Полукровка
Шрифт:
Урджин остался наедине со своими мыслями. Что-то странное творилось в его голове. С одной стороны, он прекрасно понимал абсурдность происходящего, однако какое-то чувство ответственности перед не знакомой пока ему девушкой, брало верх над здравым смыслом. "Малышка". Урджин улыбнулся сам себе. "Пусть будет "малышкой"".
Сафелия и Камилли в молчании бродили по коридорам этой чудной резиденции.
Мрачный дворец, выложенный из больших серых отесанных камней, наводил на них тоску. Каменные стены были украшены большими коврами самих разных цветов, а на некоторых из них были вытканы чьи-то портреты. Все коридоры освещал
Камилли и Сафелия бесцельно плутали по коридорам, пока совершенно случайно не вышли к посадочной платформе межгалактических кораблей. Оказавшись на мостике, заставленном коробками и ящиками, они сверху могли наблюдать за всем происходящим внизу. Знакомые голоса заставили молодых людей пригнуться и спрятаться за одним из картонных укрытий. Внизу разговаривали Император Науб и его племянник Стэфан, которых их брат в эту минуту ожидал в церемониальном зале.
— Стэфан, я же просил вас двоих не выкидывать фокусов в этот день.
— Я не могу повлиять на нее. Она слишком свободна в собственных суждениях и действиях.
— Влиять на эту девицу твоя непосредственная обязанность, пока она живет с нами!
— Я знаю, дядя. Но рассуждать сейчас об этом не имеет смысла. Она уже вернулась.
В этот момент на перрон бесшумно опустился небольшой межгалактический корабль. Дверь в грузовой отсек открылась и оттуда высыпала толпа маленьких детей, всех перемазанных копотью и в рваных одеждах. Это были явно навернийские дети: с темно-фиолетовыми волосами и бледной кожей. Все они, страшно напуганные, просто молчали. Вслед за ними в черных плащах показались две фигуры, по всей видимости, это были женщины. Одна из них тащила другую, придерживая ее за талию. Науб и Стефан подбежали к ним.
— Что случилось?! О чем ты только думала?!
— Стефан, помоги, она попала в силовое поле, — заголосила та, что несла другую.
— Какой уровень?
— Не знаю! Ее все время рвет и бросает в судороги. Она ничего не говорит, только кричит иногда.
— Сколько прошло времени?
— Часа полтора.
В этот момент вторая женщина выгнулась дугой и заорала так, что все дети попадали от страха на пол. Капюшон откинулся назад, и Сафелия с Камилли увидели лицо незнакомки. Это была молодая девушка с черно-фиолетовыми волосами, разметавшимися крупными локонами по бледному лицу, которое исказила гримаса боли. Она не плакала, и не стонала, только широко распахнула свои ярко-синие светящиеся глаза и самостоятельно оборвала крик.
— Положи ее на пол, Назефри, — скомандовал Стефан. — Все разойдитесь. Дядя, пожалуйста, уведите детей.
Стефан стал на колени перед извивающейся на полу девушкой и начал водить руками по воздуху вокруг ее тела. Через несколько секунд судороги прекратились, и она перевернулась на живот. Сафелия не понимала, что происходит, но продолжала, как зачарованная, наблюдать
— Не смей!!!
— Давай я помогу! Ты слишком слаба!
— Не смей, Стефан!!!
Внезапным, очень быстрым движением девушка вытащила из-под плаща длинный узкий меч в черных ножнах, и, опершись о него, поднялась с пола.
— Назефри, помоги ей.
— Только двинься в мою сторону, Назефри, и я больше никогда не попрошу тебя сопровождать меня!
— Поступай, как знаешь! — закричал Стефан. — Если тебе настолько наплевать на себя, я тоже не буду переживать.
— Я сама за себя отвечаю! И ты не можешь перечить мне!
С этими словами покачивающаяся фигура незнакомки, опирающаяся на меч, удалилась в один из коридоров. Сафелия и Камилли, не сговариваясь, сразу же метнулись в ту сторону, откуда пришли. Через несколько минут они уже заняли свои места в церемониальном зале, дабы поделиться с братом всем увиденным.
— Говоришь, любовница Стефана позволила себе довольно грубо с ним разговаривать?
— Да, представляешь? — изумлялась Сафелия. — Хотела бы я быть такой же независимой, как она!
— Очевидно, что девица настолько вскружила голову бедному Наследнику, что теперь вертит им, как захочет, — высказался Камилли.
— Интересно, что это за дети с ней были? — задумался Урджин.
— Навернийцы, все до последнего, — ответил кузен. — И весьма перепуганные.
— Странно. На Навернии давно не ведется военных действий. Может, повстанцы?
— Ты знаешь, Урджин, я восхищен этой особой. Было видно, что скрутило ее очень сильно, но она и слезинки не проронила, а потом еще и ушла с гордо поднятой головой, будто от этого зависела ее жизнь.
— Похоже, она действительно сильная женщина. Огорчает только одно: мы здесь сидим в одиночестве, скорее всего, из-за нее.
— Думаешь, что Стефан собирается к нам с ней заявиться? — возмутилась Сафелия.
— Если честно, сестра, я в этом не сомневаюсь.
— Этого еще не хватало! Я тут кисну из-за какой-то полукровки без роду и племени, а затем еще и почести ей приносить буду?
— Будешь, если придется. Мы здесь и так не очень-то желанные гости, если и ты еще фокус какой-нибудь выкинешь, я лично тебя выпорю.
— Ха! Я наследница Великого трона Доннарской Империи и перед фаворитками склоняться не буду!
Сафелия задрала кверху свой маленький носик и скрестила руки на животе.
— Камилли, — обратился к брату Урджин, — а как она из себя, эта знаменитая особа?
— Если честно, я только и разглядел, что эти необычные глаза и остриженные до плеч волосы. Потом Стефан ее заслонил, а затем она и сама в плаще спряталась.
Вдруг царивший вокруг шум резко оборвался. Без какого-либо объявления в церемониальный зал вошли двое. Один из них был Стэфан, облаченный в облегающий черный костюм, скорее предназначенный для полетов, нежели официальных встреч. Коротко остриженные волосы пшеничного оттенка торчали в разные стороны, создавая впечатление полного беспорядка. Темные густые брови будто нависали над светящимися ярко-синими глазами. Черты лица суровые, но все же именно они придавали ему столь неотразимый вид.