Полярные чувства
Шрифт:
– Что там с трупом?
– Привет, Пуля. Женщина примерно тридцати пяти лет. Умерла от удушья. Преступник снова оставил шифр. Сейчас вышлю фото. Признаться, без твоей помощи нам сейчас никак.
Приятные слова. Детектив никогда не сомневалась в своей незаменимости.
– Во всем отделении отключили электричество, – продолжил Иван, – сама понимаешь: ни факс, ни электронную почту получить не можем, да и спецы пока молчат. Так что мы нуждаемся
– Вяло, но я разберусь.
– Надеюсь.
– Сомневаешься?
– Нет, но расследование пока стоит на месте.
– Неужели совсем ничего?
Криминалист вздохнул:
– Помимо шифра этот псих оставил фото с лисой.
– Я не ослышалась?
– Нет, лично я ничего не понимаю. Жертвы совершенно разные. Личности еще устанавливают, но мне кажется между ними нет взаимосвязи. Больше похоже на случайные жертвы, а это, как ты сама понимаешь, самый тяжелый случай. Помимо того, что у нас серийный убийца, так еще и неизвестно, кто следующий станет трупом. А свидетель снова говорит о маске дьявола-быка, так что полный абзац. Кстати, насчет дальтонизма ты была права.
– Фото с лисой…– протянула Селиверстова, – Бриз, какого цвета волосы убитой женщины?
– Черные.
– А у первой?
– Рыжие.
– Надо подумать.
– Начальство вызывает. Будут новости – сообщу. И еще, Пуля, посмотри новый шифр. Может он как-то поможет.
– Фото с лисой вышли.
А про себя подумала: «Лисица может быть ключом».
Глава 7
В кинотеатре не было ни одного интересного фильма, и слегка разочарованные супруги возвращались домой. В добавок к этому в магазине не оказалось необходимой мексиканской приправы, и в итоге Василиса совсем приуныла. Заметив ее подавленное настроение, Алексей начал рассказывать анекдоты. Не помогло. Тогда он сделал то, что выручало всегда – преградил дорогу и с серьезным лицом заявил:
– Сейчас мы зайдем в квартиру. Ты, Василек, наденешь свое самое красивое платье, сделаешь прическу, мы сядем в машину и поедем развлекаться в центр: на Невском мы точно найдем что-нибудь зрелищное. А теперь, – он подмигнул и бросился в сторону подъезда, – кто первый, тому не надо надевать костюм и галстук!
Василиса засмеялась. Он всегда ее опережал. По-прежнему смеясь, она чуть не врезалась в мужа, когда тот рассматривал что-то у входной двери.
– Лешка, у нас ничья! А это значит тебе придется надеть костюм и галстук! Ну
– Василек, ты знаешь, что это за ерунда?
– Н-н-нет, – она обхватила себя руками, – мне это не нравится.
– Лисица какая-то. А чего ты перепугалась?
– Лешка, мне кажется это не просто лисица, – она шагнула вперед и уткнулась в его плечо, – в школе меня обзывали лисицей.
– Ну и что? Кто-то из одноклассников решил пошутить? Ты ведь не будешь обижаться – уже не маленькая.
– Никто из одноклассников не знает, где я живу. Мы не общаемся с последнего звонка. И… Лешка, мне вчера какую-то странную записку в почтовый ящик бросили.
Мужчина нахмурился:
– Зайдем – расскажешь.
Слушая рассказ жены, он все больше хмурился:
– Говоришь, даже к маме пришла такая записка?
– Да, я сначала думала, что это какая-то ошибка. Мало ли рыжих вокруг? Но теперь…
– Многовато совпадений, – согласился Алексей, – покажи, что там прислали.
– Говорю же, выбросила.
– Обе?
Василиса кивнула.
– В общем и в целом твой рассказ странный, но поводов обращаться в полицию нет. Я завтра попробую выпросить у консьержа записи с камеры.
– Лешка! Ты гений! У подъезда же камера висит! А я забыла.
– Висит, и мы без труда выясним, кто это развлекается.
– Хорошо. Лешка, а разве такой текст, как «Испугалась Рыж?» не считается угрозой.
– Думаю, нет. Зная нашу полицию, рискну предположить, что они это воспримут как чей-то розыгрыш. Ты уверена, что это не может быть кто-то из твоих знакомых?
Василиса задумалась. От напряжения сжала пальцы до такой степени, что те покраснели, и потом, глубоко выдохнув, ответила:
– Ни с кем из школы я не общаюсь, а в институте меня лисицей никто не называл. На работе о прозвище не знают.
– А Рыж?
Она замялась и как-то неуверенно произнесла:
– Был в школе один парень: странный с длинными и кажется синими волосами.
– Синими?
– Ну да. Ходили слухи, будто… будто он по мне сохнет, ну и…
– И что?
– Однажды он подошел ко мне в коридоре и сказал что-то наподобие «Рыж, ты должна быть моей…» или «Рыж, я хочу быть с тобой». Я точно не помню. Сказал и убежал.