После заката
Шрифт:
По фальшивым авизо, которые начали поступать целым потоком, Сафаров составил подробную справку и пошел с ней к Тарасову. Тот изучал справку целый день, а затем вызвал к себе Эльдара.
– Зачем тебе эти приключения на свою голову? – недоумевающе спросил он. – Пусть этим занимаются следователи республиканской прокуратуры, там целая бригада проверяет эти авизо. Ты считаешь, что у нас мало работы? Или тебя недостаточно загружают?
– Я убежден, что это не просто перевод денег или документов. На эти деньги покупается оружие, формируются банды, их используют для подкупа сотрудников правоохранительных
– Садись, – махнул рукой Тарасов. – Ты все-таки идеалист, хотя я всегда считал, что все наши бывшие партийные работники отъявленные циники... Это как в церкви, когда видишь жуликоватого священника. Он и пост не соблюдает, и глазками масляными на прихожанок смотрит, и попахивает от него – а все время говорит о вере и нравственности... Так и твои партократы. Говорили, что верят в построение коммунизма, а сами плевать хотели на свой моральный облик. Безобразничали, погрязали в разврате и роскоши. А тут ты такой, весь в белом, попался на мою голову...
– Я считаю, что мы обязаны проверить все данные, хотя бы по одному или двум банкам, – настаивал Сафаров.
– И один из этих двух будет «Эллада», да? – ухмыльнулся Тарасов. – Не делай удивленное лицо. Я помню о твоих отношениях с Ванилиным и об этом банкире. Не боишься лезть снова в это осиное гнездо? А если ничего не получится?
– Получится, – твердо сказал Эльдар. – Нужно сформировать бригаду и послать туда для проверки опытных сотрудников ОБХСС.
– Где ты был весь последний год, дорогой? – вздохнул Тарасов. – Давно уже нет ОБХСС, и самой СС тоже нет. Социалистической собственности то есть. Теперь осталась только КС – капиталистическая собственность. Мы все успешно идем от социализма к капитализму, забыл?
– Не забыл. А опытные сотрудники все равно остались. И эти авизо наносят очень большой вред платежной системе не только России, но и всех стран Содружества.
– Понятно. Ты не успокоишься, пока не посадишь банкира в тюрьму.
– Он и должен сидеть в тюрьме. Он убийца и вор. И я собираюсь это доказать, – упрямо повторил Эльдар.
– Ладно, – согласился Тарасов. – Сейчас позвоню полковнику Кочеткову, зайди к нему. Он человек опытный; может быть, вместе с ним вы что-нибудь придумаете.
– Обязательно, – улыбнулся Эльдар, выходя из кабинета.
Кочетков оказался мужчиной пятидесяти лет, невысокого роста, седым, с заметным шрамом на правой щеке. Он внимательно выслушал Сафарова и, улыбаясь, достал еще четыре папки.
– Это все по фальшивым чеченским авизо, – пояснил он. – Вся сложность в том, что мы не можем никого послать туда для проверки. Чечня становится неподконтрольной территорией. Я уже думал, чтобы двинуть в эту командировку одного нашего офицера-узбека, чтобы он мог все проверить на месте. Если, конечно, местная милиция и прокуратура захотят ему помочь... А ты сам откуда?
– Из Баку.
– Вот и прекрасно. Пошлю тебя туда вместе с нашим офицером. Может, вам удастся что-то накопать. Только, конечно, нужно быть очень осторожными. Поговорю с Тарасовым; может, он разрешит отправить тебя в Чечню. Не боишься? Захочешь туда поехать?
– Если бы боялся, не пошел бы в следователи, – ответил Эльдар.
– Тогда договорились, я познакомлю
– Тридцать три.
– Неплохо... Хотя я думал, что меньше. И уже подполковник... Так ты к сорока годам будешь генералом, – рассмеялся Кочетков. – В общем, мы поговорим и решим. Только учти, что это будет не просто увеселительная прогулка. Там очень тревожная обстановка.
Эльдар вернулся в свой кабинет, ожидая решения руководства. И снова машинально набрал номер Скороходовой, который набирал все последние дни. И почти сразу услышал ее голос:
– Слушаю вас.
Он чуть не поперхнулся, едва не повесив трубку. И все-таки сумел сказать:
– Добрый день, Светлана Игоревна.
– Здравствуйте, Эльдар, – голос у нее был уставший.
– Простите, что снова вас беспокою... Я только хотел услышать ваш голос.
– Спасибо, – поблагодарила она. – Меня несколько дней не было дома.
– Да, я знаю. Я вам звонил.
– Мы были в Киеве, – пояснила Скороходова, – там живет сестра моего мужа. Проводили сына и решили уехать в Киев. Хотя лучше бы мы этого не делали. Знаете, после Швейцарии, где мы жили в последнее время, попасть в нашу действительность... Невозможно сравнивать. Грязные, обшарпанные вагоны, поезда ходят не по расписанию; даже чая невозможно попросить, только кипяток в заляпанных стаканах. Мокрое белье... И везде проблемы – и у нас, и у них. Просто какой-то конец света. Мы так пожалели, что решили туда отправиться!.. Можете себе представить, мы привезли оттуда два килограмма сала. Это сейчас самый лучший подарок, чтобы не умереть с голода. Муж говорит, что его пенсия чрезвычайного и полномочного посла будет равна примерно одиннадцати долларам. Интересно, как будут жить остальные послы, которые давно вышли на пенсию? У нас хоть есть небольшие сбережения в иностранной валюте. А как быть остальным?
– Сейчас везде тяжело, – сказал Эльдар.
– Да, вы правы, – вздохнула Светлана. – Спасибо, что иногда вспоминаете... – Она словно забыла, что сама просила ей не звонить.
– Я все время о вас вспоминаю, – признался он.
– Не нужно, – попросила она. – Один раз я позволила себе расслабиться... Мне кажется, что мы просто должны забыть нашу встречу, как сон.
– Не получается. Я все время об этом помню, – повторил он.
– Ну, хватит, – решила Светлана. – Расскажите лучше, как вы работаете. Уже втянулись?
– Почти.
– Не представляю вас в милицейской форме, – рассмеялась она. – Было бы забавно увидеть вас в форме лейтенанта.
– Подполковника.
– Тем более.
– А может, мы увидимся? – предложил Сафаров. – Я так давно вас не видел...
– Послушайте, Эльдар, мы много раз об этом говорили. Зачем вам встречаться со мной? Вы молоды, и у вас вся жизнь еще впереди. Я замужем, у меня взрослый сын. Моя жизнь уже устоялась. Вы тоже, слава богу, устроены. У каждого из нас своя дорога. Мой муж пошел выгуливать собаку, и поэтому я могу с вами спокойно разговаривать. Но прятаться, ловчить, обманывать мужа... В мои годы это выглядит смешно. Такая запоздалая любовь мадам в предпенсионном возрасте...