Посередине
Шрифт:
– … Что же ты, падаль, по живому режешь? — с ненавистью парень глядел на ученого, который живо что-то нажимал на медицинской камере. — По кусочкам кромсаешь…
Вертевшийся с бешенной скоростью пильный диск медленно приблизился к его руке, наметившись на один из пальцев.
между Сциллой и Харибдой
– //-//-
Обычная случайность, не более того. Марков только сейчас заметил, что срок годности ампул с седативным препаратом сильно просрочен. Из-за странных особенностей организма его подопытному требовалось просто дикое
— Хотя какая к черту разница, — буркнул учёный, вскрывая упаковку. На безрыбье и рак рыба. — Придется двойную порцию вколоть...
Собственно, именно так он и поступил. Быстро установил в автоматический дозатор медкапсулы сразу две ампулы, и запустил необходимую программу.
— Хватит и этого. В нем сейчас столько химии, что в мозгах настоящий туман должен быть.
На его глазах ожил манипулятор капсулы, плавно опустившийся к предплечью лежавшего парнишки. Здесь механическая рука со шприцем застыли, а потом произвела два быстрых укола. Раз, два, и готово: препарат был введен. Теперь можно было приступать к новой серии исследований.
— Вот и порядок, — удовлетворённо потёр руки старик. — Скоро эти наркоши привезут остальные тела. Нужно все заранее приготовить. А вдруг они тоже такие же, как и этот. Боже, это же будет просто праздник!
Честно говоря, он не особо верил, что в новых трупах будут такие же особенности материала. Вряд ли ему так может повезти. Однако, исследовательская жилка требовала от него, что всякое дело нужно довести до логического завершения. Словом, ему нужно было убедиться, что эти два тела являются «пустышкой».
– //-//-
Сегодняшнее пробуждении далось еще тяжелее, чем в прошлый раз. Хотя, когда был этот прошлый раз, Александр уже не помнил: может час назад, может сутки назад, а может и всю неделю. Этот старый псих все время колет ему какую-то гадость, от которой его «вырубает», словно топором.
— Чего это он удавку-то ослабил? Обычно после нового укола я «в мясо», — прошептал он одними губами, усиленно моргая глазами. Пытался как можно скорее в себя прийти, а то перед глазами еще все расплывалось. — А может это шанс…
В счастливый случай и второй шанс, правда, Александр никогда не верил. Как рациональный человек до мозга костей, он признавал лишь факты и сделанные на их основе расчеты. А это означает, что потенциальный шанс ему предстоит создать своими собственными руками. Короче, нужно смотреть в оба и ловить момент.
— Поглядим тогда…
Притворяясь «овощем», Александр смежил веки и сквозь них следить за происходящим вокруг медицинской капсулы. Каждое новое движение или новый поворот он тщательно фиксировал в своей памяти и тут же начинал анализировать, чтобы не упустить самого важного. А смотреть тем временем было на что, ибо события разворачивались весьма любопытные.
Прежде всего, похититель, использовавший его для своих непонятных экспериментов, вел себя довольно странно, не так, как обычно. Старик как минимум три раза за небольшой срок посмотрел на часы. Несколько раз нетерпеливо касался своего коммуникатора, лежавшего на столе.
— Значит, гостя или гостьей ждешь, вивисектор чертов, — тихо прошептал парень, скашивая глаза на правую ладонь, где не хватало мизинца. — Неужели, такого же урода, как и сам? Не хотелось бы, конечно…
Скорее всего, ждал кого-то из своих. Старик хоть и безумен, но явно очень осторожен. Поэтому никого из чужих даже на порог своего жилища не пустит. Получается, здесь появиться тот, кому он доверяет.
— Посмотрим, что за птица появится. О, зашевелился… Похоже, гость здесь уже.
На его глазах старик быстро схватил завибрировавший коммуникатор и с кем-то заговорил. Голос у него был недовольный, грубый, даже обвиняющий. С собеседником, как со школьником разговаривал. Александр мог бы поклясться, что слышал угрозы. И это наводило на определенные мысли: так говорят не с равным себе человеком, а с тем, кто гораздо ниже по статусу.
— Чего же ты, проклятый маньяк, тогда так рванул на встречу? Ждал бы здесь, если такой грозный. Или тебе несут что-то очень нужное и важное, — догадался парень, наблюдая, как похититель бросает коммуникатор на стол и бежит по лестнице наверх. — Что же тебе привезли? Неужели такого же бедолагу, как и я?
Оказалось, не ошибся. Это он понял, когда на лестнице показался незнакомая коренастая фигура, склонившаяся под тяжестью какого-то пластикового мешка на своем хребте. Очень уж ноша по форме подозрительно напоминала человеческое тело. Вдобавок, на лестнице появился еще один тип, прямая противоположность первому — худой и длинный, как каланча. На спине он тоже тащил точно такой темный мешок.
— Чего же здесь твориться? — недоумевал парень, с трудом сохраняя полную неподвижность. Сдерживать себя становилось все тяжелее и тяжелее. Жутко хотелось заорать во весь голос и начать с силой долбить по прозрачной стенке медицинской капсулы. Он даже простонал еле слышно. — На органы режут? Нелегальные препараты испытывают?
Правдоподобны были обе версии, как ни говори. Смущало лишь одно: для «черной» трансплантологии и испытания несертифицированных медицинских препаратов не нужно было такое специфическое оборудование. Достаточно было стандартного набора, которого хватало в любой социальной аптеке. Здесь же стояли слишком серьезные для этой дыры исследовательские аппараты, сделавшие бы честь и боярским секретным исследовательским центрам. Тут явно было то-то совершенно другое.
Непонятное поведение новых лиц тоже не вносило ясности, а совсем, наоборот. Пришельцы, когда хозяин исчез в одной из боковых комнат, стали вести себя, как укуренные гопники с окраинного района столицы: ржали без причины, тыкали пальцами во все подряд, несли какую-то чушь. Александр напряг слух, чтобы разобрать их речь. Получалось не очень.
– …Бро, а четка берлога у Учителя. Смотри сколько разного барахла! А этот на здоровенный вибратор похож! Бабец походу от него сразу течет! Ха-ха-ха! — хихикал высокий и худой незнакомец, едва не садясь задницей на многофункциональный электронный микроскоп. Кривлялся, совершая поступательные движения тазом. Явно что-то второму показывал. — Зацени, как он меня трахает! Ха-ха-ха-ха!