После
Шрифт:
Он смеется, обнимая меня, и я ловлю взгляд женщины напротив. Она явно не в восторге от этого, Хардин целует меня в плечо. Я резко оглядываюсь на нее, и она отводит взгляд.
– Принести тебе еще тарелку? – спрашиваю я Хардина достаточно громко, чтобы услышала неприятная женщина.
Она смотрит на человека рядом с ней и поднимает бровь. Он, кажется, не обращает на нее внимания, и это раздражает ее еще больше. Я улыбаюсь и обнимаю Хардина. Он не обращает внимания так же, как и мужчина через стол, и я рада.
– Э-э,
Я наклоняюсь, чтобы поцеловать его в щеку, и иду обратно к столам с блюдами.
– Тесса? – зовет меня знакомый голос.
Я оглядываюсь и вижу мистера Вэнса и Тревора в нескольких шагах от меня.
– Привет, – улыбаюсь я.
– Ты выглядишь сногсшибательно, – говорит Тревор, и я спокойно его благодарю.
– Как ваш уик-энд? – спрашивает мистер Вэнс.
– Прекрасно, – уверяю я.
– Да, конечно, – смеется он и берет себе тарелку.
– Только не мясо с кровью! – говорит Кимберли позади него.
Он делает вид, что стреляет себе в висок, и она посылает ему воздушный поцелуй. Кимберли и мистер Вэнс? Кто бы мог подумать? В понедельник придется выбить из нее подробную информацию.
– Ох уж эти женщины! – притворно сокрушается он, заполняя ее тарелку, как я – тарелку Хардина.
– Пока, – улыбается он, возвращаясь к своей возлюбленной.
Она машет мне, побуждая мальчика на коленях сделать то же самое. Я машу в ответ. Интересно, это ее ребенок? Тревор наклоняется и отвечает на мои мысли:
– Это его сын.
– А, – говорю я, отворачиваясь от Кимберли.
Тревор смотрит на мистера Вэнса.
– Его жена умерла пять лет назад, сразу после того, как он родился. Он никогда ни с кем не встречался до Ким, и они вместе всего несколько месяцев, но он от нее без ума. – Он поворачивается ко мне и улыбается.
– Ну, теперь я знаю, кто в курсе всех офисных сплетен, – шучу я, и мы оба смеемся.
– Детка… – говорит Хардин, обнимая меня за талию в явной попытке пресечь претензии на его территорию.
– Рад тебя видеть. Хардин, верно? – спрашивает Тревор.
– Да, – быстро отвечает Хардин. – Лучше вернемся на место, Лэндон ищет тебя.
Он прижимает меня поближе к себе и молча раскланивается с Тревором.
– До скорого, Тревор!
Я вежливо улыбаюсь, передаю Хардину тарелку с едой, и мы возвращаемся к столу.
Глава 94
– Где Лэндон? – спрашиваю я, когда мы занимаем наши места.
Хардин берет круассан.
– Не знаю.
– Хм, ты сказал, он меня искал?
– Искал, но где он сейчас, понятия не имею.
– Хардин, не говори с набитым ртом.
Позади него появляется бабушка.
Он глубоко вздыхает и поворачивается.
– Извини, – бормочет он.
– Я хотела бы встретиться с вами еще перед отъездом – бог знает, когда снова увидимся. Можешь потанцевать с бабушкой? – мило
Я понимаю, почему Хардин так замер, когда увидел ее. Между ними такое напряжение, что мне недостаточно просто положить руку ему на колено, чтобы успокоить.
– Я собирался принести Тессе выпить, – врет он, вставая из-за стола.
Она неловко смеется:
– Что это с ним?
Я не знаю, что ответить. Первое желание – защитить его, но она, кажется, не относится к этому серьезно.
Тут Гамми резко поворачивается ко мне.
– Он все еще пьет?
– Что? Н-нет, – заикаюсь я, застигнутая врасплох. – Ну, то есть выпивает иногда, – объясняю я, когда вижу, что он идет к нам с двумя бокалами, полными розовой жидкости.
Он протягивает мне один, и я улыбаюсь, поднося его к губам. Вино вкусно пахнет, и когда я наклоняю бокал, пузырьки сразу начинают щекотать мне нос. Вкус такой же замечательный, как и запах.
– Шампанское, – поясняет он.
– Тесса! – В двух шагах от меня появляется Карен. Она почти кричит. Карен сменила свадебное платье на облегающее белое, до колен, в котором она выглядит не менее потрясающе. – Я так рада, что вы пришли! Ну, как это было? – спрашивает она.
Карен – единственный человек, который спросил бы, как прошла ее собственная свадьба; она очень добрая.
– Это было так здорово! Очень красиво, – улыбаюсь я.
Хардин кладет мне руку на талию, и я склоняюсь к нему. Чувствую, что ему неудобно находиться в обществе бабушки и Карен, а сейчас к нам подходит и Кен.
– Спасибо, что пришел, – говорит он Хардину, протягивая ему чуть дрожащую руку.
Хардин быстро пожимает ее. Замечаю, что Кен поднимает другую руку, чтобы обнять Хардина, но тот уклоняется. Тем не менее, Кен, кажется, рад.
– Тесса, ты замечательно выглядишь, дорогая! – Он обнимает меня, потом с нетерпением спрашивает: – Вам тут нравится?
Я не могу не чувствовать себя неловко с ним теперь, когда я лучше знаю, кем он был годы назад.
– Да, все замечательно.
Хардин делает все возможное, чтобы быть вежливым с отцом. Я кладу руку ему на спину, легонько поглаживая, чтобы ему стало легче.
Бабушка Хардина кашляет и смотрит на Кена.
– Я не знала, что вы общаетесь.
Кен потирает шею, жест, который, как я подозреваю, Хардин унаследовал от него.
– Да. Давай поговорим об этом в другой раз, мама, – говорит он, и Гамми кивает в знак согласия.
Я отпиваю еще из своего бокала, стараясь не зацикливаться на том, что я, несовершеннолетняя, пью со взрослыми. С ректором моего колледжа.
Официант в черном проносит мимо поднос с шампанским, и когда Кен хватает бокал, меня передергивает. Но он протягивает его невесте, и я расслабляюсь, потому что рада видеть, что он не пьет.