Половинка
Шрифт:
Елена озлилась на себя, зато, что кровь бросилась в лицо, зато, что не сразу нашла слова для ответа.
– Ухаживать? Думаешь, у нас что-то выйдет? А вдруг я не смогу ответить на твои чувства, а ты рискнул всем: работой и налаженной жизнью. Вдруг ничего не получится, а ты зря потратишь на меня силы и время. Не боишься разочароваться? Не опасаешься, что я доставлю тебе лишь боль?
Ведя машину одной рукой, другой Ян сжал её пальцы.
– Я люблю тебя и всегда любил. И если есть хоть малюсенький шанс, что когда-нибудь ответишь на мои чувства, я его использую. А ничего не выйдет, упрекать не стану. Насильно мил не будешь. Я счастлив от одной возможности просто общаться с тобой, говорить, видеть
Елена смутилась. Чёрт! Слова Яна бальзамом лились на её израненную душу. Предательское сердце бухало в груди, разгоняя кровь по венам. Она ощущала себя любимой и желанной женщиной, а не той, которую отвергли, выбрав другую. Чувствовала себя нужной и единственной. Что она теряет? Одиночество? Холодные ночи в постели? Так туда и им и дорога. Ей ведь на самом деле всегда нравился Ян, просто чувства к Дмитрию оказались сильнее. Но теперь, когда они поостыли, можно больше не скрывать, не прятать, не загонять эмоции к Яну, дать им возможность раскрыться. Он обещал не торопить её, поэтому будет уйма времени узнать его лучше. Она очень хочет снова стать счастливой. Так почему бы не дать Яну эту возможность?
– Я согласна, – ответила Елена просто.
– Серьёзно? Ты разрешаешь мне ухаживать за тобой, – уточнил Ян, останавливая джип на обочине.
– Ага. Давай попробуем.
Быстро отстегнув ремень, Ян обнял Елену и крепко поцеловал.
Отстранившись, она возмутилась:
– Кто тут собирался не гнать во весь опор?
Нежно прикасаясь к её рту, Ян прошептал:
– Я закрепляю договор.
Эмоции захлестнули Елену. Она подумала, что больше чем трёхмесячное воздержание сделало из неё маньячку. Ей так нравились прикосновения Яна, что очень хотелось продолжения. Она сама обхватила руками его голову, и стала покрывать губы Яна лёгкими дразнящими поцелуями.
Услышав его тягучий стон, медленно отстранилась. Для этого понадобилось собрать все силы.
– Я тоже закрепляла договор, – ухмыльнулась Елена.
Ян откинулся на сиденье.
– Придётся немного посидеть, прежде чем поедем дальше. У меня голова закружилась. – Он хрипло засмеялся. – Прямо как у нервной девицы. Да уж… трудновато мне придётся.
Елена подумала, что такими темпами его ухаживания долго не продлятся.
Минуты через две Ян вырулил на трассу, и они тронулись в путь. В Краснодар прибыли через два часа. Предупреждённые заранее близнецы встретили их у входа в общежитие.
Пока Акси обнималась с матерью, Саша рассматривал привезённый Яном подарок.
– Спасибо, дядя Ян. Ты не представляешь, как выручил нас.
Ян похлопал его по плечу.
– Я рад. Мне не трудно. Обращайся. Кстати, мы можем видеться чаще, я перебрался в Анапу.
– Здорово.
– Мам, вы не спешите? Мы с Акси ещё не обедали. Тут кафе есть неподалёку, сходим, перекусим?
Две выпитые чашки кофе давно растворились в желудке Елены, она тоже ощущала голод.
Студенческую забегаловку сложно было назвать кафе, меню не могло похвастаться изысками. Но обычный картофельный суп и макароны с котлетами здесь подавали.
Во время еды Акси расспрашивала мать обо всём, избегая упоминать отца. Ян беседовал с Сашей об учёбе и новых проектах.
Насытившись простой, но вкусной едой, все вышли на улицу.
