Последнее интервью

Браун Сандра

Да какая разница?!

Никогда в жизни ей не было так трудно. Она потеряла не только Лайона, но и друга, и работу. Где-то она вычитала, что испытания закаляют человека. Если это так, она скоро превратится в каменную глыбу. Заставив себя переодеться и подправить макияж, Энди отправилась гулять по городу. Приметив небольшое кафе, она в одиночестве пообедала.

Сидя за столиком кафе, она чувствовала восхищенные взгляды мужчин, но всякий раз отводила глаза, давая понять, что не расположена к знакомству. Некоторые откровенно

рассматривали ее, пытаясь припомнить, кто она такая. Энди к этому уже привыкла. Иногда ее узнавали сразу. Увидев замешательство на лице человека, Энди часто представляла себе, как дома, у телевизора, увидев ее в программе новостей, он хлопнет себя по лбу и воскликнет: «Ну конечно же, Энди Мэлоун! Вот кто это был». Сейчас эта мысль не доставляла ей прежнего удовольствия.

Энди поковыряла вилкой в салате, но съела только дольку мускусной дыни. Чизбургер был слишком толстым и сочным. Он напомнил ей корзиночку чизбургеров, заказанную Лайоном у Гейба, и после этого она уже не могла его есть. Да и вообще ей не понравилось, как он был приготовлен. Или ей просто хотелось так думать, чтобы объяснить себе, почему она не хочет есть.

Выйдя из кафе, Энди направилась вниз по улице, кишевшей туристами и мелкими торговцами. День она убила, но чем заполнить вечер?

Энди остановилась послушать уличный оркестр. Потом добрела до галереи, но у нее не было ни сил, ни желания смотреть на выставленные картины.

Так, бесцельно бродя по городу, она дошла до реки. Как раз в это время начиналась посадка на речной пароходик. Вывеска у причала приглашала отправиться на получасовую экскурсию по реке. Энди купила билет. Молодой человек в выцветшей одежде, но с ярким мексиканским поясом, помог ей подняться на борт.

— Проходите вперед, пожалуйста, — устало пригласил он.

На пароходике было уже человек тридцать. Энди села на деревянную скамью и стала бессмысленно смотреть на воду. Она не обращала внимания на пассажиров, которые продолжали рассаживаться по местам. Рядом с ней села маленькая девочка со светлыми косичками. Ей было годика два.

Энди улыбнулась ее молодым родителям. Мать очень хороша собой, на шее отца висит камера. Молодая, симпатичная семья на экскурсии. У Энди болезненно сжалось сердце.

Посадка закончилась. Когда заработал мотор, Энди обернулась. Она увидела последнего пассажира у трапа.

Сердце ее бешено заколотилось. Ничего не видя перед собой, она смотрела на воду, а вокруг возмущались люди — причиной тому было бесцеремонное поведение этого последнего пассажира.

— Сэр, сэр, впереди больше нет свободных мест, — сказал молодой человек, который помогал Энди подняться на борт. — Прошу вас, сэр, займите место здесь.

— Я не очень хороший моряк, и мне бы не хотелось выплеснуть на кого-нибудь содержимое своего желудка, — раздался хрипловатый голос.

Энди слышала, как шепотом возмущаются туристы, давая дорогу грубияну, пожелавшему

занять место непременно впереди.

Молодой человек дал свисток, и пароход отчалил от пристани. Прохладный ветерок остужал пылающие щеки Энди. Вдоль берега, насколько хватало глаз, тянулись заросли орешника и дуба.

— Слева вы видите амфитеатр, где…

— Привет, — тихо сказал Лайон.

Те, кто сидел поблизости, стали прислушиваться к их разговору, а не к экскурсоводу. Энди сидела, повернувшись к воде.

— Привет, — повторил он.

Наконец она взглянула на него. Он сидел у другого борта парохода, в компании трех пожилых дам и двух летчиков.

— Привет, — холодно ответила она и снова отвернулась.

— Говорят, что деревья старше, чем Аламо…

— Простите меня, вы здесь с кем-нибудь?

Энди отвернулась. Лайон обернулся к своим соседкам с голубыми волосами, осторожно поглядывавшими на него, но, передумав, спросил у маленькой девочки:

— Ты знаешь эту леди?

Она покачала головой. Мать обняла ее на всякий случай. Лайон посмотрел на летчиков, которые пялились на него с восхищением.

— Она с кем-то из вас? — спросил он.

— Нет, сэр, — ответили они хором.

— Хорошо, — посмеиваясь, сказал Лайон. — Мне бы не хотелось внедряться на чужую территорию.

Энди обернулась и с ужасом увидела, что туристы потеряли интерес к панораме вдоль реки и наблюдают за спектаклем Лайона.

— Потрясающая цыпочка, правда? — снова спросил он у летчиков.

Они посмотрели на Энди, потом на Лайона и дружно закивали.

— Ты ненормальный, — прошипела Энди.

Три дамы с голубыми волосами посмотрели сначала на Лайона, потом на нее. Выражая свое неодобрение и негодование, поджали губки.

— Женщина с такой фигурой и вдруг — одна. Разве такое возможно? — продолжал Лайон, обращаясь к летчикам. — Как вы считаете, у нее потрясающая фигура?

Летчики стали откровенно разглядывать ее.

— Я это сразу заметил, — сказал один.

Тень пробежала по лицу Лайона, но он вовремя спохватился.

— Я тоже. — Он повернулся к Энди, посмотрел на ее лицо, руки и уже другим тоном сказал: — Я думаю, она красивая, но мне кажется, эта леди не знает, как я к ней отношусь.

— Класивая леди, — прокартавила малышка и похлопала Энди по колену липкой ладошкой.

— Не согласитесь ли провести со мной ночь, прекрасная леди? — тихо спросил Лайон, заглядывая в огромные, золотистые, ошеломленные глаза.

— Гарри… — обеспокоено сказала молодая мамаша.

— Не обращай на него внимания, дурачится, вот и все, — спокойно ответил отец.

— Молодец парень, — сказал один из летчиков.

— Так держать, приятель! — подзадорил другой.

Престарелые дамы хранили молчание.

Теперь уже все туристы охладели к живописным видам Сан-Антонио и с интересом наблюдали за драмой на борту.