Полюбить бездушного
Шрифт:
Капитан передает штурвал карлику, сам же смотрит на меня все тем же мертвым взглядом, контрастирующим с живым, озорным взглядом его питомца.
– Идем.
Чевинфорд смотрит мне в глаза, давая понять, что отказаться я не могу. По моей коже проносится холодок. Что он задумал?
Глава 5. Оковы сломаны
Трясясь от страха, следую за ним в капитанскую каюту под кормой. Скрипят зубы, дрожат пальцы, но я стараюсь держаться уверенно.
Капитан открывает передо
Смотрящая с него девушка счастлива. Она улыбается, смотрит на художника игривым взглядом. Судя по длинному бордовому платью, она аристократка. За ней виднеются белеющие цветом яблони, птицы в чистых, голубых небесах, изумрудная трава.
Девушка с портрета очень похожа на меня. Такие же русые, слегка кудрявые волосы, такие же зелёные глаза, аккуратный нос, маленький подбородок. Кто-то впервые увидев меня действительно мог бы подумать, что на потрете я. Меня даже посещает мысль, что этот портрет нарисовал прорицатель, изобразив меня в недалеком будущем.
Но приглядевшись, понимаю, что это другой человек.
– Вы похожи, – констатирует капитан.
– Кто она? – спрашиваю у него.
– Элени. Моя жена, – отвечает он.
– Она здесь? – удивляюсь я.
– В какой-то мере. Она – часть Древа, – с грустью в голосе говорит он.
– Она умерла?
Капитан не отвечает. Лишь смотрит в пустоту грустным взглядом, но тут же снова надевает маску безразличности. Миш спрыгивает с его плеча, прыгает на полку небольшого, старого шкафа, где стоит перевернутый черный цилиндр. Зверек забирается в шляпу, издает похожий на писк звук.
Чевинфорд резко поворачивается, замирает, смотрит на меня. На какой-то миг кажется, что он замер навечно. На его лице не шевелится ни один мускул. А потом он так же внезапно делает еще шаг ко мне.
– Когда я впервые тебя увидел, подумал, что ты – это она, – еле слышно шепчет он. – Что Элени каким-то образом выжила. Что, может, ей стерли память или наложили какое-то заклятие.
– Я не она. Извини, – отвечаю я и чувствую, как мой голос дрожит от страха. Я не хочу видеть в стоящем передо мной человеке бандита, разбойника, убийцу. Вижу, что он не всегда был таким. Что то, к чему он пришел, результат обстоятельств. Становится его жаль.
– Но ты похожа на неё. Не только внешне, – отвечает Чевинфорд. – Она тоже была магом. Она считала, что нельзя чего-то требовать от духов, навязывая им свою волю. Что их нельзя приручить насилием. Что нужно договариваться. Она выступала на магических конвенциях с требованиями внести поправки в магические кодексы и утвердить права духов и правила отношения с ними. Иногда мне казалось, что она сама послана самим Древом. А потом её у меня забрали.
– Кто? – спрашиваю я.
– Архиепископ, – коротко отвечает Чевинфорд и в его
– Я не верю, – шепчу я сама себе.
Он не мог такого сделать! Точно не архиепископ. Может, кто-то воспользовался его обликом, или капитан ошибся. Но это точно не он!
Архиепископ олицетворяет добро, которое несет церковь Безымянного Бога. Он сам отрекся от своего имени и прошлого ради того, чтобы служить природе, древу духов, магии. Чтобы помогать обездоленным, находить решения человеческих проблем, быть представителем мира и не допускать войны.
– Элени тоже не верила, что он – не то, чем кажется. Да и мне было трудно это осознать. Но это правда. Архиепископ – не тот, кем кажется. Он – даже не человек. Я убью его. Не знаю когда и как, но эта тварь сдохнет!
В его взгляде полыхает ненависть.
– Зачем вы мне это говорите? – спрашиваю я, и слышу, что мой голос дрожит еще больше. Мертвый, словно чем-то одержимый взгляд проклятого капитана проникает прямо в мое сердце, заставляя его биться сильнее. На мгновенье становится холодно, и сразу же приходит невыносимая жара.
– Чтобы предупредить, – отвечает он. – Я сдержу обещание. Когда прибудем в порт, отпущу и тебя, и Ника. Но если вернешься к Архиепископу – не думай, что он тебя пожалеет. Даже если ты не поверишь мне – он убьет тебя только потому, что ты выжила, говорила со мной, и можешь знать правду о нем.
– Я не верю…
Чевинфорд указывает на небольшой ящик, стоящий в углу каюты. На нем виднеется архиепископская печать.
– Это с твоего корабля, верно? – спрашивает он.
– Кажется. Я не уверена, – шепчу, чувствуя, как по спине струится холодный пот, как мои ногти впиваются в ладонь, как дрожит мой голос.
– Мы выловили этот ящик в море. Он точно с "Южной звезды". Похоже, капитан сам не знал, что везет.
– Медикаменты, – отвечаю я, на что Чевинфорд берет со стола нож.
Как одержимая смотрю на лезвие, в котором виднеется мое побледневшее отражение. Инстинктивно делаю шаг назад. Проклятый капитан же засовывает нож под крышку ящика, печать ломается, крышка отходит.
– Посмотри. Это ваш груз. Подойди и полюбуйся.
Он откладывает нож и делает шаг в сторону, будто приглашает меня к ящику. Я шагаю вперед и наблюдаю самый обычный песок. Трогаю его руками, сжимаю в ладони, пытаясь почувствовать иллюзию или какой-то другой трюк. Но трюка нет – коробка и в самом деле до краев забита песком.
– Зачем?
– Затем, что вы были приманкой, – отвечает капитан. – Архиепископ прекрасно знал, что нам нужны лекарства. Пустил слух, подписал все декларации и отправил вас погибать. Он знает, что на берегу есть мои люди. И что информация попадет куда надо. А следом пустил боевой корабль. Он меня недооценивает. Иначе отправил бы минимум три.
Я все еще не верю, что архиепископ на такое способен. Как и его ближайшие подданные. Все еще чувствую подвох. Но печать действительно принадлежит Церкви. От неё веет магией. Обычный человек не почувствует, а вот чародей сразу заметит, что это не подделка.