– Саш, Акси, отвечайте на звонки отца, он
Акси вздохнула.
– Сашка с ним разговаривает, я пока не могу. Может, позже.
Попрощавшись с детьми, Елена и Ян поехали обратно.
Эпилог
Конец февраля выдался необычайно тёплым. Раньше в февральские окна на приусадебных участках ухитрялись высадить ранний картофель, но уже лет пять, как перестали это делать, потому что март, который год оказывался холоднее декабря, словно зима по ошибке этот месяц добавила себе. Выйдя из магазина, Дмитрий уложил пакеты с продуктами в багажник. Проверил по списку, всё ли купил, что заказывала Полина, поднял голову. Знакомый голос раздавался неподалёку. Из раздвижных дверей супермаркета на парковку вышли Ян Заремский и его бывшая жена. Друг детства одной рукой катил тележку, другой обнимал за плечи Елену.
– Вот скажи, зачем покупать целую упаковку мороженого. Хочешь, чтобы я растолстела? – улыбаясь, упрекнула она его.
Ян поцеловал её в щёку.
– Хочу. Ты мне нравишься любой, – он понизил голос. – Особенно утром сонная, растрепанная, тёпленькая.
Елена шутливо стукнула его кулаком по груди.
Свернув в сторону и не заметив Дмитрия, они направились к чёрному джипу.
А его будто громом поразило. Просто слышать от Трифа и Юрки, что Ян взял в оборот его бывшую, отбиваться от ехидных слов Аллы – это одно, а увидеть совсем другое. Вот казалось бы полгода он не прикасался к Алёне, пять месяцев живёт с Полиной, должен успокоиться и ничего не чувствовать, но нет ярость вскипятила кровь так, что в глазах потемнело. Как она могла связаться с Заремским? А бывший дружок рад, что он совершил ошибку, тут же подкатил к Алёне. Ведь прежде Ян и мечтать не мог, что она ему достанется. Дождался гад! То-то он избегал его, не приходил на встречи с друзьями.
В груди жгло огнём. Дмитрий понимал, что сам во всём виноват, но от этого легче не становилось. Ему казалось: его предала и жена, и друг. Они не должны быть вместе! Пусть бы Алёна нашла другого, ему бы не было так плохо. Где-то глубоко в сердце жила надежда, в которой он не признавался сам себе: вот случится чудо, и он снова будет со своей семьёй. Осознавал, что никаких решительных шагов для своего возвращения не предпринимал, плыл по течению, но всё равно лелеял эту мечту. А теперь её безжалостно уничтожила действительность. Дмитрий рвано дышал, сердце билось о грудную клетку. От досады он саданул кулаком по багажнику. Кисть опалило болью. Сев в машину, долго не мог прийти в себя. Умом принимал: Алёна давно для него потеряна, но душа отчаянно не желала признавать.
«Ну и чего я расклеился, – стал уговаривать себя Дмитрий. – К Полине почти привык. Она иногда завтраки готовит, в свою очередь отличными ужинами балует, пару раз даже рубашки погладила. А что пахнет не так, как Алёна, тут уж ничего не поделаешь. И тоска порой накатывает такая, что помереть хочется. Так это постепенно пройдёт. Человек со всем свыкается. Вон дети стали со мной разговаривать, пусть не так как раньше, но хотя бы не сквозь зубы. Ещё два месяца и родителям придётся принять новую невестку, никуда не денутся».
Дмитрий вздохнул, вспомнив, что Полина уже не раз намекала: пора бы узаконить отношения. Настала пора соглашаться. Только как быть с детьми? Она ребёночка хочет, а ему этого не надо. Внутри всё восстаёт при одной мысли о младенце. Он уже прошёл через этап с детьми и повторения не жаждет. Придётся поставить Полине условия либо брак без детей, либо расставание. Удивительно, но при мысли о расставании у Дмитрия ничего не ёкнуло в душе. Успокоившись, он завёл двигатель и аккуратно вырулил на дорогу.