Помещик. Том 2. Новик
Шрифт:
Но в целом мог продуктивно работать и один.
Подвижные щитки были подвешены свободно, оставляя небольшую щель сверху, для обзора. Чтобы их открыть, было достаточно просто наступить на небольшую педаль. И верёвка, пропущенная через блоки, сдвигала щиток в сторону. Потихоньку Андрей планировал оковать щитки полоской металла, чтобы в них стрелы не втыкались. Но это была перспектива…
Узкие ворота закрывались, как он и планировал, подъёмным мостком из крепких брёвен с помощью довольно нехитрого приспособления, напоминающего сдвоенный журавль. А чтобы эта процедура не была проблемной, мосток было уравновешен противовесом.
Так или иначе, но получалось очень
У Андрея не было хорошо просушенного леса для возведения крепкого жилого сруба. Можно было обойтись и сырым, как нередко в эту эпоху и поступали. Но он, имея некоторое представлении о данном материале, не считал нужным заниматься подобным… хм… бессмысленным занятием. Керамических кирпичей у парня тоже не было. Как и прочих подходящих строительных материалов. Но ещё в Туле, задумавшись об этой проблеме, он приобрёл через купца Агафона довольно много извести. Обычной строительной извести, которая стоила сущие копейки, так как на Оке имелись каменоломни известняка, готовые поставить этого добра в любом количестве. Ну по местным меркам. Вот Андрей и закупил извести целую большую лодку. Её, кстати, лишь неделю спустя доставили, вместе с лошадьми.
И теперь, когда у него дошли руки, он занялся строительством простого землебитного здания, для которого эта известь и предназначалась.
Что из себя представляла эта технология?
Собиралась опалубка из плах. В неё насыпалась земля, очищенная от всякого рода крупных вкраплений органики, корешков там или жучков. Крепко утрамбовывалась. После чего проливалась известковым раствором. И так в несколько слоёв. После чего опалубка разбиралась и передвигалась дальше. Через несколько дней, когда известь схватывалась, опалубку ставили выше и вновь повторяли этот приём.
В результате получалось не очень прочное поначалу, но дешёвое и крайне быстро возводимое здание. Но хрупким оно было только поначалу. Потому что с каждым годом такие стены укреплялись, набирая прочность. И уже через какие-то пару столетий не уступали цементным.
Понятное дело, что ждать так долго Андрей не мог.
Посему стены он начал возводить достаточно толстые. Чтобы даже в рыхлом виде они оказались способны к осени держать тяжёлую крышу.
По такой технологии в конце XVIII века в Гатчине был построен Приоратский замок, который спокойно простоял до XXI века и в целом сохранился очень недурно. Во всяком случае, не хуже кирпичных построек.
И строил его архитектор Львов с тремя помощниками, возведя за три месяца все стены. Причём потратив на них всего две тысячи рублей, в то время как аналогичная постройка из керамического кирпича обошлась бы в двадцать пять тысяч.
Почему эта технология не получила широкой популярности в России? Бог весть. Андрею это было неинтересно от слова вообще. Он уже был далеко не ребёнком, во всяком случае по сознанию, и прекрасно понимал, что история технологий и их внедрения связаны со здравым смыслом и трезвым расчётом чуть более, чем никак. И путь к успеху той или иной технологии нередко прокладывают банальный случай и лихая удачи, знакомства да личная симпатия и так далее, и тому подобное. Так что воспринимал не пошедшие «в серию» технологии
Два этажа по такой технологии построить было проблематично. Во всяком случае, быстро. По этой причине он не стал рисковать и вновь вернулся к компоновочной схеме полуземлянки, при которой выкапывался котлован примерно по пояс, а толстые землебитные стены возводились примерно на полтора этажа вместо двух. Выигрыш небольшой, но в сложившейся ситуации каждые десять сантиметров были на счету. Вот и пришлось выкручиваться, чтобы получить два жилых яруса. Зачем такой геморрой? Всё просто. Пространства в крепости имелось очень немного и позволить себе роскошь одноэтажных построек Андрей не мог. И был бы подходящий материал, отгрохал бы и трёхэтажные…
Архитектурно жилой дом вписывался в общий план крепости, имея трапециевидную форму и используя в качестве одной из стен вал. Да, слегка облагороженный и укреплённый, но вал. Что опять-таки ускоряло строительство. Высота потолка была минимальной. Что-то около метра восьмидесяти. Иначе при односкатной плоской крыше просто ничего не получалось бы.
По его задумке, все здания внутри крепости должны быть такими же. И конюшня, и сарай, и прочее. И формировали таким образом в центре небольшую площадь в форме правильного восьмиугольника. Достаточную, чтобы всем свободно собраться, коней вывести и даже ещё не сильно толпясь.
Крыша же должна быть перекрыта черепицей, изготовленной по этой же технологии. Просто земля, перемешанная с известковым раствором, утрамбовывалась в деревянную форму. А потом оставлялась сохнуть и схватываться.
Оставался вопрос отвода воды, который бы стекал со всех этих крыш. Но он пока работал над этим вопросом. Планируя для начала ограничиться простым стоком со сливным отверстием в валу. А чтобы вода не накапливалась в сухом рве, требовалось прокопать водоотводную канаву до ближайшего оврага, а то и до реки. Но тут ещё нужно было подумать, чтобы не сильно ослаблять оборону и очень напрягаться в плане физических усилий…
– Ты уверен, что этот «колхоз» не развалится после первого дождика? – скептически глядя на набивку первой опалубки, спросила Марфа.
– Доверься мне.
– Откуда ты знаешь о том, что так вообще можно дом поставить?
– Ты хочешь это сейчас обсуждать? – усмехнулся парень, намекая на то, что вокруг куча людей.
Супруга фыркнула недовольно, но замолчала. А Андрей заметил смеющийся взгляд кузнеца. Он явно что-то знал, или догадывался, или выдумал себе что-то.
Несколько секунд длились эти гляделки. И, поклонившись Андрею, Илья отвернулся, явно не желая испытывать терпение юного и достаточно вспыльчивого хозяина. А парень отправился беседовать с Игнатом. Для задуманного Андреем дома требовались постели. И, учитывая нехватку пространства, возможно, часть из них пришлось бы делать двухъярусными.
Разговор не клеился.
И у Андрея мысли все были о кузнеце, а у Игната о щитках «скворечника», поэтому после десяти минут мучений парень не выдержал и пошёл к Илье.
– Нужно поговорить, – тихо произнёс он, подойдя со спины, отчего кузнец вздрогнул.
– А? Да. Конечно.
– Наедине.
Они отошли за пределы крепости и сели на небольшой пригорок с видом на крепость. Метра в ста от неё.
– Что-то случилось? – настороженно спросил Илья.
– Рассказывай.
– Что рассказывать?