Попаданец не туда
Шрифт:
— Мама, а это кто? — та самая девочка дернула Тишу за рукав.
— Милорд, раз уж мы встретились вновь, — Тиша замялась. — Позвольте представить вам вашу дочь. Ланна, это твой отец…
Тирион пораженно посмотрел на светловолосую девочку, свою дочь. Та смотрела на него ничуть не менее изумлённо.
— Мой, — Ланна запнулась, — отец? Ты говорила, что он погиб в море.
— Для меня он погиб. — Взгляд Тиши посуровел, а губы сжались в плотную линию. — Когда позволил своему отцу поступить так со мной и не вмешался. Даже если бы у меня
На Тириона словно ушат воды из браавосийского канала вылили. Он сжал зубы до хруста и изо всех сил старался не заплакать от душевной боли, терзающей его сейчас так, как не случалось никогда.
— Милорд. Вы заберёте свою дочь с собой? — спросила Тиша. — Здесь ей не место, а вы сможете обеспечить ей достойное будущее.
— Мама?
— Иди со своим отцом, Ланна. С ним тебе будет гораздо лучше, чем со мной.
— Но я хочу остаться с тобой, — задыхаясь от слёз, ответила Ланна.
— Мы не всегда получаем то, чего хотим. Я, например, хотела всю жизнь прожить в хижине с твоим отцом.
— Лучше бы мы оттуда никогда не выходили, — горько пробормотал Тирион.
— Да, лучше бы, — ответила Тиша, и они замолчали. Некоторые посетители с интересом наблюдали за ними.
— Ну, что? Пора прощаться. — Тиша обняла Ланну, которая рыдала, не переставая, и посмотрела на Тириона. — Прощайте, милорд. Уже навсегда.
Тирион кивнул и, взяв за руку Ланну, быстро направился к выходу. У дверей его перехватил распорядитель.
— Мне очень жаль, — с чувством сказал он и похлопал Тириона по плечу.
— Вы хотите, чтобы я заплатил за Ланну? — огрызнулся Тирион.
— Вы меня обижаете. Если я работаю на такой работе, это не значит, что я подонок, — возмутился распорядитель и быстрым шагом удалился.
Тирион и Ланна вышли на улицу и бездумно прошли несколько кварталов. Ланна ревела, а Тирион бесцельно шёл вперёд, не отдавая себе отчёта.
Вдруг он остановился. Глаза его наполнились гневом, а лицо побагровело. Он рухнул на мостовую, словно из него выпустили весь воздух, и громко зарыдал. Затем в бессильной злобе он начал кататься по мостовой, кусать самого себя и бить кулаком в землю.
— Будь проклят Тайвин Ланнистер! — завыл Тирион, вложив в этот вой все эмоции, что переполняли его сейчас.
Сразу после разговора, Тиша собрала вещи, отдала все свои средства распорядителю и тихо вышла из таверны.
Прохожие рассказывали, что видели той ночью неизвестную женщину, закутанную в вуаль. Она стояла, облокотившись о перила ограды канала, и задумчиво смотрела в синюю воду.
— Что удалось обнаружить в штабе Безликих? — спросил я, листая отчёт.
— Целое хранилище лиц, коллекцию ядов, из которых мейстер Пицель смог опознать лишь половину, и различные бумаги, — доложил Борнхольм, приложив руку к козырьку. Недавно ввёл подобие устава и такой тип воинского приветствия. Пора подгонять армию под современный образец.
—
— Вы не представляете насколько! Там целые тонны различных отчётов, бумажек, карт, характеристик на тех или иных людей.
— Нашли что-нибудь интересное?
— Нет, но нам удалось кое-что узнать от Якена Хгара.
— Он заговорил? — удивился я.
— Даже Безликие чувствуют боль, — жутко ухмыльнулся Джон. — Особенно в руках таких профессионалов, как Илин Пейн и Квиберн. Но им не пришлось действовать по плохому. Он говорил всё, что у него спрашивали.
— Разве они не должны заниматься Мопатисом?
— Он упорно сопротивляется пыткам. Сир Пейн сказал, что восхищается выносливостью этого торговца сыром. Жестами, естественно.
Я погрыз кончик пера. Мопатис — вот на ком нужно сконцентрировать внимание. Он наверняка знает о том, кто мог заказать меня и всю верхушку Вестероса. У кого столько денег, сколько нет в казне всех вольных городов вместе взятых. Да, мы уже узнали о планируемом покушении. Из бумаг и допросов.
С Якеном мы не заключали пакта о ненападении, и ни он, ни я не обещали друг другу неприкосновенность. Он рассказал Квиберну, что собирался грохнуть меня при моем отплытии. Взорвать бочки с диким огнём в трюмах наших кораблей. Хорошо, что я сработал на опережение и арестовал его за многочисленные убийства сразу же, после подписания мира.
Якен воспринял всё философски и спокойно делился всей информацией. Наверное, потому что выбора у него не было. Его стерегли как зеницу ока, и ему не удалось бы сбежать, каким бы крутым ассасином он ни был.
В дверь постучались.
— Войдите, — крикнул я.
В каюту вошёл Тирион в сопровождении девушки лет четырнадцати. Примечательно, что у обоих волосы были одного цвета.
— Неужели нашёл потерянного бастарда? — пошутил Борнхольм, но Тирион так посмотрел на него, что тот заткнулся.
— Ты нашел её? — спросил я.
— Да, — резко ответил Тирион. — Это Ланна, моя дочь. Ты позволишь ей остаться при дворе?
— В чём вопрос? Конечно! — Поднимаюсь из-за стола и подхожу к ним поближе. — Ты и моя родственница, получается. Будешь первое время фрейлиной или служанкой при дворе.
— Благодарю, Ваше Величество. — Ланна сделала какую-то жуткую пародию на реверанс. Да уж, учиться и учиться.
Они ушли, и я обратился к Борнхольму.
— Живо иди в город и найди там женщину.
— Вам вашей жены не хватает? — опять пошутил Борнхольм.
— Она известна под именами Тиша и Матросская Жена. — Я проигнорировал его шутеечки. — Иди и разыщи её, пока она не утопилась или ещё чего.
— А что потом? — на этот раз серьёзно спросил он.
— Посадишь её на корабль, не этот. Отвезешь в столицу и там пристроишь к работе в Красном Замке. Она пригодится. Главное условие, чтобы Тирион и она не пересекались, по крайней мере, первые несколько лет.