После конца
Шрифт:
— Думаете, эти слухи правдивы?
— Посмотрим. Главное, теперь мы можем сами решать куда идти, — крепче сжал руку Вари, на что та ответила согласной улыбкой. — А вам желаем удачи. И найти антибиотики как можно скорее.
В ответ на это Артур нарочито небрежно помахал наспех забинтованной рукой, весело улыбаясь. И только Надя не разделяла его восторга, прекрасно помня отекшую ткань вокруг раны. Белый налет в самом центре ранения ясно давал понять о наличии инфекции. Только вот лекарств на руках не было. Те вещи, которые были при них так и остались в лагере. Не успели забрать.
— Берегите себя, — махнула рукой Соня, делая шаг в сторону спуска. Узкая тропа виляла по склону, уверенно устремляясь в нужном направлении. Остальные последовали ее примеру. — Может, еще свидимся.
— Земля круглая. Кто знает, что будет завтра.
В этом он был прав. Будущее непредсказуемо. И далеко не всегда это выражается в хорошем смысле.
***
— Пришли.
Куда конкретно они пришли Соня не понимала. Поскольку, если ей не изменяла память, шли они к железной дороге. Шли долго, не делая продолжительных перерывов даже в непогоду. Останавливались лишь для сна, и то дежурили по очереди. И вот теперь с видом победителя в лотерею Стас заявлял, что они на месте.
От части он был прав — чуть вдалеке были рельсы. Только вот поезда тут и близко не намечалось. Зато был домик, окруженный высоким забором и слоем колючей проволоки. Из трубы активно валил густой дым, что не могло не напрягать. Живые люди редко когда оказывались приятной компании в современных реалиях.
— Может ты забыл, но мы шли к поезду, — Надя тоже не разделяла восторга мужчины, потому и решила напомнить о конечной точке на нынешнем этапе похода.
По правде сказать, гораздо больше ее интересовали лекарства. Состояние Артура оставляло желать лучшего. За несколько дней он сбросил вес, его мутило, жар не спадал даже ночью. Постоянная боль в ране не давала покоя, делая парня раздражительным и утомленным. Инфекция распространялась, но лечить ее было нечем. Если в скором времени ничего не сделать, вряд ли это закончится чем-то хорошим.
— Я знаю, — фыркнул мужчина, поправляя сальные светлые кудри. Слишком длинные, из-за чего постоянно лезли в глаза, мешая обзору. Вот и таскал у девушек резинки, убирая локоны в тугой хвост. — Но поезда ходят редко, зато останавливаются здесь. Это что-то вроде станции, только без названия.
— Зачем им стоять здесь?
— Неподалеку отсюда есть жилая зона, так что можно продать какой-нибудь товар, если на составе едет торговец. Хороший торговец, — спешно добавил мужчина, заметив помрачневшие лица. Затем махнул рукой в сторону дома. — Видите домик? Этих людей я знаю. Милая супружеская пара, они частенько мне помогали, когда я работал. Надеюсь, и сейчас не бросят.
— И что берут взамен? — Андрей иллюзий по поводу альтруизма не питал, сразу интересуясь ценой вопроса.
— Личную помощь. Они пожилые люди, поэтому чаще оплатой становится помощь в укреплении обороны дома. В общем, сами увидите. Главное сейчас подойти так, чтобы нас не расстреляли на расстоянии.
— Ты же сказал, они старики, — смешалась Соня. Вспоминая пожилых людей из убежища, она никак не могла представить
— Поверь, — проникновенный взгляд заставил задуматься о сказанных словах. — Эти могут что угодно. И лучше не проверять степень их готовности защищать свое.
Почему-то спорить с таким аргументом мигом расхотелось. Через несколько минут девушка убедилась в правильности собственного решения.
Сперва была проволока. Перерезать ее было нечем, поэтому пришлось перелезать. Как итог — порванная одежда, чтобы зашить которую придется сильно постараться. Стас персонально удостоился разодранного кожаного ботинка, но тут сам виноват. Не удержал равновесие и свалился прямиком в заостренные железки.
А дальше шли растяжки. Высокая трава хорошо прятала почти прозрачные нити лески, потому двигаться приходилось семимильными шагами. Какие-то перешагивали, некоторые перерезали лезвием, которое по пути откопал Андрей. Одну все-таки задели — очередная вспышка боли заставила Артура зажмуриться, отступая в сторону. Однако никакого взрыва не последовало. Что это было — удача или дефект в установке ловушки нельзя точно сказать, но все пятеро облегченно выдохнули.
Рановато.
Щелчок снятия ружья с предохранителя заставил их замереть на месте, поднимая руки.
— Вы кто такие?
— Спокойно, дядя, — начал было Стас, но весь легкий настрой быстро слетел, стоило заметить прицельный взгляд аккурат на своей голове. — Эй, ты что, не узнаешь старых друзей?
— Тебя забудешь, — хрипло рассмеялся старик, однако оружие не убрал. Напротив, перехватил поудобнее, переступая с ноги на ногу. — Только вот еще с прошлого раза долг не отработал. Забыл, как удрал посреди ночи?
— Ну ты и задница, — прошептала Соня, окончательно добивая остатки чужого самолюбия.
— Да ладно тебе, обещаю, в этот раз не сбегу.
— Конечно не сбежишь. Потому что пускать я тебя не собираюсь.
— Семеныч, ну пожалуйста. Честное слово не сбегу. Еще и прошлый раз отработаю. Ты говорил сарай надо починить?
— Крышу залатать, — кивнул старик, опуская дуло.
— Нас тут трое парней, справимся.
— Это ты-то парень? — рассмеялся названный Семены, окончательно расслабляясь под смех остальных ребят. — Ладно, входите. Но только потому, что почините сарай!
— Сделаем, капитан, — отсалютовал Стас, победно глядя на спутников.
— Что стоишь, дядя? Иди в дом, — ловя чужой взгляд, хмыкнула Соня. И, не дожидаясь ответной реакции, пошла в сторону крыльца.
— Не такой уж я и старый.
— Конечно нет. Лет на десять так перерос молодость, всего-то.
Внутри оказалось уютно. И пахло так, как в самом детстве девушки. В голове тут же появились картинки из прошлой жизни, когда они с родителями ездили к бабуле в деревню. Она пекла пироги с капустой и клубникой. Первые никогда не нравились девушке, потому она всегда фыркала, стоило родителям немного пошутить, давая ребенку пирог с капустой, говоря, что внутри клубника. Соня непременно фыркала, откладывая нелюбимое угощение, но никогда не выбрасывала еду. Уважала труд бабушки.