После дождя
Шрифт:
– Считаю,- покладисто кивнул Богур.
– Молодец. Я тоже так считаю. А теперь добавлю тебе пару деталей. Сапоги явно келморские - эти уродливые подобия обуви давно уже стали символом их армии.
– Верно,- нидринг осторожно кивнул.
– Значит, носит их кто- то из бывших вояк. Кто- то ещё не успел привыкнуть к нашим местным, великолепным обычаям. Кто- то, кто думает, что носить грохающие сапоги в нашем тихом городе - хорошая идея.
– Приезжие,- Богур нахмурился.
– Верно. А я, в силу своего ремесла, знаю всех приезжих
Взгляд нидринга был прикован в столу.
– Так вот - из головорезов и просто мудаков за последнее время из Келмора к нам не прибыло ни одного бывшего солдата. Здешние же знают веспремский уклад и не возьмутся за такое. Ни за какие деньги. И это ставит меня в некоторый тупик, понимаешь?
Богур всё так же не поднимал взгляда.
– Вижу, что понимаешь,- удовлетворённо кивнул Баэльт.- Всё это значит, что убийство было совершено не какими- то задрипанными налётчиками. Не убийцами даже - тогда бы сделали всё чище, красивее и тише. Сюда ворвались бывшие вояки, желая добиться чего- то от Рибура. Добиться с помощью дорогого яда. Который могли использовать лишь весьма состоятельные наёмники. Или, по крайней мере, который был им дан кем- то состоятельным. Так я спрошу еще раз - кто это мог быть?
Лицо нидринга пошло багровыми пятнами.
Баэльт мысленно поздравил себя с приближением на шаг к ответам.
– Не лопни от напряжения. И постарайся выдать мне правдоподобную ложь. Я устал от нелепостей.
– Да за кого ты себя принимаешь?!- взвился нидринг.- Я сейчас позову Гири, и он со своими бугаями вышвырнет тебя отсюда по кусочкам! Ты, кажется, хотел поговорить! Но всё это мало похоже на разговор! Ты...
Он резко задохнулся, когда Баэльт схватил его за грудки.
– Пожалуй, прогулка наверх всё же потребуется. Думаю, Гири не будет против.
Нидринг затрепыхался, испуганный и снова побледневший. Он пытался сказать что- то, но из его рта рвался лишь запах чеснока и нечленораздельные хрипы.
Городские нидринги. Баэльт их ненавидел. Слабое подобие своих горных сородичей. Обмякшие, трусливые и жадные. Не все, конечно, но судят- то по большинству.
– Ну, давай,- Баэльт слегка встряхнул его, стиснув челюсти.- Начинай говорить, иначе мы пойдём наверх.
– Это не они,- прохрипел нидринг, пытаясь выкрутиться из захвата.
"Ты мог бы раз двинуть меня в челюсть - и я выплевал бы половину зубов. Но ты слишком труслив, счетовод."
– Тогда идём наверх. Попробуем дать тебе понять, как обстоят дела.
И он не выдержал.
– Да хрен его знает, что б тебя демоны разорвали! Гус всё просил сотрудничества, а Рибур отказывал!
– Первое имя. Уже лучше. Кто ещё?- холодно спросил Баэльт, с силой тряхнув нидринга. Зубы заскрипели от напряжения, а капли пота уже побежали по лбу.
– Алан, этот мерзкий ублюдок, Рибур был должен ему! И Моргриму!
Баэльт разжал кулаки, позволяя нидрингу упасть на стул.
– Всё?- тихо спросил Мрачноглаз.
– Нет,- пропыхтел
– А что другие цеха?
– Мы с ними ладим в последнее время...- Богур быстро утёр лоб от пота.- Рибур работал над проектом объединения всех кузнечных цехов в Веспремский литейный цех. Это всё, что я знаю... Честно.
Баэльт кивнул.
– Это мне от тебя и было нужно,- тихо сказал он.
Развернувшись, поправив шляпу и воротник плаща, Баэльт покинул, наконец, контору счетовода под сдавленный кашель и проклятья.
А через пару быстрых шагов он вернулся на улицы Веспрема.
Жёсткий холодный ветер налетел на него, а дождь приветственно забил по коже плаща. Баэльт смахнул пару капель с лица и поднял глаза на плотно обступившие его силуэты домов.
Тусклый свет фонаря вырывал из темноты узкую старую улицу. Посыпавшаяся и потемневшая от дождя побелка, гниющие кости балок, неровная мостовая... Всё это вызвало тусклую улыбку у юстициара.
Вы ждали меня, костлявые, покосившиеся и обшарпанные друзья?
Дома не ответили ему, тускло мерцая тёплым светом из- за грязных окон.
Гири расположился под небольшим навесом, сидя на ящиках и грея руки у жаровни. Рядом громоздились его клыкастые дуболомы, похожие на огромные мокрые валуны.
– Как прошло? Судя по звукам, очень эффектно,- полуфэйне показалось, что он увидел тень улыбки на лице нидринга.
Разумеется. Вы же ненавидите друг друга. Городские крысы...
– Не только эффектно, но и эффективно,- уверил он, доставая из кармана плаща плакт. Запалив тонкий прутик о жаровню, он затянулся.- Я должен исключить самые очевидные варианты. Чтобы быть уверенным, что копать нужно глубже.
– Тебе виднее,- апатично заметил Гири, растирая руки над огнём.- Главное - сделай это побыстрее. Мне ещё нужно закрыть цех и... Прибрать. Так что можешь идти.
– Спасибо, что разрешил.
На улице пахло землей и сыростью. После цеха эти ароматы казались Баэльту благовонием. Он поглядел на пустые улицы, залитые водой, поглядел на угрюмые, в потёках дождевой воды дома, на небо, которое и не думало проясняться.
– Возвращайся поскорее, Мрачноглаз,- Гири протянул ему свою руку.
Баэльт проигнорировал этот жест. Он уже шагал под дождём вглубь ремесленного квартала, в сторону ворот квартала жилого.
Ему нужно было выпить.
Дождь приглушённо барабанил по крыше и грязным, едва пропускающим свет окнам. Тяжёлые капли медленно стекали по стеклу, искажая слабый свет с улицы. На пару мгновений стекло стало золотым с серебряными разводами капель - мимо прошёл отряд стражи с факелами в руках. Однако вот они завернули за угол, и свет исчез.
– Интересно, чего им тут надо?- протянул Мурмин, уныло уставившись в окно.