Полотно
Шрифт:
Но я рада,
Что моя страна
Еще не перешагнула ту черту,
За которой поэт может быть только Гарсиа Лоркой.
И я призналась бы ангелу смерти, что в этом мире
Мне ничего нет дороже твоей улыбки…
Но разве сейчас моя страна
Не заблудилась уже, сомневаясь,
Какие границы нельзя перешагнуть?
И разве сейчас, сию минуту,
Нас всех не держит за шиворот ангел смерти?
И мне все труднее
Не заговорить
А ты улыбаешься мне
24 мая
Свобода -это когда забываешь
отчество у тирана
(И.Бродский)
День рождения Бродского. Стало быть, к лету
нас влечет… Ариадна смотала все нити.
Предложили людей отпустить людоеду,
он ответил: «Сырые. Невкусно… Сварите…»
Вот и варимся в этом котле. Кто задира,
кто герой, кто хитрец, – то возносит нас пенно,
то поникнем под лавром… Действительно сыро.
И отдельные отчества столь незабвенны…
На Письма римскому другу И.Бродского
Дождь протягивает руки сквозь перила -
анфиладу, мол, зеркал тебе готовлю…
Этот ливень переждать с тобою, милый,
я могу – но в чем увидел ты торговлю?!.
Я с Фортуной, чей фавор к тебе не меньше
моего, и впрямь судилась бы – рядилась,
не впервой!.. На свете очень много женщин,
с кем из-за тебя мне спорить доводилось…
Цезарь все еще плетет интриги – впрочем
старый волк не может сам уйти, честь честью…
Хоть разок пройди со мной садами ночью,
расскажи, как называются созвездья!..
Суждено ль нам увидаться за могилой,
где в Элизиуме снов нектар мы вспеним?!
Слишком страшно жить в Империи, мой милый,
так с тобой поговорить и не успеем.
Здесь за деньги отдаются все элиты -
что же нам с тобой до них, скажи на милость?..
Ты идешь сквозь дождь, и зеркала разбиты,
амальгама по дорожкам раскатилась…
Приговор
Жертва – сапоги всмятку
(Н.Г.Чернышевский)
Приговор порядку.
Смерть артиста – арест в зале.
Сапоги всмятку,
Так как душу уже стоптали.
Смыслы слов – в изводе…
Но, казня, лютуя,
Бодрым маршем по нам ходят
Сапоги вкрутую…
Новогодняя распродажа 6 декабря 2011
Перейду
(Муса Джалиль)
Так выйдешь из дому, как доктор Живаго,
в аптеку пойдешь – и уже на войне,
чтоб где-то к началу трехсотого шага
уже по другой пробираться стране…
Морозней дыханья арктической вьюги
дыханья истории хриплый Чейн-Стокс,
уже казаки подтянули подпруги,
уже загрузили лопаты в обоз…
Двенадцатый год… Время красной кометы…
Все ближе Антихриста страшная рать…
А я все считаю в кармане монеты,
подарки под елку спеша покупать…
Сретенье
Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко,
по слову Твоему, с миром,
ибо видели очи мои спасение Твое…
Бывает, ждешь, уже не чаявши,
Придет ли?!..
А придет – дух вон…
Дождавшись – «Ныне отпущаеши…»
Сказал сегодня Симеон…
Не знает лист, раскрывший устьица,
Что знает ветка наизусть…
И мне когда-нибудь отпустится,
И я когда-нибудь дождусь…
Цикл Страстная Седмица
Вход Господень в Иерусалим
Кому тревожно, что судьбой гоним,
Кому – что он храним судьбою, мнится…
Так мы и входим в Иерусалим,
Где суждено нам всем преобразиться.
Нам в праздничном неведенье непрост
Вопрос о том, что не доступно глазу…
Пир или суд, и сад или погост,
И страх, и чудо – все приходит сразу!
Все судьбы мира скрутятся в клубок
Вкруг скромной жажды преломленья хлеба…
Рыбак, школяр, купец – и с нами Бог -
Мы входим в город, и уходим в небо…
Великий Понедельник. Притча о Смоковнице.
Душа не древо. И, чудес полна,
Переживает враз весну и осень,
Мешает словно краски времена:
Спит и растет, цветет и плодоносит…
Не медли! Об отсрочке не проси,
Сперва мол завязь, а созреет следом.
Для этих смокв не сплетено корзин,
И урожая срок душе неведом…
Ведь не сажали мы свои сады:
Их Сеятель вручил нам, бестолковым…
Когда придет Он собрать плоды,
Молись чтобы душа была готова…
Великий Вторник. Притча о женихе полунощном.
В этом мире все гости мы,