Поля, Полюшка, Полина... [СИ]
Шрифт:
– Нет. Это не они. Оксана это.
– А это еще кто?
– Колдунья, но она уж знала, что вас выведут оттуда. Иначе бы она не стала это делать. Хотела она вас с Насоновым свести.
– Какой кошмар! Так это он не сам? Не сам в меня влюбился, все это колдовство!
– и разрыдалась.
– Не плачь сестрица. Тебя он любит!
– А ты откуда знаешь?
– плакала Мария.
– Он уж руки твоей просил!
– воскликнула Полина, - И очень
– Ой, правда?
– улыбнувшись сквозь слезы, проговорила Мария. Она обняла сестру и поцеловала ее в щеку.
– А ты что нянюшка молчишь?
– А что мне сказывать? Уж все сама сказала!
– и погладила свою любимицу по голове.
– Вот так всегда!
– обиделась Мария, - ее ты больше любишь!
– Люблю я вас как собственных детей, взрастила вас обеих. И обе вы мне дороги. Но Полюшка мне ближе к сердцу приросла.
– Об этом я и говорю!
– воскликнула Мария.
– Всегда ее ты больше привечала, от этого и злая я такая.
– Тебя любила очень бабка, что батюшкина мать. Она тебя избаловала!
– в сердцах сказала нянька.
– Ты б понежней была, а то характером в нее!
– Уж, какая есть!
– возразила ей Мария, - а ты нам нянюшка не говорила, как в дом попала. Расскажи. Ты молоком своим обеих нас кормила, как так, ведь ты уж старая совсем тогда была?
– Нет. Еще не старая. Последыш у меня родился мертвым, вот и подсунули мне тебя, Мария. Графиня после родов в горячке пребывала. А я уж овдовела.
– Твой муж тогда уж умер, няня?- спросила Полюшка и прижалась к теплой груди старухи.
– Да, ягодки мои! Его оглоблей сшибло. И сразу насмерть.
– Как так?
– удивились девушки.
– Играли на дороге дети, и лошадь понесла с телегою. Хотел принять, да и не рассчитал. Убило.
– Детей?
– Пропищали обе.
– Да что им будет? Детки разбежались. Убило мужа моего. Поплакала я, а что делать? Мне было уж за пятьдесят годков.
– И ты еще рожала?
– удивилась Поля.
– А что же делать? Коль мужик был в силе, так и рожала. Все померли. Остался лишь один. В ученье его граф отдал.
– Так ты давно не видела его?
– Не помню уж когда!
– вы у меня отрада. Хоть и не кровинушки мои, но любы мне.
Мария и Полина замолчали. Они прижались к доброй няньке, и долго так сидели...
Когда они к обеду шли, вернулся князь. Он поцеловал жену и, весело ей подмигнув, сказал:
– Сегодня все прибудем.
– Кто все?
– поинтересовалась Мария.
– Я все ей рассказала!
–
– Ну, и ладно!
– ответил Владимир.
– Пора им уходить.
– А как же серьги? Где их взять?
– спросила Полюшка.
– Да серьги уж нашлись!
– Так, где они?
– спросили обе девушки.
– Потом все расскажу. Сегодня все потомки к нам в спальню съедутся. И этот, что помог Насонову с Марией. Он тоже возвращаться будет.
– Смотрите, девушки, чтобы никто не видел боле и не знал об этом. Они по темноте приедут. И надобно прощаться будет.
– Как жаль!
– сказала Полюшка.
– Я всех уж полюбила, как братьев и сестер.
– Мне тоже жаль, но что поделать! Жизнь у них своя! И нам спокойней будет.
– А можно мне на это посмотреть?
– спросила Мария. А то потребую отдать мне серьги!
– Ты, как всегда, вредна, Мария!
– сказал ей князь Владимир.
– Я счастлив, что на Полюшке женат! И что в тебе нашел Насонов!
– он улыбался, и Мария не рассердилась на него.
– Так ты нам так и не ответил, откуда серьги взялись?
– спросила у него Полина.
– А серьги были у того, что вывел их из леса. У Дениса.
– Он их украл?
– возмутилась Мария.
– Да нет, нашел, - и, посмотрев на Марию, стал рассказывать, - когда Оксана вас с графом отправила в непроходимые леса, Владимир, мой потомок, залез в окно к Марии и серьги взял... Но нянька не позволила ему их унести. Он положил на место их, а когда из лесу пришли пустые кони, и начался переполох, обратно влез и все унес. Но серьги, видно, выронил. Их подобрал Денис.
– А что он делал под моим окном?
– испуганно воскликнула Мария.
– Он занимается историей. В Университете изучает. Ему все было интересно. И хоть боялся он, что его вновь поймают, но все-таки ходил в имения и наблюдал за нашим бытом. На бал смотрел в окно, и на кареты. Ему понравилось все, он в восторге. Теперь уж, как от страха отошел...
– Так как он серьги-то сыскал? И где их прятал?
– Он ночью подошел к имению. Ему хотелось есть и пить, но он боялся попросить у слуг. А тут увидел вора. Тот влез в окно, и что-то там схватил, потом он быстро вылез и убежал. То наш Владимир был. Хотел Денис его поймать, но тоже побоялся, Владимир - он покрепче будет. И вдруг увидел свет в траве и искры... Он подошел поближе и увидел там серьги, красоты невиданной, он подобрал их и в лес ушел. Там их и спрятал. Они с Оксаной пошли за ними. Скоро уж прибудут.