Поселягин Освобождённый

Неизв.

– Я не могу принять вас, закон это запрещает, - изучив карту, ответила капитан, вернув ее мне.

– Это так. У меня нет базы “Юрист”, но я изучил этот раздел в сети станции, и немного знаю. Есть возможность взять меня на должность как временного техника с минимальным окладом. Пункт восемь-шесть.

– Извините, нет, но я буду иметь вас ввиду, если вы понадобитесь.

– Спасибо, - вздохнул я.

Вернувшись в каюту, я лег спать, пропустив тот момент что мы отошли от станции и ушли в прыжок, к этому времени я уже спал.

Следующие

десять дней ничем особенным не запомнились. Ел, спал, делал зарядку. Потом снова ел и снова спал. Скукотища. Сериалы которые смотри мои попутчики меня не прельщали. Насколько я знал, до планеты, где нас высадят, лететь двадцать три дня на четыре гиперпрыжка. Планета называлась Миринда.

Все изменилось на одиннадцатый день, когда мы вышли из второго прыжка, готовясь уйти в третий. Корабль вдруг как-будто вздрогнул, завыла сирена и Искин монотонным тоном попросил пассажиров пристегнуться, что мы и быстро проделали. Судя по толчкам, корабль активно маневрировал и вел огонь.

– Повреждение обшивки жилой секции, повторяю повреждение обшивки жилой секции… - монотонно выводил Искин.
– Разгерметизация!..

Через пять минут пришло сообщение капитана со стандартным договором временного специалиста. По сообщению капитана техник был тяжело ранен и находился в капсуле реаниматора, мне предлагалось заменить его. Быстро подставив виртуальную подпись и отправив копию договора обратно, я получил доступ к Искину и техническим дроидам. Мне на нейросеть сразу же стали поступать данные о повреждениях. Надо сказать нас изрядно потрепали. И судя по поднимающейся шкале разгонных движков мы от кого-то удирали.

Выскочив из каюты, в этой секции кислород еще был я добежал до небольшой ниши и облачился в скафандр. После чего приступил к ремонту.

Первым делом я занялся обшивкой, отправив туда четырех дроидов. Два из них заделывали пробоину внутри. Два специализированных снаружи. Восстановив обшивку в трех пробитых местах, я занялся внутренними повреждениями, с беспокойством рассматривая поврежденный реактор, который выдавал мощности всего в сорок процентов, прикидывая как его ремонтировать. Выходило, что нужна полная разборка и комплектующие. То есть нужно было останавливать корабль глушить системы и проводить ремонт. Он должен был занять сутки. Все эти данные я скинул капитану, одновременно восстанавливая две малые оборонительные турели по правому борту, и занимаясь восстановлением переборок в грузовом трюме.

Мощности реактора едва хватило, чтобы уйти в гипер, правда капитану пришлось заглушить второстепенное оборудование и отключить защиту.

Она пришла в реакторный отсек спустя полчаса наблюдая как я с помощью двух дроидов-диагностов осматриваю излишне громко гудящий реактор.

– Есть что новое?
– поинтересовалась капитан.

– Да, я смогу поднять мощность реактора еще на двенадцать процентов, но когда прибудем на Миринду, реактор придется просто выкинуть, его будет уже не восстановить.

– Но нам хватит долететь до Миринды?
– уточнила капитан.

– Да, на пару прыжков его хватит.

–

Что еще?

– Я восстановил целостность корпуса, повреждены некоторые внутренние переборки, но ими займусь позже. Поврежденные эмиттеры щита кормовой части начну приводить в порядок через пару часов. Обе башни среднего калибра восстановлению не подлежат, только на замену. Ракетный блок вы отстрелили, когда его повредили, а блок с противоракетами я уже начал перезаряжать.

– Хорошо. Занимайтесь.

– Что произошло?
– полюбопытствовал я.

– Два пиратских рейдера, - обернулась капитан.
– Никто не ожидал, что они окажутся в этой системе. Надо было все-таки подождать три дня и идти с конвоем, но наш груз торопит как можно быстрее доставить его на орбиту Миринды.

– Понятно.

Все пять дней что мы провели в гипере я работал, восстанавливая корабль. На четвертый день из реаниматора вышел техник, его звали Малик, дальше мы работали уже вместе. Так что выход и снова уход в гипер прошли нормально, хоть и на пределе реактора.

Когда мы вышли в системе Миринды, я отдыхал в своей каюте, поэтому, когда заработала сеть, сразу же стал ее настраивать. Первым делом я открыл счет в общем банке Содружества закрепив его на нейросеть. Потом зарегистрировался под ником Гагарин в Инфосети, правда, войти я в нее пока не мог, не было денег, чтобы заплатить.

Когда мы постоянно маневрируя приблизились к огромному местному терминалу космопорта, который висел над планетой, капитан вызвала меня.

– Добрый день, - поздоровался я с капитаном, с вещами подойдя к кают-компании. Нас уже известили, что скоро прибудет челнок с чиновником из Центра Беженцев.

Девушка стояла у дверей, с интересом рассматривая меня.

– Я уже отправила договор, что мы с вами заключили в отдел бухгалтерии нашего флота. Там его подтвердили. Договор в данный момент закончен, поэтому нужен ваш счет, чтобы перевести заработанные деньги и премию.

Я отправил номер счета капитану, она на пару секунд замерла, и буквально спустя пару минут мне на почту пришло сообщение о пополнении счета.

– Двадцать пять тысяч кредитов?
– я удивился.

– Десять тысяч за работу техника, пятнадцать премия за спасение корабля, - улыбнулась капитан.
– Кстати, челнок уже пристыковался. Вас ждут у третьего шлюза.

– Спасибо.

Кивнув в благодарность, я развернулся и, закинув мешок на плечо, быстро зашагал к нужному шлюзу. За последние дни я изучил транспортник до последней гайки, поэтому знал все тут до малейшей вмятины.

У шлюзовой меня встретил Малик, похлопав меня по плечам, он обнял и сказал:

– Если что связывайся, мой почтовый ник у тебя есть.

– Спасибо за все. Обязательно, как только нормально устроюсь, сообщу о себе.

– Хорошо. Бывай, парень.

Пройдя шлюзовую, протиснулся мимо нетерпеливо похлопывающему себя по боку парня лет тридцати на вид, я плюхнулся в кресло, подальше от обоих попутчиков, и вопросительно посмотрел на чиновника.