Попаданцы
Шрифт:
Это непросто, но и она знала достаточно много. Эту ночь пришлось провести у костра, слушая рычание и сопение зверей в лесу.
— А нужно оружие, — справедливо решила она, шестом со зверями не справиться, это не люди.
Пока у неё есть только два ножа, но это маловато для хорошего оружия. Хотя, даже такое копьё лучше, чем ничего. Закрепив один из ножей на конце шеста, она задремала, подкинув дров в костёр. Природная чувствительность выручила и в этот раз.
— Спит, а одежда нашего парня, чисто он их убрал, никто
— И мы его чисто уберём, пока спит, — второй голос грубее, но она разобрала слова.
Теперь каждый шорох говорил ей больше, чем думали враги, вот они уже рядом. Первый вздохнул глубоко, значит, сейчас нанесёт удар. Так и получилось, нож направился в её тело, но попал в пустоту. Резко перекатившись, она поднялась на ноги в одно мгновение и оказалась лицом к лицу с нападавшими. Второй хотел ударить ножом снизу, но неожиданно на пути его встала рука, а вторая вывернула руку с ножом, и он оказался уже в чужих руках.
В это время напарник уже поднялся с колен и бросился на Сунь, но наткнулся на нож. Она так и оставила его в теле разбойника, а вот его нож уже у неё в руках. Судьба второго была решена, но он бросился наутёк. Вот теперь пришло время копья, и оно полетело, воткнувшись в спину разбойника.
— Поспать не дали, — вздохнула она.
Ладно, размяться, а потом раздеть этих идиотов и оттащить подальше в лес, пусть звери пообедают. Эти тоже принесли ей монеты, да побольше, чем первые два. Жаль, ножи тоже так себе, но не выкидывать же их, пригодятся. Еды ещё на несколько дней, а пока надо подумать о доме.
Оттащив трупы подальше в лес, она решила заготовить прутьев, чтобы сделать укрытие от непогоды. Можно сделать шалаш, но для него нужны жерди потолще, можно пирамиду, но опять же материал ножами добыть непросто. А вот купол можно вполне, для него не надо особенно толстых веток.
Сделать купол несложно, а вот перекрыть уже намного сложнее, тут травой не обойтись. А вот дёрн можно уложить как угодно, его и заготовить проще Несколько дней, и необходимое количество дёрна будет готово. Она и занялась заготовкой дёрна, пока есть продукты. Так прошла почти неделя. Пришлось ещё раз идти к крестьянам и снова расставаться с парой монет. Нет, деньги ей не жалко, но оставаться невидимкой, это очень важно.
В итоге её жилище обложено дёрном и почти сливается с окружающим пейзажем, просто холмик и не более того. Чтобы совсем скрыть его от глаз, она посадила по периметру ежевику, та разрастётся и скроет из виду её дом. А что, вполне комфортно, внутри небольшой очаг, только готовить не в чем. Зато теперь можно спокойно обследовать лес вокруг.
Буквально через полчаса попался одинокий волк, почему-то решивший, что пора бы ему пообедать. Шкура у него оказалась довольно большой и заняла место на полу в доме. Снова она отправилась в путь, теперь вдоль ручья, и вскоре оказалась на берегу небольшой реки. Ага, вот и граница её владений.
По какой-то причине она крутилась возле впадения ручья. Поймать непросто, но одну удалось насадить на копьё и вытащить на берег. Щука оказалась довольно крупной и Сунь отнесла её домой. На сегодня хватит походов, зато полакомиться жареной рыбой довольно приятно.
— Рыба есть, мясо не вопрос, но и слишком много его нельзя есть, связки скукожатся, а остальное придётся покупать у крестьян.
Она рассуждала вслух, чтобы ничего не пропустить.
— Оружие пока годится, хотя и посерьёзнее не помешает.
Но пока она и так прикрутила самый большой нож. Ножей у неё много, а толку с них не очень, хороший только один и то, с поправкой на эпоху. Ладно рыбы хватит на пару дней, пока можно обследовать территорию. Хищников хватает, глупая рысь решила напасть сверху, притаившись на ветке. Сунь заметила её и положила копьё на плечо, чтобы защитить спину. Рысь и напоролась на острый наконечник, завизжав от боли, но промучилась недолго.
Увязав шкуру, не возвращаться же опять домой, Сунь продолжила путь. Лес хороший и следов хватает, олени, лоси, кабаны, кого тут только нет. Но обитали в лесу и двуногие звери. Три разбойника сидели у костра и варили в нём мясо.
— Парни куда-то пропали, не звери же их сожрали.
Очень похожий на вожака шайки, крупный разбойник недоволен сокращением числа подельников.
— Жратва пока есть, посмотрим через пару дней, если не вернутся, придётся самим отправляться на промысел, — согласился с ним второй, жилистый, сухощавый человек с неприятным голосом.
— А ты что скажешь? — главарь повернулся к третьему.
Им оказался монах в рваной рясе, босой и с выбритой неаккуратно тонзурой. Что занесло его в шайку, знает только он сам.
— А что тут скажешь, — лениво заметил тот, — на всё воля божья. Когда-нибудь и нас сожрут дикие звери, не станут же хоронить в лесу разбойников.
— Тебя, может и зароют, ты же у нас святоша, — ухмыльнулся жилистый.
— Если я грешен и ушёл из монастыря, это не значит, что я утратил веру. Я молюсь ежедневно о спасении наших душ.
— Ну да, и лупишь прохожих по голове дубинкой, — расхохотался жилистый.
— Господь запретил нам проливать кровь, — монах даже палец вверх поднял.
— А убивать разрешил? — продолжал хохотать разбойник.
— Тьфу на тебя, весь аппетит пропал, — плюнул под ноги монах, поднялся и решил отойти по малой нужде, скрывшись за кустом орешника.
Это и решило его судьбу, простого монаха она бы не тронула, а разбойника, да ещё и убийцу, что стало ясно из их диалога, надо устранить. Монах задрал сутану, обнажив волосатые ноги и с упоением приступил к удалению лишней жидкости, жмурясь от удовольствия. Сунь свернула ему шею без всякой жалости.