Попаданец не туда

Терехин Степан

Ли Чжуанцзы плыл с ними. Он должен был следить за действиями Стоуна и сообщать о всём Императору. При этом он совершенно не скрывал, что является осведомителем.

Они отплыли достаточно далеко от Миэрина, когда Ли начал жаловаться, что на корабле не нашлось зелёного и-тийского чая.

— Это есть оскорбление Солнцеликого Императора! Я напишу ему! Вы будете отвечать за это! — надрывался он, находясь на палубе.

Стоуну это в конце концов надоело. В последнее время его соратники замечали, что его эмоциональное состояние становится крайне нестабильным и также участились вспышки

гнева. Он подошёл к Ли, схватил его за длинную косу и припечатал об мачту. Чжуанцзы со стоном сполз с вниз, выхаркав нескольких зубов. Стоун схватил его за горло и поднял на уровень лица.

— Слушай меня! Слушай внимательно. Я готовился к этому всю свою жизнь. Если с моим триумфальным возвращением что случится, ты за это ответишь. Чуть не так вздохнешь, волосок не так шевельнется, тебе конец, и больше никто не крадется, никто не воняет, придушу. Понял? Я слежу за тобой.

— Моя понять, — простонал Чжуанцзы. Стоун швырнул его на пол и удалился в капитанскую каюту.

Всего на кораблях находилось до десяти тысяч солдат. В это число входили военизированные отряды, созданные из миэринских вольноотпущенников, а также наемники, чья верность, в отличие от первых, была под вопросом. Империя И-Ти не предоставила ни одного солдата, но зато щедро поделилась пороховым оружием. Но новое оружие было очень нестабильным и несовершенным. Трудное в производстве и требующее долгой перезарядки, оно не уступало никому в бронебойности и дальности полёта пули. На армию Стоуна приходилось всего несколько сотен ружий и пользоваться ими могли только те, кто предварительно прошел подготовку.

Через две недели плаванья Чжуанцзы осмелел и попытался послать весточку Императору. Для этого дела у него был ручной почтовой ворон особой породы. Но Ли был пойман за руку в последний момент. За это Стоун привязал Чжуанцзы к свесу носовой части коробля. Остаток пути Чжуанцзы провел в этом положении. Лишь на подступах к Вестеросу, когда стал виден архипелаг Ступени, Стоун разрешил отвязать Чжуанцзы. После такого и-тиец отрекся от верности Императору прилюдно и стал искренне преданным слугой Роджера Стоуна. Стокгольмский синдром или случилосоь то же, что и с Теоном-Вонючкой?

Вдали стали появляться очертания величественного замка. Штормовой Предел. Стоун заметно заволновался.

— Бросить якоря!

В первой шлюпке, плывущей к береговой полосе, находились Роджер, Адриан и Хелен. Стоило лодке приблизиться к берегу, как Стоун выскочил из неё и по мелководью устремился к земле.

Упал, зарыдал, зарылся в сыру землю.

— Я дома, — прошептал он, пропуская сквозь пальцы руки сыплющуюся землю.

После такого эмоционального момента, Роджер как ни в чем ни бывало, встал и пошел к высаживающимся солдатам.

Благодаря фактору неожиданности удалось взять замок без боя. Теперь у Стоуна и его войска есть мощный опорный пункт, в котором можно выдержать долгую осаду.

Надежда взять в заложники брата короля и наследника принца Томмена провалилась, так как он отбыл отсюда меньше недели назад к королю, чтобы присутствовать при строительстве новой столицы. Новости о взрыве Королевской Гавани и победе над Иными распространились быстро.

Пришлось ограничиться менее

ценными заложниками. В их число входила Мелисандра, которая временно остановилась в замке.

— Твои фокусы помогут мне победить? — Стоун скептически разглядывал её. Она больше походила на шарлатанов, коих он в большом количестве повидал в Эссосе.

— Конечно. Ведь вы Азор Ахай. Вы можете пробудить каменных драконов, — с блеском в глазах прошептала Мелисандра.

— Так. — Стоун махнул рукой. — Проку от неё нет, а её бред выслушивать я не желаю. Повесить красную ведьму.

— Нет! — Мелисандра было дернулась, но её быстро скрутили солдаты и вздернули на замковой виселице. Она настаивала на смерти путём сожжения, ведь огонь ей не навредил бы, но Роджеру было наплевать. Перед смертью стремительно синеющая Мелисандра пыталась наколдовать какие-то чары, но похоже, судя по её неподвижному телу, они не сработали.

Петля сорвала с неё ожерелье и всему замку предстала древняя старуха.

— Твою мать! — отпрыгнул от тела Адриан, который руководил казнью. — Ей лет триста, не меньше.

— Вот и верь теперь бабам, — покачал головой удивленный Стоун.

Помимо Красной Женщины в дальней камере подземелья удалось найти зарывшегося в грязь парня. Солдаты выволокли его во внутренний двор, где происходила казнь и бросили к ногам Стоуна.

— Это ещё кто? — брезгливо поморщился Роджер. От пленника воняло хуже чем от выгребной ямы, вместо одежды на нём болтались лохмотья, а сальные патлы свисали почти до плеч.

— Меня зовут Хеке, милорд. Мужичье зовёт меня Вонючкой, — пленник низко поклонился.

Стоун засмеялся.

— Да, прозвище у тебя соответствует действительности. — Солдаты засмеялись, а Хеке заискивающе улыбнулся, не переставая кланяться. — Я не милорд, я президент Стоун. Мужичье зовёт меня Вождём.

В глазах Вонючки промелькнуло что-то похожее на узнавание.

— О, милорд, я так рад вас видеть! — Вонючка потянулся было к руке Стоуна, но тот брезгливо одернул её.

— Ты знал о моем прибытии? — прищурился Стоун.

— Вся страна знает, — с жаром произнес Вонючка. — От Дорна до Стены люди ждут вас и в тайне шьют коричневые знамёна, готовясь к моменту революции.

— Хм, — довольно протянул Стоун и окинул взглядом окружающих. Эти слова поспособствовали подъему боевого духа среди солдат.

— Я мчался из самой Королевской Гавани в Скорбящий Городок, чтобы сесть на корабль и присоединиться к вашему войску в Миэрине. Но меня поймали местные стражники и бросили в темницу. — Вонючка преклонил колено. — А теперь вы сами пришли ко мне и я жажду предложить вам свою службу.

— Зачем мне брать к себе такого, как ты? — поинтересовался Стоун.

— О, милорд, — хитро улыбнулся Вонючка. — Я могу быть полезен. У меня есть обширные связи с криминалом и я могу для вас организовать шпионскую сеть в Вестеросе.

Стоун думал недолго. Несмотря на недовольство Адриана и Хелен, которые были не рады такому вонючему коллеге, он вытащил меч из ножен и ударил им по плечу Вонючки.

— Принимаю твою службу, Хеке из…

— Риверанна, — подсказал тот.

— Хеке из Риверанна. — Стоун тактично избежал упоминания прозвища.