересовался Шарп, — война сильно притупила мой ум?
Секунду ирландец терзался соблазном утвердительного ответа, но потом субординация победила:
— Нет, сэр. А в чём дело?
— Понимаете, старшина, попотчевали меня любопытным анекдотцем. В некоем полку (назовём его, к примеру, Южно-Эссекским) организовали второй батальон, который обязан был вербовать рекрутов, тренировать рекрутов и посылать пресловутых рекрутов первому батальону в Испанию. Всё правильно, капитан Карлайн?
— Да, сэр.
— Но вдруг, старшина, шесть месяцев назад, второй батальон ни с того, ни с сего превратился в батальон запаса, в армейский отстойник! — стрелок, не мигая, уставился на Карлайна, — Почему, Бог весть. Мы подыхаем в Испании, но кто-то решил, что новобранцы нам не нужны. Но вот чего я не понимаю, старшина: мне кое-кто говорит, что второй батальон стал батальоном запаса, и почта его отсылается в военное министерство, а Главный Штаб и поныне выписывает деньги и жратву на семь сотен рекрутов. Что вы скажете, старшина Харпер?
— Скажу, сэр, что этому самому кое-кому надо вырвать его лживый язык.
— Отличная мысль, старшина. — одобрил Шарп и, впившись взглядом в капитана, рявкнул, — Ты врёшь мне, Карлайн?
— Нет, сэр, нет! Не вру!
Карлайн не врал, но это ничего не меняло. Выбравшись на озарённый солнцем плац, Шарп всё равно пребывал во мраке. Мраке неизвестности. Собранные д’Алембором на поверку нижние чины относились к первому батальону. Второго не было, следовательно, не было подкреплений, без которых участие Южно-Эссекского во вторжении на территорию Франции было невозможно. Единственный человек держал в руках все нити этой запутанной истории, но Шарп сомневался, что лорд Феннер, военный министр, будет откровенничать с каким-то майором.