Полный root
Шрифт:
— Что, пришла весна и тянет к бабам? — пробурчал Ринат, открывая дверь. — Смотри, гад, кастрирую тебя!
Последнюю фразу он бросил коту уже вдогонку, и Ромеро не обратил на нее никакого внимания. То ли он не знал, что такое кастрация, то ли знал, но понимал, что все эти угрозы не более чем пустой звук, и хозяин просто «понты колотит» — только хвост мелькнул уже внизу лестничного пролета.
Захлопнув дверь, Ринат стал спускаться по лестнице вслед за котом. В отличие от своего питомца, настроенного исключительно на любовные похождения, Ринат преследовал куда более обыденные цели — зайти в соседний
Солнце ослепило его — Ринат прикрыл глаза и пожалел, что не взял темные очки. Когда он в последний раз видел солнце? Блин, давно. Последнее время все его передвижения происходили вечером или скорее даже ночью.
Магазин находился в нескольких минутах ходьбы от дома. Ринат купил минералки, сока, каких-то мясных консервов и колбасы, прихватил упаковку пива и побрел обратно домой.
Желание подышать свежим воздухом возникло уже перед самым подъездом. Ринат уселся на скамейку под раскидистым тополем, открыл бутылку пива, сделал несколько глотков и, блаженно улыбнувшись, закурил сигарету.
Легкий прохладный ветерок обдувал лицо. Солнце еще не успело прогреть землю, и не было пока той ненавистной Ринату жары, от которой можно было спастись только под хорошим кондиционером. Свежий воздух, бутылка холодного пива, сигарета — как мало надо для того, чтобы почувствовать себя счастливым.
— Хорошая погодка, не правда ли?
В голосе звучал легкий, едва заметный прибалтийский акцент.
Ринат повернулся. Рядом с ним на лавочке сидел невесть откуда взявшийся щуплый старичок в старомодном костюме и мягкой фетровой шляпе.
Старичок вежливо приподнял шляпу и насмешливо произнес:
— Простите за беспокойство. Вероятно, я помешал вам размышлять о чем-то важном… но я хотел задать вам пару вопросов.
На сумасшедшего он никак не тянул — в глазах его светились веселые искорки и похож он был скорее на юмориста из телешоу, от которого в любой момент можно ожидать какой-нибудь хохмы.
— О чем? — довольно невежливо спросил Ринат. Старичок вроде бы смутился.
— Видите ли… я в некотором роде исследователь. Занимаюсь изучением Сети, ее влиянием на молодежь… ведь уже не секрет, что для большинства современной молодежи Сеть стала домом, работой, местом отдыха… можно сказать, даже семьей. Ты же хакер, верно?
Все слова, которые сказал старичок, произнесены были одним и тем же тоном — дружелюбным, вежливым… Даже переход на «ты» получился незаметным.
Только вот последний вопрос…
Ринат, который как раз в этот момент делал глоток пива, чуть не поперхнулся. Глаза сразу же обежали весь безлюдный двор и только потом с подозрением уставились на старичка, который продолжал сидеть и смущенно улыбаться.
Назвать человека хакером — это не оскорбление. Это обвинение. Это хуже, чем обвинить в государственной измене. Много хуже. Потому что от измены отмазаться можно — достаточно лишь хорошего адвоката и берущего прокурора. Сетевое преступление — куда более серьезный проступок. У него нет срока давности, за каждым процессом хакеров наблюдает куча различных комитетов… А еще есть Джет.
— Эээ…
— Позвольте вам не поверить, — старичок игриво и непринужденно отмахнулся, снова перейдя на «вы». — Торик вряд ли взял бы к себе в помощники ламера, да и троянцев он писать толком не умеет, постоянно в них баги оставляет.
— Торик… какой Торик? — Ринат облизал губы, а пальцы автоматически перехватили поудобнее пивную бутылку.
«Он знает… он знает про Торика… про взлом государственного сервера…
Первая степень в группе. Пожизненное. Без амнистии, без права переписки… Высшая мера.
Валить. Валить отсюда. Даже домой не заходить. Бутылкой в висок, все бросить и уходить. Такси. На вокзал. И на юг. Документы, блин! Хрен с ними, с документами. Или заскочить домой, документы, деньги, через крышу.
Кто этот старик, откуда он взялся? И чего он хочет?»
Паника. Отчаянная паника, нарастающая с каждой секундой.
— Ты и у ТуФеда на хорошем счету, да? Кстати, поздравляю, вы на прошлой неделе хорошо сработали, практически никаких следов… — Старичок подмигнул, и в это мгновение перед мысленным взором Рината промелькнули все его самые страшные кошмары. Камера с сырыми бетонными стенами, улыбающееся лицо Джета, самолично вкалывающего подозреваемому «арманьяк-2020» или поломин, Райса — безумная тюрьма, где сидят вперемешку психопаты, убийцы, насильники и хакеры… Это конец. Конец всего.
А в следующее мгновение Ринат, размахнувшись, со всей силы ударил старика донышком бутылки. В висок. Без пощады. Оглушить… убить… неважно.
Казалось, что ударил.
Бутылка замерла в нескольких сантиметрах от виска. Рука не двигалась — просто потому, что не могла двигаться, словно зажатая в тиски.
А старичок, не меняя позы и не делая ни единого движения, продолжал смотреть на Рината и мило улыбаться.
Остатки пива вытекли из горлышка и залили руку Рината. Он чувствовал липкую влагу, он чувствовал, как руку обдувает ветер, — но пошевелить рукой не мог.
Сильно захотелось закурить. Странно, но это желание на несколько мгновений даже вытеснило страх.
— Мне показалось, что ты хотел угостить меня пивом, но в последнюю секунду я подумал о том, что могу и ошибаться, — произнес старичок.
Его тон подействовал на Рината успокаивающе.
— Чего ты хочешь? — спросил он.
— Поговорить. Ты готов к разговору?
Можно подумать, есть варианты. Ринат кивнул головой.
— Тень! Отпусти его, — скомандовал старичок, и невидимая сила, державшая руку, исчезла.
— Ты только больше не шути так, Ринат, — посоветовал старичок. — Честно говоря, я еще пока плохо научился управлять… Тенью. В общем, боюсь, я не смогу побеседовать с трупом.
Под сомнения его слова ставить не хотелось. Ринат медленно полез в карман, достал сигареты, закурил и глянул на старичка.
— Ты ведь не на Джета работаешь?
— Нет, — старик презрительно цыкнул языком. — К этому мудаку я не имею никакого отношения.
Последняя фраза, как ни странно, слегка повеселила Рината. В той мере, в какой хорошее выражение может порадовать человека, попавшего в капкан. Он криво усмехнулся, затянулся и спросил: