Полярная станция
Шрифт:
Эбби слабо улыбнулась.
— Была. Я имею в виду, до всего этого. Но затем солнечная вспышка вывела все наши радиопередатчики из строя. Но на самом деле, это не так уж и важно, потому что антенну повредило ветром, и мы так и не успели ее починить.
— Это не проблема, — сказал Шофилд. — Мы сумеем ее наладить.
Но то, что она сказала, расстроило Шофилда. Ему рассказывали о феномене «солнечной вспышки» по пути к Уилкс, но он не знал, что это на самом деле. Все, что он о ней знал, что на вызывает искажение спектра электромагнитных
— Расскажите мне о солнечных вспышках, — сказал он Эбби.
— На самом деле рассказывать нечего, — ответила она, — Мы не так уж много о них знаем. Термин «солнечная вспышка» используется для описания короткого высокотемпературного взрыва на поверхности солнца, что чаще всего называют солнечным пятном. Оно вызывает сильное увеличение интенсивности рентгеновского и ультрафиолетового излучения. Очень сильное. Как и обычное солнечное тепло, оно распространяется по всей земле. Когда оно доходит до нас, то вызывает возрастание электронной концентрации в ионосфере. Спутники становятся бесполезны, так как радиосигналы с земли не могут проникнуть сквозь пораженную ионосферу, Соответственно, сигналы со спутников на земле тоже не могут пересечь ионосферу. Радиокоммуникация становится невозможна.
Неожиданно Эбби оглянулась. Она посмотрела на один из компьютерных экранов рядом с ней.
— На самом деле, у нас здесь есть прибор наблюдения за погодой. Если вы минуту подождете, я покажу вам, о чем идет речь.
— Конечно, — ответил Шофилд, когда Эбби включила компьютер.
Компьютер запищал, и когда он наконец заработал, Эбби щелкнула мышью по нескольким иконкам, пока не открылось то, что было нужно. Это была спутниковая карта юго-восточной части Антарктиды, состоящая из разноцветных зон. Такая же атмосферная карта, как те, которые мы видим по телевизору в вечерних новостях.
— Это снимок погодных явлений в восточной части Антарктиды двухдневной давности, — сказала Эбби, посмотрев на дату в углу экрана. Затем она обернулась к Шофилду. — Возможно, это один из последних снимков, сделанных еще до солнечной вспышки.
Она кликнула мышкой. Открылось другое окно.
— О, нет, подождите. Вот еще один, — сказала Эбби.
Он открылся на полэкрана.
Огромное желто-белое пятно атмосферных помех покрыло всю левую половину карты, закрывая почти половину береговой линии Антарктиды. Другими словами, вспышка была огромна.
— Вот она, ваша солнечная вспышка, лейтенант, — сказала Эбби. Она обернулась к Шофилду. — Она должно быть еще переместилась на восток после этого снимка, и теперь она над нами.
Шофилд внимательно изучил желто-белое пятно, покрывающее Антарктиду. На нем были небольшие вкрапления разных цветов — красного, оранжевого, даже немного черного.
— Так как обычно взрыв происходит в одной области солнечной поверхности, солнечная вспышка поражает только некоторые области. Одна станция может полностью потерять связь в то время, как радиосистемы другой, в двухстах милях от нее, будут работать бесперебойно, — добавила Эбби.
— Как
Эбби пожала плечами.
— День. Может, два. Зависит от того, как быстро радиация дойдет до земли, соответственно, насколько сильная была вспышка.
— Как долго продлится эта?
Эбби снова повернулась к компьютеру. Она посмотрела на изображение солнечной вспышки на экране и, задумавшись, закусила губу.
— Не знаю Она достаточно сильна. Думаю, дней пять, — ответила она.
После ее слов в комнате наступила полная тишина.
— Пять дней, — повторил Рикошет за спиной у Шофилда.
Шофилд нахмурился и, повернувшись, к Эбби спросил:
— Вы сказали, она вызывает возрастание электронной концентрации в ионосфере, так?
— Так.
— А ионосфера — это …
— Слой атмосферы земли на высоте примерно 50 — 250 миль, — ответила Эбби. — Она называется ионосферой, потому что воздух в ней наполнен ионизированными молекулами.
— Хорошо, — сказал Шофилд. — Таким образом, на поверхности сольца возникает вспышка, энергия которой направляется к земле и поражает ионосферу, которая превращается в щит, не пропускающий радиосигналы. Правильно?
— Да.
Шофилд снова посмотрел на экран и на черные точки на желто-белом изображении солнечной вспышки. Там была одна, самая крупная черная дыра в центре желто-белого пятна, которая привлекла его внимание.
— Он однороден? — спросил Шофилд.
— Однороден? — непонимающе переспросила Эбби.
— Этот щит, он однороден по своей силе? Или у него есть слабые точки, плеши, дыры, сквозь которые сигналы могут пройти? Как эти черные точки здесь.
Возможно, сигналы и смогут пройти через них, но это будет очень трудно. Дыра должна быть прямо над нашей станцией.
— Но, — сказал Шофилд. — Вы сможете как-нибудь вычислить, будет ли, а если да, то когда эта плешина окажется прямо над нами? Ну, например эта.
Шофилд указал на большую черную точку в центре желто-белого пятна.
Эбби внимательно на нее посмотрела, оценивая вероятность.
— Думаю, это возможно, — наконец ответила она. — Если я найду все предыдущие изображения вспышки, я смогу вычислить, как быстро она передвигается над континентом и в каком именно направлении. Если у меня получится, я смогу составить приблизительный план ее передвижения.
— Сделайте все, что в ваших силах, — ответил Шофилд, — и позовите меня, когда все будет готово. Мне необходимо знать, когда одна из этих дыр пройдет над станцией, чтобы мы смогли передать радиосигнал на Мак-Мурдо.
— Вам придется починить антенну…
— Этим я уже занялся, — сказал Шофилд. — Просто найдите мне дыру в этой вспышке. Антенну мы установим.
В Вашингтоне Элисон Кэмерон тоже сидела у компьютера.
Она находилась в небольшой компьютерной лаборатории в офисе «Пост». Шкафы с документами тянулись с обеих сторон комнаты, а в углу стоял кинопроектор. Полдюжины компьютеров наполняли все остальное пространство маленькой лаборатории.