Полуночный Дождь

Вудрафф Джетти

— Что, Макайла?

— Что? Почему ты так говоришь?

— Как? Я скучал по тебе. Я просто хочу быть с тобой, а ты все усложняешь, — ласково сказал Блейк, притягивая меня к себе. Не дикой и жаждущей хваткой, а нежно, словно он пытался сделать то, чего я хотела.

— Я не хочу, чтобы наш первый раз произошел здесь, когда они поблизости.

Блейк раздраженно вздохнул и поцеловал меня в лоб.

— У нас это не в первый раз. Все в порядке. Давай, иди. Я пойду в душ и позабочусь об этом, — заявил он, отпуская меня.

Я посмотрела вниз, затем снова на него. И

почему мне не очень комфортно по этому поводу? Я знала, о чем он говорил, он собирался подрочить. Я не могла это обсуждать. Ни за что. Я краснела лишь при одной мысли об этом. Сладостная тяжесть внизу живота усилилась, и я сразу же почувствовала, что стала мокрой. Наверно, мне тоже понадобится душ.

— Не делай этого, Блейк. Я поеду с тобой. Мы вместе съездим в пентхаус. В любом случае, ты не знаешь, что взять.

— Нет. Оставайся здесь. Я возьму только одежду. За остальным мы вернемся потом. Я не хочу, чтобы ты сталкивалась с прессой. Они не очень милые люди.

— Мы не преступники.

— Ты можешь поехать, если действительно хочешь, но мы там ничем заниматься не будем. Холден тоже едет.

— Я останусь здесь, — сказала я уступая.

То, чем он собирался заняться в душе, не выходило у меня из головы. Блин. Я хотела это видеть.

Блейк поцеловал меня и повел из комнаты. На этот раз именно я перешла в наступление. Мои руки скользнули вверх по его рубашке к ребрам.

— Пожалуйста, не делай этого.

— Не делать чего?

— Ты знаешь, о чем я говорю. Я не хочу, чтобы ты это делал. У нас ведь будет время сегодня ночью, правда? — спросила я. Я даже не понимала, какого черта происходило.

— Надеюсь. Это беспокоит тебя?

— Немного. Я не хочу, чтобы ты думал, что я не хочу тебя. Я хочу. Очень. Я просто не хочу делать это здесь.

Блейк поцеловал меня легким, нежным касанием.

— Ты такая невинная.

— Ты смеешься надо мной.

— Нет. Как я могу смеяться над тобой? — усмехнулся он.

Он надо мной смеялся. Точно.

— Ты считаешь меня незрелой.

— О, я так не думаю. Я это знаю. Ты только что до чертиков напугала всех в этом доме.

— Хмм. Верно подмечено. Нам лучше убраться отсюда, пока они не подумали, что мы тут чем-то занимаемся.

— Боже, милая, да им плевать! Ты действительно думаешь, что они этого не делают?

— Фу. Идем, — хотя я была уверена, что они этим занимались, я не хотела думать об этом и на самом деле не могла поспорить по поводу комментария о своей незрелости. Я только что до смерти напугала Пи. Мне это понравилось. Я была в восторге от того, как ее глаза стали огромными, как она моментально завизжала и как попятилась назад, приседая на корточки. Это было эпическое зрелище, и я была уверена, что сделаю это снова.

Я наблюдала, как Ларри увез Блейка с Холденом, пока Сара занимала Пи. Я не хотела, чтобы она увидела Ларри со всеми этими журналистами на улице. Сара увела ее в кабинет Холдена, чтобы показать тропических рыбок. У меня экзотические рыбки не вызывали такого интереса, как у Пи. Она охала и ахала над каждой из них. Меня больше интересовали фотографии, висевшие на стенах и стоявшие на полках.

Я

видела фотографии Дженни на ее странице в Фейсбуке, но то были обычные снимки, джинсы и волосы, собранные в растрепанный пучок. Эти фотографии были профессиональными и великолепными. Ух ты. Дженни была красивой, я никогда с ней не сравнюсь. Я не смогу выглядеть так даже после пластической операции и со всей косметикой мира.

— Пи, иди сюда, — сказала я, потянувшись к ее руке. Не я должна была говорить ей об этом, но девочке было почти пять лет, а она и понятия ни о чем не имела. Пора кому-то сообщить ей новости.

— Да? — спросила она, отвлекаясь от светового шоу, которое Сара включила ей в этом громадном аквариуме. Господи. Спорим, я могла бы купить машину за те деньги, которые он стоил. Я не смотрела на Сару, боясь увидеть ее взгляд, говорящий, что я лезу не в свое дело. Вчера она провела с Пи целый день, она могла поговорить с ней. Я усадила Пи себе на бедро так, чтобы ее глаза оказались на уровне фотографий ее матери. Это был снимок Дженни в детстве, может двенадцати лет или около того. Она стояла перед табличкой Зазен Ризорт в красивом цвета морской волны бархатном платье. Огни вокруг входа в великолепный отель придавали золотистое сияние ее сливочной коже.

— Ты знаешь, кто это? — спросила я, перемещая немного ее вес. Клянусь, она каждый день набирала по килограмму.

— Да, это моя мама.

Сара смотрела на меня, слегка улыбаясь, когда я повернулась к ней.

— Она увидела эту фотографию, — объяснила Сара, показывая мне семейный портрет на столе Барри.

— Она похожа на меня, — сказала мне Пи.

— На тебя? — спросила я, опуская ее на пол. — Тебе сколько лет?

— Прости, я имела в виду, я похожа на нее.

Пи вернулась к световому шоу. Я смотрела, как она играла с пультом, создавая игру света среди рыб. Крошечные белые скалы поменяли цвет, переливаясь яркими красками.

— А Блейк это видел? — спросила я, держа в руках точную копию Пи. Те же бирюзовые глаза смотрели на меня.

— Ни разу с рождения Пи. Потрясающе, не правда ли?

— Правда. Она тоже ненавидела свои вьющиеся кончики, как и Пи?

Сара засмеялась,

— Уверена, мы потратили тысячи долларов, пытаясь от них избавиться. У тебя они тоже есть. Как и у твоего отца.

— Он мне не отец, и мне плевать на свои волосы. Меня это никогда не беспокоило. Я не слишком переживала, что у меня вьющиеся волосы, — спокойно ответила я, стараясь скрыть внезапно появившуюся злость. Я не хотела быть грубой, но все же. Твой отец? Серьезно?

— Он говорил о тебе не переставая в течение нескольких месяцев.

— Да, мы могли бы не говорить об этом? — спросила я, переводя взгляд на Пи. Я использовала ее, как предлог, чтобы избежать этой темы.

— Прости. Просто не могу видеть его в таком состоянии. Он сожалеет. Очень сильно. Он не знал, Микки.

— Да, да. Я знаю.

— Как бы я хотела, чтобы твоя мама позвонила мне, я бы позаботилась о тебе. Пожалуйста, знай это, Микки.

— Почему? Ты знала о ней. Ты знала, что он делал с ней в течение многих недель.