Посейдон
Шрифт:
Никто ему не ответил. Подождав немного, Скотт продолжил путь. И другим ничего не оставалось, как послушно следовать за своим вожаком.
— Скотт! — вдруг раздался сзади недовольный крик Рого. — Вы законченный негодяй! В итоге мы снова окажемся там, откуда начали свое дурацкое путешествие! Ведь нам же ясно говорили, что путь на корму заблокирован. Туда нельзя пройти! Нам в любом случае придется возвращаться назад!
— Успокойтесь, Рого! — отозвался священник. — А вот Кемаль считает по-другому. Не забывайте, что палубный матрос должен
Они прошли еще немного, и вдруг выяснилось, что дальше дороги нет. Пол исчез. Перед ними зияла дыра, наполненная грязной водой и покрытая разноцветной пленкой разлившейся нефти. Эта дыра, почти в восемь квадратных футов, заканчивалась у стальной переборки, поднимавшейся со дна ее у противоположного края.
Уставшие и измотанные люди опустились рядом с лужей на пол.
— Только не это! — пробормотала Джейн Шелби. — Только не это!
— Чем же мы так досадили тебе, о Господи? — запричитала мисс Кинсэйл.
Линда осыпала всех проклятиями. Рого грохотал:
— Ну и что же нам делать теперь, сукин ты сын?
Мартин только повторял: «Боже мой!», потому что при виде этой черной воды он вновь ясно представил себе утонувшую миссис Льюис. Видимо, здесь котельная соединялась с какой-то шахтой, и сюда уже успела подняться морская вода.
Только Скотт и Кемаль молчали. Священник смотрел перед собой, будто созерцая открывшуюся картину, и чего-то ждал.
Указывая на стальную переборку, Кемаль тронул священника за рукав и произнес:
— Машинный зал.
Затем, глядя на темный водоем, он снова сделал странное движение руками, как будто копал ими землю.
— Что он пытается нам сказать? — удивился Рого. — Какого черта он притащил нас сюда?
— Машинный зал, скорее всего, действительно находится по другую сторону вон той переборки, — подтвердил Мюллер. — Он повернулся к Кемалю. — Послушай-ка, а что находится там, под водой? Может быть, там есть какой-нибудь проход? Сколько здесь футов в глубину?
Турок ничего не понял, но так выразительно посмотрел на них, что всем стало ясно: он изо всех сил пытается что-то дать понять своим новым товарищам. Он снова перешел на язык жестов. Сначала он обрисовал руками прямоугольник, затем развел руки в стороны несколько раз, потом стал как бы взбираться по лестнице. В заключение он снова изобразил взрыв, сопровождая его громким «Бу-ум!», и пожал плечами.
— Там, под водой, что-то вроде прохода, — тут же догадался Мюллер. — Погодите-ка! Если бы корабль лег на правый борт, здесь открылся бы проход и к котельной, и к машинному залу. Тут раньше был вход для механиков. Теперь он, естественно, очутился под водой. — Он повернулся к Кемалю и тоже проделал руками плавательные движения. Матрос радостно улыбнулся и согласно закивал. — Он ничего не знает про этот водоем, но уверен, что его нужно переплыть.
— Что? — неожиданно встрепенулась миссис Роузен. — Я умею плавать под водой.
Но на ее слова никто не обратил внимания. Путешественники
Рого вновь затянул свою любимую песню:
— Ну, что, тренер? Показывайте, что делать дальше. Лично вы готовы нырнуть в эту дыру?
Скотт осветил своим фонарем мрачную полоску воды и ответил:
— Да.
У всех вырвался вздох облегчения. И снова Джейн Шелби была вынуждена признаться себе, что не может не восхищаться священником. Если он и был в чем-то не прав, то вождь он настоящий.
Все испортил Мюллер. Он заявил:
— Нет, Фрэнк, так не пойдет. Мы вас туда не пустим.
— Не пустите? — удивился священник. — Почему?
— А вот почему, — сухо пояснил Хьюби. — Вы, образно выражаясь, есть та корзина, куда мы сложили все свои яйца. Мы не можем пожертвовать именно вами.
Маленький пузатенький Роузен первым понял, что имел в виду Мюллер:
— Боже мой! Как же я сам первым об этом не подумал? Если, не приведи Господь, что-нибудь случится с Фрэнком…
Нонни зашептала на ухо Мюллеру:
— Только не ты! Не вздумай вызваться добровольцем!
— Не волнуйся, — тут же успокоил свою подружку Хьюби. — У меня на это смелости не хватит.
— Ничего со мной не случится, — стал уверять своих товарищей Скотт.
— А Мюллер прав, — вступил в разговор Шелби. — Мы не можем так рисковать. Нужно срочно поворачивать назад. Вероятно, надо было все же сначала проверить носовую часть корабля, а?
Старый Шелби, возможно, и вызвался бы сплавать на разведку, но не теперь. Теперь он был уничтожен, раздавлен. Его уже не существовало.
— Я даже представить себе не могу, что мне снова придется прогуляться по так называемому «Бродвею», — содрогнулась мисс Кинсэйл.
— Нет, мы не можем себе этого позволить, — нахмурился Мартин. — Мы шли сюда целых два часа. — Но себя в разведчики тоже не предложил.
— Что ж, как я вижу, — подытожил Скотт, — у нас не остается иного выбора. Значит, нырять придется мне.
— Такой переполох из-за какой-то лужи, — вздохнула Белль Роузен. — Если вы доверите это дело мне, я за пару минут все выясню. Я уже говорила вам, что умею плавать под водой.
Все повернулись к ней, и Мартин неуверенно предположил:
— Вы же говорите это так просто, миссис Роузен, да?
Ее слова не вязались с ее пухлой фигурой, порванным кружевным платьем, размазанной по щекам косметикой и темными кругами под глазами за толстыми стеклами очков. Зрелище душераздирающее. Какой уж тут спорт и тем более подводное плавание.
— И только потому, что с годами я располнела, вы и подумать не можете, что когда-то и я была спортсменкой? — укоризненно покачала головой миссис Роузен. — Надо было бы вам порасспросить Шарлотту Эпштейн, да упокоит Господь ее душу. Она, к сожалению, уже ушла в мир иной. А то она бы вам подтвердила, что я, лично, в течение трех лет была чемпионкой по подводному плаванию.