Помещик
Шрифт:
– Теперь я понимаю, зачем тебе нужны были куклы. Ты хочешь - она не успела договорить, как я оказался около её и начал целовать.
– Ты...ты несносный - чуть только я оторвался от губ, выпалила она.
– Нет, я добрый, ..я милый и пушистый. Кстати, я скоро поеду в Москву. Что тебе привезти?
– подлизываюсь к рассерженной портнихе.
– Я подумаю - уже не так грозно Антонова.
– А как у нас обстоят дела с куклами?
– На них одежду шить, оказалось ничуть не легче, чем на людей.
– И когда будет готово? И во
– На следующей неделе. Одежда для них будут стоить рублей 15-20.
– Отлично. У Луки тоже около 15-17 рублей. Пусть ещё берестяные коробки сделает. Туда их и будете упаковывать. Я думаю, что можно по 100 рублей ассигнациями продавать. Дайте мне одну на подарок в Москву.
– А почему у Луки так дорого?
– Ну и у тебя, тоже не дёшево. Понимаешь, дорогая. Там краски и некоторые инструменты, очень дороги. Лак от немцев, своего пока нет вообще никакого. Может, что к лету и придумаем - вздыхаю я.
Дальше мы больше пикируемся, и я пытаюсь, "растопить" оставшийся холодок от тяжелого разговора.
– Так, когда же Вы, Анна свет Ильинична, меня навестите?
Нет, что-то или случилось у моей "принцессы" или встала она "не стой ноги". Или я переборщил, с юбкой-брюками?. Несолёно хлебавши, отправляюсь домой.
Дома перебираем запасы с дедом Иваном и Марией. Часть сразу откладываю для отца Василия, как обещал. Завтра их Савва отвезёт.
В кабинете у Добрынина расположились шесть человек, один из которых я. Мы выслушиваем своеобразный доклад Семёнова, о положении в нефтеносном районе. Питаемся разобраться, а главное понять, что нужно сделать для увеличения производства керосина.
– Производство керосина не растёт и из-за того, что только треть, его можно добыть из каждого ведра нефти - Семёнов.
То есть как треть? Это выходит, ... а куда же они остальное девают от производства и перегонки?
– Секундочку - прерываю доклад Семёнова, который перешёл уже на сравнение в деньгах.
– Я так понимаю, вы берете только треть от нефти, а куда используете остальное?
– Ну, бензина немного продаем в аптеки, а остальное выливаем. Соляровое масло, используем немного для розжига, остальное тоже выливаем - немного удивился моему вопросу Семёнов.
– Пипец - вскакиваю я - Вы что, выливаете такой ценный продукт, как бензин и солярку и всё остальное?
– А что нам прикажите, со всем этим делать?
– осторожно Семёнов, явно почувствовавший "запах" денег.
– Всё везти сюда - даю категорический ответ.
– Бензин отдельно. Керосин отдельно и все остальное тоже.
Похоже, я со своей эмоциональностью подвёл своих купцов. Сейчас, Семёнов, начнет им "руки выкручивать" на цену за свои услуги. Сижу, дальше только слушаю и не вмешиваюсь. Оказывается торговля не мой "конек", может себе торгового агента завести?
– Перевозка бензина из-за его свойств, представляет серьезные трудности - опять начал Семёнов.
– Я предлагаю начать у нас производство многоразовых емкостей из кровельного
– Это каких?
– оживляется Черников Никита Иванович, являющийся потомственным почетным гражданином Тулы и владельцем металл заводика. Почетные граждане, как и купцы, освобождались от телесных наказаний, но только они имели право ездить по городу в карете "парою и четвернею", иметь загородные дворы и сады, а их внуки, при условии сохранения беспорочности, могли "просить дворянство". Он только недавно присоединился к "нефтяной мафии", которая почувствовав запах больших денег, образовало общество "Тульский Свет".
Это общество уже успело "наложить лапы" на весь привозимый керосин и нефть в Тульскую губернию. Думают строить перерабатывающий заводик рядом с Тулой. Не последнюю скрипку там играл Добрынин и почетные граждане. Я туда не вмешиваюсь и даже не пытаюсь что-то "поиметь" в финансовом плане. Там как говориться "ещё конь не валялся", а вливания капитала туда надо будет очень немалые.
– А вот таких - и рисую квадратный бочонок с двумя боковыми ручками.
– А внизу, зачем сужено?
– Семёнов.
– Это чтобы ставить один на другой, и они плотно стояли - отвечаю.
– Но круглые, легче и дешевле делать?
– Черников.
– Легче, но не выгоднее - я опять рисую две телеги сверху и объясняю принцип загрузки.
После долгих споров, сошлись на компромиссе в ёмкостях на три ведра. Они хотели больше, но я сумел переубедить, хотя сам предлагал в два ведра. Это получается 36 литров, молочный бидон. Вот так да! Потёр я голову, от такого совпадения. Ничего особо интересного дальше я не услышал, а на прощание пожелал Семёнову успехов со словами.
– Вы, уважаемый Василий Иванович, пройдитесь по нашим лавкам, увидите много нового и полезного.
Теперь надо подумать про ручной насос для бочек. Несколько штук есть, и в старой книге, про Древний Рим, которую я купил в Москве.
Дома, остальное время доделывали примус и наконец-то довели его до демонстрационного образца.
Глава -2.
Я сижу за празднично накрытым столом и читаю письмо, подписанное Л.Н. Толстым. В нём меня извещают, в вежливой и витиеватой форме, что "прибыть, никак не могут". Но вот и первая ласточка прилетела, от моего плохого отношения с местным дворянством. Перечитываю пару раз. Ну что же будет "подарок" потомкам и историкам. Надо сохранить. Жаль, жаль, что не пришёл.
И что мне теперь делать с продуктами, уставленными на столе? И так с деньгами проблемы. Хотелось принять будущего знаменитого писателя нормально,.. но не судьба.
Пока я придавался размышлением, пришел другой гость. Не то что я бы не ожидал его, но не так быстро. Им оказался настоящий полковник, Шварц Сергей Павлович. Одетый, в синий с тонкой полоской гражданский костюм. Не захотел менять любимый цвет или что-то другое?
– Проходите, Сергей Павлович, как раз к обеду поспели.