Попаданец

Молчанов Всеволод

Но на такие подвиги Тимофей не пошел, потому что и ягоды бывают ядовитые, да и от грибов чего ждать не знаешь. Тем более, где-то он слышал, что грибы почти не усваиваются организмом, то есть это почти бесполезная еда. Только разве живот набить. Что остается? Огород — нет, там еще долго, к тому времени можно и с голоду помереть, хотя и говорят, что без еды можно прожить 20–25 дней, испытывать на себе этого не хотелось. Охота? Смешно. Что остается? Рыбалка.

«Надеюсь рыбы тут в сельской местности много.»

Про рыбалку на удочку и речи не шло. Нет ни крючка, ни лески, ни

поплавка. Как все это изготовить в ручную тоже не понятно. Ну, вместо лески наверное можно использовать тот кусок портянки, что остался при изготовлении лучковой дрели, но остального взять не откуда. Значит нужно делать ловушку — вершу. Тимофей видел такие несколько раз в разных передачах и ничего сложного в их изготовлении не заметил. Не сложно, но долго. Так что через пол часа он уже шел в рощу за огородом в поисках прутьев, а еще часа через 2 сидел возле речки, усердно пытаясь заплести их в подобие верши из своих воспоминаний.

7 самых толстых прутьев были воткнуты в землю, а между ними змейкой вплетались уже более тонкие. Самое сложное было с макушкой, потому что они никак не хотели изгибаться так сильно не ломаясь. Пришлось аккуратно и мучительно долго разрезать их вдоль на несколько частей и обматывать чуть ли не в 2 слоя. Допустить то, что рыба туда заплывет, а потом сбежит — нельзя. Если не попадется, то ладно, не так обидно будет.

— Хотя как я узнаю, что она сбежала? Не видно же будет. Просто с голоду пухнуть начну, да и все.

И после этих слов он решил вплести еще три прута на самые, по его мнению, проблемные места.

Дальше в основание были вплетены еще несколько прутьев, чтобы затруднить выход из ловушки, но по идее все должно и так сработать. Рыба не умеет плавать задним ходом. Поэтому если заплывет, то, по идее, там и останется. Внутрь ловушки был положен небольшой кусок мяса из последнего горшка, а сама верша заняла свое место в воде, метров на 20 выше по течению, чем Тимофей брал воду. Там начинались небольшие заросли камыша.

Дело сделано и результаты дня были ого-го! Всего за один день получилось и первый огонь добыть и навес от дождя для костра соорудить, а теперь еще и первая ловушка для рыбы. И все своими руками. Не в магазине купил — сам сделал!

***

Вставать совсем не хотелось. Было лень. Дело в том, что это первая ночь, когда Тимофей не подрывался по несколько раз придвинуть бревна в кострище, чтобы оно не погасло, а просто затушил его. Теперь огонь добыть можно всегда и переживать нечего. От работы на огороде, перетаскивания десятков литров воды на приличное расстояние, непривычной работы и в конце концов просто стресса, мозг отказывался включаться в работу. Поэтому он и лежал уже довольно долго в полумраке, смотря в потолок.

Почему в полумраке? Да тут такие окошки мелкие и закрываются на деревянные задвижки, что света почти не пропускают, даже днем. А на ночь он их оставил приоткрытыми совсем чуть-чуть, чтобы не продуло. Вот и попадали в комнату буквально пару лучиков солнца и все.

«И что будем делать сегодня? Можно приготовить и поесть например. Можно натаскать воды в бочку. Хотя зачем она мне? 4 кувшина принести, да хватит. Можно пойти искупаться. Это

уже интереснее, сколько я не мыл голову нормально? Только чем мыться. Золой что ли? Мыла тут я так и не нашел, а золой от костра вроде бы и мылись в древности, потому что из неё оно вроде и делалось. Заодно можно и вещи простирнуть, если сработает. А пока сохнет и в рваных вещах походить, что нашел. Кто меня тут увидит, что я в рванье то? Сегодня высохнет, а завтра я уже чистый и опрятный. Ага, и снова пойду в земле копаться и потеть, таская тяжести. А можно и поесть.

Или можно пойти сделать еще пару верш для ловли рыбы. Вдруг в одну ничего не поймается, а если будет несколько, то шансы выше. Её можно и завялить, чтобы хоть минимальный запас был, соль есть. Мало правда. А еще, раз я буду делать верши, то можно попробовать и ножи заточить о камни. Ну как-то же их в древности точили, не сами же они острыми становились. Значит можно и обычными камнями это потихоньку сделать. Долго наверное будет, но времени все равно вагон, Прокопия этого так и нет, когда наступит «скоро», не ясно. Вот и займу себя полезным делом. Хотя и лежать тут тоже приятно и время убивает. Привык уже даже к такой кровати, кто бы мог подумать? И ничего, сколько прошло, неделя? Больше? Всего то…

Или все-таки поесть?»

В верше плескалась небольшая рыбка, грамм на 200 примерно, что очень обрадовало Тимофея, но сначала по плану была стирка и мойка. Ради этого он принес с собой полный котелок золы из костра. И все прошло очень даже хорошо. Сначала он попробовал намочить себя и растирать золу, но потом пришел к выводу, что это не очень удобно и просто добавил воды в котелок. Так пошло быстрее и удобнее. Затем нанес эту смесь на одежду, пожамкал, смыл, повторил и вот вроде все готово. Осталось только одеться, закинуть рыбину в чистый котелок и отнести к костру.

А возле кострища Тимофея поджидал старичок. Сидел посасывая соломинку и смотрел на разгорающийся огонь.

— Здравствуйте — голос парня звучал не уверенно.

С одной стороны старичок не выглядел опасным, с другой стороны, кто их тут знает, этих дикарей.

— И тебе здравствуй. Я один приехал. Зови меня Прокоп. — бодро поздоровался дедок и внимательно осмотрел внешний вид паренька.

— Кхе. А чего это с тобой? Одежонка то плохенькая. Да и где все? Михайло и Бирюк тут?

Похоже и этот был не в курсе происходящего и все пришлось рассказывать по новой. Но старик, в отличии от предыдущего гостя, хотя бы проявил какие-то эмоции. Тому мужику вообще оказалось все равно, что тут кучу народу перебили, только о чем-то своем и размышлял похоже. Прокопий же сразу заметно погрустнел.

— Что и детей тоже? — грустно выдавил он. — Или забрали с собой?

— И детей… — тихо добавил Тимофей, вешая над огнем котелок с водой.

— И что теперь делать? Я же сюда столько ехал, добро вон свое вез почти неделю, дом отдал. Там уже Рося живет. А тут ничего и нет?

— Деда, а есть позвонить?

— Какой я тебе деда, и церквей тут нет! Ты чего, в иноки идти удумал, а тут кто поднимать землю будет? Опять один Прокоп все сделает? — с наездом процедил старик и пошел к своей телеге.