Полюби Меня
Шрифт:
— Вы с ними встречались? — спросила я его. Эглессио мотнул головой.
Мы со вторым кандидатом вылили еще ведро мусора на итхисов. Мужчина распалялся, с удовольствием упражняясь в остроумии. Возможно он думал очаровать меня, чтобы повысить свои шансы заполучить мое кресло, а быть может просто был заядлым итхисофобом и нашел в моем лице благодарную аудиторию. Я сделала вид, что увидела сообщение.
— Ах, какая жалость. Сегодня Александр не сможет с вами встретиться. Эглессио, останьтесь пожалуйста. Мне нужно задать вам несколько вопросов.
Как только Виктор вывел второго кандидата прочь из приемной, я попросила мужчину следовать за собой. Тот удивленно
— Вот актриса!
Я отвесила театральный поклон и оставила мужчин наедине. Надеюсь они сойдутся в деталях.
* * *
Темно зеленый костюм, сшитый на заказ дизайнером Дарка. Скромный, женственный, придающий мне значимости. Ткань, в которой угадывался атлас приятно холодила кожу. Волосы убраны в пучок, на носу очки в широкой оправе. Близорукость у меня незначительная, но очки прибавляли солидности, да дарили пару годочков, которые с учетом моей новой должности шли на пользу. Сегодня мне предстояло прилететь в Амстердам, а оттуда в Париж, Берлин и Цюрих.
Каждый день я должна буду посещать по крупному объекту Александра и день оставался на дорогу и отдых после нее. В Амстедаме «Азаик» запускал круизное судно Adult Only, как мне объяснил Дарк — ничего неприличного, просто многие люди хотели отдохнуть от детей. И от своих и от чужих. Так что на судне подразумевалась взрослая программа: кабаре, стендап, джазовый вечер.
В Берлине у Дарка была пивоварня, где какой-то умелец предложил начать варить голубое пиво как в Японии. Идея эта была не очень по душе главе Азаик, но статистика убеждала, будто народ только и ждет, чтобы попробовать подкрашенный напиток, оттенком напоминающий знаменитую «Искру». Вкладывать ли деньги в это предприятие Александр сомневался, потому и просил меня посмотреть, и если у меня возникнет хоть малейшее сомнение — позвонить ему.
В Париже мне предстояло посетить ресторан в центре и один ночной клуб. Александр был уверен, что деньги на обновления интерьеров, которые запрашивали менеджеры лишние и стоит подождать еще можно. В Цюрихе Дарк пробовал себя в новой для него сфере быстрого питания. Он никогда не лез в этот сегмент рынка, оставляя ее за Рамасом, но их недавняя стычка заставила босса показать зубы. На открытии первого киоска с логотипом «Азаик» мне и предстояло побывать. Идея у Дарка была проста и гениальна — можно и быстрое питание сделать люксовым, так, чтобы гордо вышагивать с сэндвичем от «Азаик». Люксус для бедных, так окрестил его идею наш маркетинг менеджер, но и как все задумки Александра принял с восторгом. Потому что именно его задумки обычно приносили компании наивысшую прибыль.
— Не волнуйся, Кира, — голос Александра выдернул меня из мыслей. Он сам вез меня в аэропорт, лавируя в плотном потоке машин. Моргал Дарк не часто, значит езда его еще не утомила. А быть может свет фар раздражал его глаза не так сильно, как солнечный. У Дарка было несколько машин, сегодня он остановил свой выбор на неприметной серой Ауди, компактной, но с мощным мотором.
Мне только оставалось фыркнуть, потому что фраза «не волнуйтесь», только сильнее порождала волнение. Это как идиотское «не грусти», когда пребываешь в черной депрессии.
— Вы точно не можете отправиться со мной? — понимаю, глупо было просить. Но быть может… С Дарком мне ничего не страшно. Мужчина улыбнулся, бросил на меня быстрый взгляд:
— Да не съедят вас там. И серьезной ошибки вы не допустите
Он правильно истолковал мое волнение и попытался приободрить. Мужчина потрепал меня по плечу и в этом жесте не было ничего сексуального. Правда и его оказалось достаточно, чтобы у меня сперло дыхание. С того разговора, когда Дарк назвал меня своей искрой, прошло десять дней. Изматывающих, бесконечных потому что одно дело испытывать чувства, другое — знать, что они взаимны, но понимать, что они все равно ни к чему не приведут. Да и жить в одной квартире с ним стало невозможно.
Каждое утро смотреть, как он в одной из своих растянутых маек варит кофе или делает безумно жирные, но такие вкусные завтраки. Или видеть его за работой, наблюдать за тем, как он хмуриться, и несколько глубоких морщин пересекают переносицу. И хочется их разгладить, прикоснуться нежно, а нельзя. А еще чувствовать на себе его взгляд. Задумчивый и голодный, и видеть в его взгляде вопрос, «а стоит ли вообще держать себя в руках?». Возможно Александр прав и мои командировки — лучший способ научиться держаться друг от друга подальше. А может он ошибается и
— Когда вы вернетесь, мы вместе отыщем того, кто покусился на «Азаик».
— Без меня никаких грандиозных планов? — шутливо спросила я. Мы уже говорили об этом раньше, и босс уверил меня в том, что спешить некуда. Тот неизвестный, что нашел для главы корпорации секретаршу эодэртэ явно знал, кем на самом деле является Александр Дарк. А значит корни этого дела уходили в Октавию. Поместить меня рядом с ним, это как завести бомбу с часовым механизмом. Взаимное притяжение должно было вскоре стать непреодолимым, и не знай Александр, кто я такая, мы бы давно прикоснулись друг к другу. К сожалению даже информация о том, что враг — один из итхисов не позволила сильно сузить круг поисков. За годы управления компанией мужчина многим встал поперек горла.
— Обещаю.
Мы неловко обнялись в машине на прощанье. Я сделала глубокий вдох, надеясь, что это останется незамеченным. От Александра пахло морем и снегом и чем-то животным, мужским, и этот запах был для меня приятней, чем самый изысканный мужской парфюм.
— Ничего не бойтесь. Я в вас верю. — шепнул он мне на ухо. А я отстранилась, от греха подальше. Я справлюсь. С таким то напутствием, я точно справлюсь
* * *
Хорошо быть представителем такой крупной компании, как «Азаик». Перелет первым классом, встречающий на месте шофер с табличкой «Госпожа Белл». Увидев ее я едва не лопнула от самодовольства, даже возникла крамольная мысль оживить свой уничтоженный инстаграм только ради того, чтобы выложить фотку из аэропорта Схипхол.
Примерно через сорок минут пути мы остановились перед пятизвездочным отелем в центре Амстердама. Окнами его выходили на гладь канала, вода в котором переливалась в свете фонарей. Когда я бронировала для себя гостиницы, то выбирала только те, что находились в исторических зданиях. Так что номер мой оказался в башне, подниматься куда пришлось пешком по узкой лестнице.
Ноги уже изрядно гудели: сказывались часы перелета и волнение. Современная спальня, выполненная в серых тонах, — не совсем то, что я ожидала от гостиницы, расположенной в бывшем здании ратуши, но главное, здесь была кровать, да полукруглая ванная, манившая искупаться. В доме Александра я все еще стеснялась валяться в ванной часами. Да и было нам чем заняться, мы только начали марафон ужастиков из восьмидесятых перед моим отъездом. Не успела я прыгнуть на кровать и издать радостно-восторженный визг, в дверь постучали.