Последнее отражение
Шрифт:
Стефан внимательно смотрел на нее, но Лу никак себя не выдала. Продолжала разглядывать его в ответ, а затем вдруг запрокинула голову и расхохоталась.
– Ты серьезно? – спросила она, вдоволь насмеявшись.
Стефан кивнул.
– Слушай, ученый, ты меня с кем-то спутал, – снова поразительно искренне заявила Лу. – Я не воровка. Я обычный флорист. Работаю в цветочном магазине, букетики составляю. Можешь проверить. Дам тебе номер телефона владелицы магазина, позвонишь ей, спросишь.
– А похитили и два дня избивали тебя за то, что чьи-то тюльпаны преждевременно завяли? – поинтересовался Стефан.
Лу еще несколько раз
– Откуда ты узнал обо мне?
– Нужные люди подсказали, – честно ответил Стефан.
– Какие?
– Не уверен, что могу называть имена, ты же понимаешь.
– Не уверена, что смогу помочь тебе, ты же понимаешь, – в тон ему ответила Лу, снова беря в руки чашку.
– Я ведь не бесплатно прошу.
– Я не настолько нуждаюсь в деньгах, чтобы соглашаться на работу от неизвестного типа.
– А я не деньги предлагаю.
В глазах сидящей напротив девушки впервые мелькнуло любопытство.
– А что?
Стефан едва сдержал довольную усмешку. По крайней мере, она заинтересовалась. В том, что его предложение покажется ей достойным, Стефан не сомневался.
– Решение твоих проблем.
– Каких из? – вздернула рыжую бровь Лу.
– Главных на данный момент. Ты знаешь, что и у кого украла?
– Какую-то фарфоровую балду у какого-то денежного мешка.
Стефан вздохнул. Он подозревал, что Лу прекрасно знает о том, кто такой этот денежный мешок, просто притворяется. Потому что, если бы она на самом деле была такой дурой, какой хочет казаться, давно уже сидела бы в тюрьме, а не слыла бы одним из лучших профи в воровском мире, не носила бы прозвище Рыжая лиса. А то и вовсе лиса давно была бы мертвой. А вот в то, что Лу не до конца понимала, что именно украла, Стефан верил.
– Денежный мешок – один из крупнейших бизнесменов, ведущих дела в Южной Африке. По неподтвержденным данным, бизнес его в большей степени нелегальный, чем наоборот. Статуэтку эту он привез из последней командировки. Она не показалась тебе чересчур тяжелой для фарфора?
– Понятия не имею, сколько весит фарфор, – снова сказала Лу, и снова Стефан ей не поверил: по глазам видел, что она тоже задавалась этим вопросом. Но не проверила. Не проверила – и попалась.
– Статуэтка, по слухам, была доверху набита алмазами. Естественно, привезенными в нашу страну нелегально. И наверняка у уважаемого бизнесмена были планы на эти алмазы. А ты их украла. Для кого, подозреваю, тоже не знаешь?
На этот раз Лу не стала врать, просто пожала плечами. И вот теперь Стефан ей верил. Потому что, если бы знала, в жизни бы не полезла в тот дом.
– Украла ты их для человека, который много лет успешно прячется в тени. На которого бизнесмен даже подумать не может. Не знает, к кому идти. Поэтому и отправил своих головорезов по твоему следу. Найти тебя с его связями и деньгами – не такая уж и проблема. Но, боюсь, даже если тебя резать на куски будут, ты не скажешь, где алмазы, потому что понятия не имеешь.
Лу поставила чашку на стол, сложила руки на груди, нахмурилась, посмотрела на Стефана из-подо лба. Не то чтобы она не догадывалась, что вляпалась в полное дерьмо, но сейчас, пожалуй, впервые осознала масштаб проблемы. Она – труп. Ей не спрятаться и не убежать. Ее найдут. И порежут на куски, даже если она не скажет, где алмазы. Стефан видел – она ему поверила.
– И как ты можешь мне помочь?
– Я знаю, у кого статуэтка.
Лу несколько секунд молчала, взвешивая в уме информацию, затем спросила:
– Ты точно ученый? Что-то мне в это не верится. Ученый – и с такими связями и замашками.
– Я ученый, – подтвердил Стефан. – Тем не менее связей у меня достаточно. Во-первых, как я уже сказал, я консультирую частных коллекционеров, вхож по многие дома, со многими знаком. Во-вторых, мои отец и дед – еще более известны в узких кругах, чем я. Так что поверь, связей у меня предостаточно.
Было еще и в-третьих, но об этом Стефан говорить не стал. Хватит и двух аргументов.
– И что я должна для тебя украсть? – после некоторого молчания спросила Лу.
– Книгу.
– Книгу?
– Не совсем книгу, честно признаться, скорее дневник, принадлежавший одному русскому коллекционеру девятнадцатого века.
– И откуда я должна ее украсть? Из музея?
– Из частной коллекции.
Лу откинулась на спинку дивана, прищурилась.
– Знаешь что, ученый? Я книжки тоже читаю. И есть у меня подозрения, что меня заставили украсть эту статуэтку специально, чтобы теперь под благими намерениями вынудить пойти с тобой на сделку.
– Во-первых, никто тебя не заставлял, – педантично поправил Стефан. – У меня есть сведения, что тебе за кражу заплатили, никто не принуждал. Ты могла отказаться. А во-вторых, я клянусь тебе, что не имею к этому отношения. Я все равно пришел бы к тебе с просьбой о книге, предлагал бы деньги или что-то другое. Считай, мне просто повезло: ты подставилась, и теперь я могу предлагать взамен не деньги.
Лу нахмурилась.
– Да уж, везение. Ладно. Рассказывай подробности.
Стефан огляделся. Людей в забегаловке прибавилось, шумная компания уселась прямо за ними. Вести переговоры в таком месте опасно. Да и они уже доели, могут ехать дальше. Чем раньше доберутся до места, тем меньше вероятность нарваться на похитителей Лу, с которыми Стефан проблему еще не решил.
– Поехали к одной моей знакомой. Там и продолжим разговор, – предложил он, поднимаясь.
Лу нехотя последовала за ним. Стефан понимал, что больше всего ей хочется сбежать, но она знает, что он сейчас – единственная ее возможность остаться в живых. А потому не сбежит, можно не переживать.
Глава 3
Проклятая интуиция продолжала вредничать и обижаться, не давала никаких подсказок. Лу понятия не имела, стоит ли доверять Стефану, но иных вариантов у нее не было. Она слишком устала, да и, будем смотреть правде в глаза, слишком напугана, чтобы пытаться сбежать и решить свои проблемы самостоятельно. Да, она была воровкой, с детства жила больше на улице, чем дома, умела драться, не боялась влезать в чужие дома, но жить при этом хотела. Долго и, желательно, на свободе. Ни в тюрьму, ни тем более на кладбище не собиралась. А потому решила пока плыть по течению и довериться Стефану. Планирование никогда не было ее сильной стороной. В конце концов, если бы ученый был связан с похитителями и хотел ей навредить, у него были уже десятки возможностей. Он ими не воспользовался. Проблемы надо решать по мере их поступления.