Попаданка под дракона

Глава первая. Пала девочка, низко пала

Невеста не пролазила.

– Примета, говорю, хорошая, раз не пролезает, - выдохнула я, устало глядя на ее нервных родителей. – Брак будет долгим и счастливым!

Я всегда так успокаивала.

– Ой, хорошо бы! – всхлипнула суетливая матушка и чуть не сорвалась с крутой крыши в густые кусты шиповника.

Я резко схватила мадам за корсет и втащила обратно. Черепица хрустнула

под ногой солидного отца, поспешившего ко мне на помощь.

Я испугалась, а не слишком ли громко мы тут хозяйничаем? На чужой-то крыше в полночный час?

– Да тише вы! Разбудите жениха! Он еще не в курсе, какой сюрприз его ждет! – прошептала я, косясь на бесшумно подвывающую девицу. На фоне огрызка луны она напоминала безутешного оборотня.

Мне понимающе покивали. В створке слухового окна торчала верхняя половина невесты. Нижняя половина уже находилась в доме.

На полпути к большой любви.

Я припала ко второй створке, которую мы так и не смогли открыть.

Моему взгляду предстала роскошная спальня, обставленная со вкусом «все красивое сюда, и это тоже!». На полу лежал роскошный черный чемодан с серебряным драконом на гербе.

Мой взгляд остановился на огромной кровати, которая находилась аккурат под двумя болтающимися ногами в белоснежных чулках с подвязками. На кровати крепко спал шикарный полуголый мужик лет тридцати семи.

Туфли невесты стояли на парапете. В прошлый раз, случайно слетевший с ноги каблук, лишил жениха левого глаза. Повторения не хотелось.

– Нам бы быстрее! А то он здесь остановился на ночь, а завтра уедет по делам, - шепотом причитала суетливая маменька, надо мной.

Спящий перевернулся на спину и скользнул вниз по атласной подушке с золотистыми кисточками.

Одна его рука покоилась на мощной, вздымающейся от вздоха груди. Вторая впивалась в одеяло, словно в порыве страсти. «Какое тело!», - подумала я, а пальцы невольно сжались.

Там, где одеяло съехало вниз, я видела несколько интригующих рубцов шрамов. А жених у нас боевой. Значит, есть шансы, что падение невесты переживет!

Спящий заворочался, словно предчувствуя беду. Одеяло на бедрах натянулось. И я завистливо закусила губу. Тут невесту ловят, как говорится, на живца.

Ненавижу свое воображение! Оно у меня слишком хорошее для впечатлительной девушки.

Я мельком взглянула на его лицо жениха. Хотелось запомнить его безмятежным. Но неожиданно для себя зависла на пару мгновений.

О, нет! Красивым его точно не назовешь, однако было в нем что-то такое, от чего хотелось покраснеть и смущенно закусить согнутый указательный палец.

Есть такой тип роскошный мужчин, которым стоит войти в зал, как все женщины мысленно с ним изменили.

Перстень с крупным камнем поблескивал на мизинце правой руки. Все это выглядело развратно – утонченно.

А мы, оказывается, еще и модник.

На стуле висели дорогой бархатный сюртук и тонкая черная сорочка с кружевными рукавами. Жених спал обнаженный.

Черные перчатки небрежно лежали поверх каких-то бумаг. К столу была приставлена трость с рукоятью в виде дракона, а на одном из чемоданов лежал черный дорожный плащ, поблескивая серебряными застежками. Какая солидная сволочь.

Так, все! Хватит рассматривать чужих женихов в чужом доме! Вернемся к плану «Пала девушка»!

– Точно он? – спросила я на всякий случай у родителей еще не падшей, но уже собирающейся девицы.

Мне стоило неимоверных усилий отлипнуть взглядом от спящего. А губа у невесты не дура.

– Смотрим внимательно, - прошипела я, тыкая пальцем в стекло. – Чтобы потом претензий не было!

Надеюсь, не как в тот раз! И не важно, что это был совершенно другой мужик. Жениться все равно пришлось.

– Да, да, это он!
– закивали мистер и миссис Чамбер, глядя на безмятежно спящего бедолагу.
– Он разорвал помолвку с нашей бусинкой.

Я окончательно убедилась, что под нами спит изысканная сволочь, поэтому поддалась искушению и еще раз мельком лизнула взглядом красивый живот, с которого пикантно сползало одеяло. А потом отогнала от себя порочные мысли.

– Мама я там за что-то зацепилась, - плаксивым шепотом позвала страдалица – бусинка.

Дочка красотой пошла в отца. Если бы не платье, то к ней бы обращались «сэр».

Про таких, как она, обычно говорят: «Зато будет верной!». Женихи обходили ее стороной. Представьте, как им обидно, когда у жены усы растут быстрее, чем у него?

Еще чуть-чуть и ее назовут старой девой, выдадут чепец, посадят сочувствовать обездоленным, вязать варежки и гладить котиков.

Так что я – ее последний шанс на семейное счастье.

– Да, бусинка, потерпи, сейчас мы тебя туда засунем… - утешала мать, гладя шмыгающую дочку по прическе. – И помни, как только упадешь – начинай раздеваться! Поняла! Только быстро-быстро! Как тебе сказала Мадам Женю-ю-ю!

О, как противно она тянет букву «ю».

– А я говорила! На дело идем ночью. На невесте - минимум одежды, - деловито прошептала я, пытаясь вытащить невесту на крышу и впихнуть ее снова. Но она застряла. Ни туда и ни сюда.

– А, правда, что вы из другого мира? – полюбопытствовал глава семейства, утирая пот со лба и утешая ноющую дочку похлопываниями по плечу.

– Не мешайте! – отмахнулась я, думая, как поступить. – Я думаю!

Нет, ну формально нужная половина невесты находится в доме. Здесь проблем нет! Правда, на высоте трех метров над уровнем кровати. И фраза: «Он меня лишил девственности» звучит как вызов для прыгунов с шестом! Хотя…