Портреты
Шрифт:
Шахматы соединяют в себе и спортивный (результат партии), и творческий (содержание партии) элементы. Ласкер расценивал шахматы как полноправную область творческой деятельности человека. Поэтому он и пришел к выводу о необходимости введения авторского права мастеров на текст сыгранной ими партии. Он писал что шахматная партия является «продуктом творчества двух больших личностей». Но Ласкер не мог изменить закон об авторском праве и лишь попытался защищать свои авторские права во время матча 1921 года.
«…Я путем долгих переговоров с Капабланкой, – писал Ласкер, – условился, что партии матча останутся нашей собственностью…». Далее он отмечает, что это условие
Но если бы предложение великого шахматиста прошлого было принято, разве не стали бы мастера большее значение придавать творческому содержанию партий?
Да, положение в шахматном мире нуждается в переменах.
Роберт Фишер, после того как он завоевал в Рейкьявике звание чемпиона, отгородился от шахматного мира китайской стеной. Как чемпион он не сыграл ни одной партии, не опубликовал ни одного анализа, ни одной статьи. В октябре 1973 года шахматисты видели его в последний раз, когда он в качестве зрителя посетил международный турнир на Филиппинах. С тех пор Фишер исчез, он потерял с шахматным миром непосредственный контакт. От его имени действовал г-н Эдмондсон. Нет оснований полагать, что у Эдмондсона не было полномочий представлять Фишера, но нет оснований и утверждать, что такие полномочия действительно были. Шахматный мир верил в феноменальную мощь Фишера, а ФИДЕ потакала всем требованиям Эдмондсона, который утверждал, что это и есть требования чемпиона.
Эдмондсон настаивал на изменении правил матча, принятых в 1974 году в Ницце. Создавшееся положение обсуждалось в декабре 1974 года на заседании бюро ФИДЕ в Малайзии. Решения конгресса в Ницце были подтверждены. Тогда был собран в марте 1975 года внеочередной конгресс в Берген-ан-Зее (Голландия). Положение было критическим, предполагалось, что большинство делегатов поддержат новые изменения правил.
Но «тайные» силы – впервые с 1972 года – потерпели неожиданное поражение. В основном шахматная Европа – оплот и родина современных шахмат – дала отпор: в целом американские требования не были приняты. После конгресса Эдмондсон пытался вновь апеллировать к бюро ФИДЕ, но и это оказалось безуспешным.
Эти решения конгресса в Голландии привели к быстрой развязке. Правда, ничто не мешало Фишеру дать согласие играть матч на утвержденных условиях – отказаться от игры никогда не поздно. Однако от Фишера не последовало на запрос ФИДЕ никакого ответа: срок истек 1 апреля 1975 года в 24 часа по среднеевропейскому времени. За уклонение от боя Фишер был лишен звания, а Карпов провозглашен чемпионом мира.
Конгресс в Берген-ан-Зее – это луч надежды в нынешнее неспокойное шахматное время. Его решения говорят о том, что нельзя уже безнаказанно пренебрегать общими интересами в угоду интересам эгоистическим. Но эти решения лишь первый шаг, за ними должны последовать другие, которые и приведут к справедливому порядку в мире шахмат.
Конечно, и шахматный мир, и Карпов сожалеют о том, что матч 1975 года не был проведен. Однако сожалениями тут нельзя ограничиваться: ФИДЕ обязана оповестить шахматистов всего мира, что же случилось с Робертом Фишером. Как каждый большой шахматист, Фишер принадлежит всему миру. Шахматисты имеют право общения с бойцом, который ранее вызывал своей бесстрашной игрой столько симпатий! Может быть, калифорнийский «узник» еще сменит свое затворничество на поединки за шахматной доской?
Гарри КАСПАРОВ
«Секрет» Гарри Каспарова
Да,
Десятилетний Гарик уже производил впечатление. Он практически мгновенно находил острые и неожиданные варианты. Опыта было мало, проверку этих вариантов он не успевал производить (мысль бурлила), так что добрая половина сделанных им находок была ошибочной, но то, что было правильно, – поражаю.
Вскоре в Каспарове пробудился исследователь. Когда ему было еще 13, он опроверг известный анализ Роберта Фишера.
В позиции на диаграмме Фишер считал, что черные должны легко выиграть. Однако Гарик нашел, что путем 67. Rc4! Rb3+ 68. Rc3 Qe1+ 69. Kd3 Qf1+ 70. Kd2 (70. Ke3 Qh3+!) 70… Q:f2+ 71. Kd3 белые простейшим образом добиваются ничьей; ладьи размениваются, а как ферзевый так и пешечный эндшпиль носит ничейный характер.
Тогда уже намечалось то, что впоследствии стало явью: Каспаров видел в шахматах тонкости, мимо которых проходили другие мастера. Каспаров по некоторым факторам мог и не превосходить своих противников, но это острое шахматное зрение, этот особый талант всегда следовало учитывать – иногда же об этом забывали; поэтому и предсказывали его турнирные результаты не всегда правильно.
Но вторая особенность таланта Каспарова не менее важна – он настоящий шахматный научный работник. Гарри Кимович – труженик, в поисках шахматной истины он способен работать днем, а иногда (при необходимости) и ночью. Он перерабатывает огромный объем информации, знает почти все. Но, как подлинный исследователь, он знает и то, чего другие не знают! Его противники боятся попасть на крючок этой каспаровской дебютной удочки, что дает Каспарову большое практическое превосходство.
Яркий пример этому – 16-я партия из матча 1985 года. Каспаров черными в известном варианте (оцениваемом теорией в пользу белых) жертвует материал, но получает сильную позицию для своего централизованного коня в лагере белых. Это базировалось не на каком-либо трюке, а на более глубокой оценке позиции, что было определено при длительном домашнем анализе. Карпов же действовал на основании общепринятых представлений, цеплялся за пешку и незаметно погружался в трясину.
Это сочетание двух сторон каспаровского таланта – острое зрение за доской и поиск новых идей в анализе – на мой взгляд, и составляет исключительную практическую силу.
Примером успешного поиска тактических тонкостей за доской (а не в анализе…) может служить 22-я партия матч-реванша 1986 года.
Большинство специалистов считало, что выигрыша у белых нет, поскольку получающееся ладейное окончание (после ходов 41. Rb4 f6 42. N:g6 Q:g6 43. Q:g6+ K:g6) носит ничейный характер. Но Каспаров еще во время игры увидел выигрывающее продолжение и, когда записывал ход, лишь проверял (жизнь научила его быть осторожным!) найденные варианты.