Помолись за нас...
Шрифт:
Я пытаюсь тщательно обдумать ответ, но телефон начинает вибрировать, голос солиста группы 30 Seconds to Mars вызывает желание отшвырнуть мобильник. Делая глубокий вздох, я непонимающе изучаю экран, на котором красовалось имя оборотня.
– Ранди?
– Вен! Слава Амароку, я дозвонился до тебя! – его голос хрипит, будто мой собеседник находится на гране нервного срыва, от чего мне становится совсем не по себе.
– Что случилось?
– хмурясь, считаю до десяти, пытаюсь успокоится, его звонок не обязательно связан с чем-то плохим.
Ошиблась.
Чертовски
– Мне нужна твоя помощь, – шепчет мужчина в трубку, и могу представить, как при этом его глаза наливаются золотом, – я бы попросил кого-нибудь из стаи, но если отец узнает…
Пауза, не договорил, не смог…
– Во имя Амарока, помоги мне.
– Что случилось? – нервничаю, повторяю вопрос, вставая и начиная мерить комнату шагами.
– Это будет странно, но клянусь, абсолютно безопасно, просто сделай то, о чем я попрошу и…
– Да говори ты уже! – теряя терпение перебивая Рана, чувствуя, как беспокойство, смешивается со злобой и медленно поступает в организм по венам вместе с кровью.
– Ты не могла бы съездить на городское кладбище, – пауза, словно мой собеседник пытается подобрать слова, – ты спрашивала у меня про упырей, я сделал вывод, что ты встречалась с кем-то из них, Вен, прошу тебя, на кладбище тебя встретит один из них, он не причинит тебе вреда, клянусь честью стаи и именем Амарока! Перезвони мне как встретишь его и дай трубку, это действительно очень важно, от этого зависит….
– молчание, видимо Ранди думает стоит договаривать или нет, слышу едва различимый шепот, – не только моя жизнь…
– Встретиться с гулем на кладбище? – мой собственный голос хрипит от страха и непонимания.
– Я говорил тебе, что мы с ними не контактируем, но он самый вменяемый, я умоляю тебя, Вен, мне не к кому обратиться, ты единственная кого не заподозрят и о ком не станут выяснять, подразделение мигом прикроет им все источники.
– Ты уверен, что это безопасно?
– Да, клянусь тебе, он не убивает без необходимости, если ты это сделаешь, я буду твоим должником, я бы не подверг тебя опасности, пожалуйста!
– голос звучит отчаянно, я прикрываю глаза, чувствую, как дрожит все тело, перед глазами появляется Шэйн, жуткие клыки, алые всполохи, презрительная усмешка, еще секунда и он окажется рядом, разрывая меня на мелкие кусочки. Встряхиваю головой, прогоняю видения «Все хорошо, Бэйт, дыши глубже».
Не думай о нем, не думай о них…
***
Спустя пятнадцать минут я гнала по вечерней магистрали, по мере приближения к окраине города, где находилось кладбище, дорога становилась все менее освещенной, все реже встречались машины.
Ранди не подверг бы меня опасности, он не отправил бы меня на эту встречу, если бы это не было безопасно, однако во внутреннем кармане плотно прилегает к телу пистолет, заряженный серебряными пулями, почему-то меня терзали сомнение, я понятия не имела как справится с упырем и поэтому тихонько молилась, чтоб до этого не дошло.
Тишина… жуткая, загробная, лишь ветер, периодически посвистывает, окутывая покосившиеся могилы и старый склеп.
По телу бегут мурашки,
Ещё шаг.
Завывание ветра.
Дрожь по коже, сердце останавливается на мгновение, где-то на уровне сознания понимаю, что я не одна, резко оборачиваюсь, но никого не вижу.
«Долбанная паранойя!» – ухмыляюсь темноте, с отвращением подмечая, что стала слишком дерганная, разворачиваюсь, чтобы идти дальше, но на моем пути возникает препятствие. С ужасом понимаю, что врезалась в чью-то грудь, мужскую, накаченную, ткань черной кофты неизвестного скользит по щеке, сердце пропускает удар, чувствую сладковатый запах так похожий и в тоже время так отличающийся от запаха Кая, дрожа поднимаю голову.
«А вот и твоя смерть, Венди Бэйт».
В темноте мерцают алые сполохи, лицо практически полностью скрыто черным капюшоном, но, если постараться, можно заметить шрам, уродующий, некогда наверняка прекрасное, лицо. Тонкие губы дернулись, выставляя на показ острые зубы, не улыбка, оскал, дикий, звериный…
Практически полностью парализованная страхом, все же умудряюсь отпрыгнуть на несколько шагов.
– Шэйн! – голос дрожит, чувствую себя глупой мышкой, попавшей в ловушку, упырь не шевелится, внимательно разглядывает меня, алый огонь в глазах становится все ярче и ярче.
«Самый вменяемый, да, Ран?!»
– Наживка? – судя по тому как колыхнулась черная челка, мужчина изогнул брови, алый практически полностью испарился из глаз, возвращая им природную зелень.
– Какого хрена ты тут забыла?
Смущаюсь, отвожу глаза, понимаю, что не могу ничего сказать испытывая нереальный страх перед гулем, подумать только, в его ежедневный рацион питания входят трупы.
Шэйн задумчиво смотрит на меня, слегка наклонив голову вбок, челка сместилась в строну, позволяя мне более детально изучить его лицо.
– Мне позвонил Ранди, – неуверенно переступаю с ноги на ногу, чувствую себя гребанным десертом под его немигающим взглядом, - он сказал, что это очень важно и что ему нужно связаться с тобой.
– Грязнокровная псина? – губы изгибаются, показывая его явное отвращение.
– Он сказал, ты не причинишь мне вреда. – отчаянно цепляюсь за последнюю надежду, неуверенно доставая телефон и замираю на имени оборотня.
– Он так сказал? – жестокий смешок. – скажи-ка мне, Венди Бэйт, – опять это странное растягивание моего имени, словно попытка раскусить и узнать каково оно на вкус, – как много хищников отказываются от еды, которая сама приходит к ним в лапы?
Замирая наблюдаю за тем, как мужчина приближается ко мне, останавливается за пару сантиметров, до того, как наши грудные клетки соприкоснуться, взгляд задумчивый, изучающий и безумный. Гробовую тишину нарушает только оглушающий стук моего сердца, с ужасом отмечаю, что грудь Шэйна не шевелится, упырь не дышал, совсем. Колени начинают дрожать еще сильнее, с губ срывается первое, что приходит в голову: