Поселок

Булычев Кир

Старый принялся пить чай, и Олег не понял, к чему же он клонил. Не надо лететь на поиски экспедиции?

– Но это не оптический обман, – вмешался Олег. – Я уверен.

– Есть и другая задача, – произнес Вайткус. – О козе, капусте и волке.

Олег ее знал. Но опять не понял, к чему это сказал Вайткус. Остальные поняли, Сергеев усмехнулся и посмотрел на Олега.

– Объясните, – попросил Олег. – А то вы говорите загадками.

– Это не загадки, но задача, – поправил Сергеев.

Марьяна села рядом с Олегом,

и он видел ее четкий профиль. Профиль был очень красивым, и Олег не стал на него смотреть, чтобы не пропустить слов Сергеева.

– Надо лететь к экспедиции, правильно?

– Конечно, надо. И на воздушном шаре, – согласился Олег.

– Пока что мы все согласны. Дальше: кому лететь?

– Я полечу. Могу с Марьяной. Могу с Диком, – ответил Олег. – У нас есть опыт.

– А мы думаем, что тебе лететь не следует.

– Как?

– Да просто. Ты только что слышал о журавле в небе и синице в руках. Наш поселок очень мал, и людей в нем тоже очень мало. И для того чтобы выжить, мы должны по мере сил исключить риск.

– Я не понимаю.

– Тебе предстоит идти к «Полюсу». Это обязательно. И идти скоро. Уже началось лето.

– Мы слетаем и, если там никого нет, вернемся и полетим к «Полюсу». Это так просто.

– Ни черта не просто! – почти закричал Старый и даже стукнул кулаком по столу так, что чашка поехала к краю и Марьяна еле успела ее поймать. – Мы не знаем, сколько продлится полет к экспедиции. Мы не знаем, где она находится, мы ни черта не знаем. В лучшем случае мы можем надеяться на то, что шар перенесет людей через реку и болота. Я не верю, что в этих лесах можно будет садиться на шаре и подниматься вновь. Вернее всего, шар придется бросить. И быть готовым к тому, что поход к людям займет много времени.

Олег услышал движение у двери. Оказывается, Казик тихонько вошел, не мог превозмочь любопытства, а может, замерз на улице. И стоит у двери. Неподвижно, как дерево.

– А до корабля дойти можно, – продолжал Старый. – Мы знаем дорогу, мы лучше одеты, это путешествие трудное, но не экстраординарное. И ты для него нужен. Ты сможешь дойти туда с Сергеевым. Все ясно?

– А кто тогда полетит на моем шаре? – спросил Олег, непроизвольно сделав ударение на слове «моем».

– Это наш общий шар, – поправила Марьяна, будто обиделась.

– На шаре полетят Дик и Марьяна, – ответил Старый. – Они лучше всех могут прожить в лесу.

– И я, – тихо добавил Казик.

– Спать, Казик, – велел Вайткус. – Уже поздно.

Казик остался стоять в дверях, и в его неподвижной позе было столько упрямства, что Вайткус сделал вид, что более не замечает мальчика.

– Что же это получается, – начал Олег гневно, – я испытывал шар, я лучше всех умею на нем летать. Я должен лететь на нем к кораблю, а его у меня отнимают?

– А как бы ты поступил на нашем месте? – спросил Старый. – Если бы думал не только о себе, но и обо всем

поселке?

– Я бы отменил этот полет к скауту. Нет там никакого скаута.

– Ну вот, – улыбнулся Сергеев, – явный перебор.

– Тогда я полечу вместе с Марьяной. А к кораблю пойдет Сергеев. Он тоже много знает про рацию.

Олег понял, что не может допустить, чтобы Марьяна с Диком без него полетели в такую даль – к болотам, к реке, – а он будет здесь сидеть и ждать лета. И потому он бросился еще в одно наступление.

– Почему вы думаете, что на шаре нельзя спускаться и снова подниматься? Мы слетаем и вернемся. В крайнем случае без шара вернемся. И сделаем новый. Чистоплюй поможет, и мустангов еще отловим.

– Мустанги до осени откочевывают, – напомнил тихо Казик. – Мустангов больше не будет.

– Ну, это не так важно, – раздраженно отмахнулся Олег. – Мы все равно успеем к кораблю. Лето длинное.

Никто не возразил ему. Все молчали и не смотрели на него. Старый допивал чай, Вайткус крутил бороду, будто завивал косички, а Сергеев вытащил ножик и стал состругивать сучок со столешницы.

Олег замолчал, и ему показалось, что с ним согласны. Молчат, значит, согласны, значит, он их убедил. А потом заговорила Марьяна.

– Они решили правильно, – проговорила она. – Только они боятся произнести вслух то, что надо сказать.

– Что? – Олег удивился тому, как она говорит. Они все знали нечто очевидное, чего он знать не мог. – Что?

– То, что мы – те, кто пойдет за скаутом, – можем не вернуться. Долго не вернуться. Или совсем. И тогда нужно, чтобы ты остался и дошел до корабля.

– Ты с ума сошла! – закричал Олег. – Как ты можешь так говорить!

А взрослые молчали, потому что были согласны с Марьяной и с самого начала допускали злодейскую, непростительную мысль, что Марьяна может не вернуться.

– Это так понятно, – закончила Марьяна. – Ты хочешь чаю?

– Я вообще больше не хочу с вами разговаривать! – крикнул Олег и кинулся к двери.

Казик еле успел отпрыгнуть в сторону.

Олег пробежал несколько шагов по улице, попал ногой в холодную лужу. Он пошел медленнее к изгороди по грязной дороге. Под ногами хрустел тонкий лед. Олег не замечал холода.

Он остановился у изгороди, глядя на темный лес, по которому носились быстрые голубые светлячки, услышал, как скрипнула ступенька перед домом Сергеева, как вышли Вайткус со Старым. Услышал тихий голос Вайткуса:

– Что с ним стряслось? Неужели стало жалко шара?

– Это тоже, – ответил Старый. – Но есть и другая причина.

Но какая причина – Олег не услышал, потому что Старый конец фразы сказал шепотом.

– Странно, – протянул Вайткус, – ты, наверное, прав, а я не замечаю очевидных вещей. Они же выросли, они же почти взрослые. И вещи, очевидные и естественные на Земле, здесь как-то выпадают из поля зрения.