Посланец
Шрифт:
– Полпути позади.
– Только половина? Лучше бы не спрашивала.
Найл опять отступил в сторону и дождался Симеона. Посмотрел на лежащих в повозках женщин, поднял глаза на медика:
– Подними их к утру на ноги. Иначе придется бросить…
– Ты совсем озверел, Найл.
– А куда класть тех, кто упадет завтра? Полежали, пусть уступают место другим.
Вместо ответа Симеон спрыгнул с коляски и пошел пешком.
Правитель некоторое время двигался рядом, глядя на гужевых, вцепившихся в оглобли, на их мокрые
– Гужевым продолжай давать воду по прежней норме.
Однако всей экономии хватило только на четыре дня. Если бы Найл шел с отцом или братьями, они уже в Ближней купались бы, а так… Очередной вечер среди опостылевшего песка, только на этот раз без глотка воды. Причем правитель, привыкший мерить расстояние дневными переходами – своими дневными переходами, теперь и не знал, сколько еще до реки осталось…
Правитель лихорадочно вспоминал известные ему способы добычи влаги: песок сухой, как горячий пепел; камней для пирамиды нет. Они попали не просто в пустыню, а в мертвую пустыню. Единственный шанс в ней выжить – это уйти из нее.
Утро принесло очередную жару и острую резь в горле. Зная, что кашель только усилит першение, Найл сдерживался и старался дышать носом, но надсадное кхеканье доносилось со всех сторон. День обещал быть тяжелым. Оставалось надеяться, что кончится он у берега реки.
Люди поднялись без понуканий. Силы еще оставались.
Опять солнце, спины смертоносцев впереди, барханы, пологие склоны – вверх, вниз, вверх, вниз. И так до полного отключения мозгов.
Найл на секунду закрыл глаза и мгновенно провалился в черный беспросветный мрак. Пропал воздух, утихомирилось огненное пекло, исчезла тяжесть, а навстречу неслась, кружась вокруг своей оси, светящаяся изумрудная фраза: «Вот он какой, вакуум».
– Что с вами, господин мой? – склонилась над ним Нефтис.
– Ерунда, споткнулся. – Правитель отвел руку стражницы и встал сам. Оглядел с вершины бархана растянувшуюся колонну.
Если уж даже он отключился, то там, позади, наверное, половина попадала.
– Дравиг! Нам нужна помощь…
– Я слушаю тебя, Посланник Богини.
– Хотя бы тех, кто падает… Донести до привала…
– Второй день у нас едят только матери. Извини.
Почему смертоносцы не нуждаются в воде, для Найла оставалось тайной, но, не поев, нести груз они не могли.
Просить бесполезно.
– Иди вперед, я догоню, – сказал правитель Нефтис и отступил в сторону.
Опять мимо потянулись измученные люди. Сознания их были пусты, как у подземных хищников. Даже принцесса Мерлью не повернула головы в его сторону.
Наконец показался Симеон.
– Много сегодня? – спросил правитель.
– Десять. Но это, похоже, только начало, – прохрипел медик. – Что будешь делать? Опять бросишь?
– Когда наберется столько,
– А кто не встанет?
– Проси потерпеть. Мы за ними вернемся.
– Врешь ты, Найл. Сдохнем все.
– Сдохнем, если остановимся. Хоть кто-то должен дойти до реки и вернуться с водой. Это единственный шанс.
– Скажи честно, Найл. Ты заблудился?
– Нас ведет Дравиг. Он не сомневается, направление верное.
Сам того не зная, Симеон ударил в самое больное место. Правитель тоже начал бояться того, что старый паук просто-напросто ошибся и ведет всех к смерти.
Найл отвернул лицо от слепящих лучей и начал нагонять своих стражниц.
К воде они до вечера так и не вышли.
Разбудил Найла жар. Такой жар, будто он лежал в самом центре огромного костра. Правитель сел. Открыл рот, закрыл. У него появилось ощущение, будто уголки губ засохли и сейчас сломаются. Вдобавок невероятно распух и никак не помещался между челюстями язык.
«Надо оглянуться и посмотреть, пришел Симеон или нет», – подумал Найл, но сил встать не осталось.
– Не надо, – попросила лежащая рядом девушка. – Не надо никуда идти. Давай умрем без лишних мучений.
Найл посмотрел на нее. На длинные золотые волосы. Свободное бирюзовое платье. Золотые серьги с сапфирами. Наверно, это была принцесса. Только откуда она здесь? Мысли шевелились медленно, тяжело, словно выбирались из вязкого желе.
– Мерлью, откуда ты здесь?
– Вчера пришла.
– Но почему? Ты ведь всегда оставалась со своей свитой.
– А может, я… – Принцесса закашлялась, содрогаясь всем телом, но в конце концов справилась с изматывающим приступом. – Может, я хочу умереть рядом с тобой.
Она замолчала.
Найл положил руку ей на плечо и продолжал сидеть рядом, глядя вдаль. Стоит ли изматывать себя напоследок, если смерти все равно уже не удастся избежать?
Внезапно правитель вздрогнул, вскинул руку к глазам, прикрывая их от солнца.
– Нефтис! Посмотри туда, – указал правитель вперед. – Что ты видишь?
– Черточки какие-то… – приподняла начальница стражи голову.
– Темная черточка с капелькой на конце? Мне не мерещится?
– Да, – подтвердила Нефтис.
– Мерлью, вставай! – Найл с неожиданной силой хлопнул ее по спине. – Стрекозы!
– Где? – Хотя Мерлью и выросла в пещерном городе, но что такое стрекозы, прекрасно понимала.
– Вон, смотри! – Правитель снова указал на горизонт.
– Стрекозы… – подтвердила принцесса и неуклюже поднялась на колени.
– Стрекозы.
Одно лишь слово, но оно, как сказочное заклинание, подняло на ноги совсем было умерших правителя и принцессу.
– Нефтис, вставай, – позвал Найл стражницу, – Джарита, поднимайся!