Последнее будущее

Гельман Александр

* * *

Пей, не пей -Все равно еврей.

* * *

Когда я умру, сказал рабби Нахман,в ту ночьисцеляющий дождь пронесется над Уманью,вы должны выйти на улицу,постоять под дождем,промокнуть до ниточки -это благословение Всевышнеготем, кто поверил, что моими устамине я, а Он обращался к вам.Беременные еврейки, высунувшие свои животыпод небесные воды в ту ночь,принесут Израилю великих цадиковнового поколения.

* * *

Надорвались

вечные вопросы,от бесчисленных повторовиз поколения в поколениесникли, выдохлись.Затасканные, затоптанные,не услышанные, не отвеченные,валяются на чердаках, на книжных развалах,в архивах спецслужб.Умирают вечные вопросы,осталось несколько, последних,но и они уже дышат на ладан.

* * *

Это не звезды сверкают на небе -это мигают золотые осколкиот начертаний святого завета -когда Моисей, голову запрокинув,Божьи слова зачитывал евреямс распростертой небесной страницы.От миллионов греховных взоровгорние наказы скорежились, стерлись,только точечки светящиеся остались -мигают, сигналят, не теряют надеждыпробудить огонь первозданной веры.

III

* * *

Татьяне Калецкой

От макушки до пяточеклюблю тебя, моя старушенька,всеми своими годами обнимаю тебя,даже теми, когда я тебя не знал.Теперь, когда я получил от Богаполное право распоряжаться мешком любвивсей моей жизни,я перед тобой его высыпаю,пританцовывая, как заправский хасид.

* * *

Ой Татьяна, ой жена моя,лучше тебя нет,хуже тебя нет,с тобой в аду будет иногда рай,без тебя в раю будет сплошной ад.Годы, будто ветры,выдули из нас раздоры, измены,ничего не осталось -только ты да я,и чудо нежданное -любовь.Я тебя люблю не громко, не безумно,с остановками, с перерывами,как песню, которую,когда я пьян – запеваю,когда я трезв – забываю.Ой Татьяна, ой жена моя,лучше тебя нет,хуже тебя нет,с тобой в аду будет иногда рай,без тебя в раю будет сплошной ад.

IV

* * *

Чудо случилось – два слова сошлись,которые никогда не встречались:обнимаются, сияют счастливые,кричат: «Мы самим Всевышнимбыли созданы друг для друга!»Ах, какая была свадьба!Весь русский язык примчался,вся русская речь кричала:«Горько! Горько!»,грамматика визжала от восторга.А меня эти два недоумка -ведь это я догадался,что они подходят друг другу -даже на свадьбу не пригласили,всю ночь просидел в шалмане,матерился, гордился, плакал,слезы в водку ронял.

* * *

Ты

можешь из меня сделать поэта, Господи,только ты и можешь,поэтому тебя и прошу -окажи милость.Складывать стихи на старости летдля моей бедной, растерянной душибольшая отрада:по строчкам стихотворений,как по тихой безлюдной лестнице,душа поднимется, я спущуськуда положено.

* * *

Слова, как люди, любят свободусовокуплений,чтобы достичь, меняя партнеров,новых значений.Если слова не хотят,стихи не напишутся.

* * *

Чем точнее, чем тоньшеособенности свои обрисуешь,тем чаще «это про меня, это про меня»от других услышишь,то, что нас отличает друг от друга,на поверхности,в глубине глубин мы одинаковые.

* * *

Вопросов больше, слава Богу, чем ответов,когда ответов станет больше, чем вопросов,не дай Бог, не дай Бог,в гладкие камушки на берегу океанапревратятся люди.

* * *

Эти заскоки, заезды общего в единичное,в мелькнувшее и пропавшее,блестяще с этим справлялсяРайнер Мария Рильке.'Взаимозависимости, взаимообменысо всеми, с некоторыми,с напрочь забытым,всплывающим в памяти в эту минуту,и все это на ходу, в движении, одновременно,и только из-за необходимостиобозначать словами -в растяжку, помедлив.Дивно колотится сердце,предощущая открытие.

* * *

Я мечтаю о длинном, длинном стихотворении,строк на восемьсот, не меньше,чтобы мысли и чувства бежали наперегонки,спутываясь, сплетаясь.Я мечтаю о длинном, длинном стихотворении,чтобы, как в глубокую бочку,все, чем я владею, уложить, утрамбовать,чтобы не надо было большеничего-никуда-никогдаотносить, отсылать.Я мечтаю о длинном, длинном стихотворении,чтобы после того, как удастся его написать,нечем было больше дышать,сил не хватило его дочитать.Я мечтаю о длинном, длинном стихотворении,которым я укроюсь, как одеялом,когда на рассвете, поставив последнюю точку,до предела уставши, не раздеваясь, улягусь спать.

* * *

Сегодня вечеромбуквы сбежали из дурдома,я слышу, как они квакают, галдят,уродливые звукоскоплениязагромождают улицы Москвы.Все говорят, орут. Пожары речевыена каждом углу. Безумиерастворено в словах.Схожу с ума и я -запах гари чудится повсюду,стихотворенье пахнет керосином.

* * *

Я слова загоняю в строчки,скрепляю дыханием, заговариваю изнутри,а они разбегаются, расползаютсяв разные стороны,как муравьи.Я их снова укладываю, сколачиваю,пропитываю соками земли,а они все равно разбегаются, расползаютсяв разные стороны,как муравьи.