Последнее пламя

Городчиков Илья

– Глупо. Пытаться брать обманом целого правителя и не продумать плана отхода. Ты не воин – ты глупец.

– Быть может ты прав, но раз уж царь имеет претензии именно ко мне, то мне с ним и говорить. Колонию он точно не захватит, а своё имя в страницы истории я уже записал, так что бояться ничего не стоит.

– А смерти? – удивлённо спросил Ной.

– Зачем её бояться? Все рано или поздно настигнет всех нас, как бы мы не пытались от неё сбежать.

На этом наш разговор прервался. Ведя беседу с рюглендцем, я стоял на корме корабля, высматривая сурские корабли. Мы уже два дня как плыли по их водам и до сих пор нам не удалось встретить даже утлого судёнышка, даже рыбацкой лодки не было замечено наблюдателями в «воробьиных гнёздах». Однако же сейчас я спинным мозгом чувствовал, как нас окружают. Пусть наш флот и был значительно

растянут, но многочисленные острова в округе были сильным подспорьем для северян. Я не видел мачт, не видел парусов или моряков, но точно знал, что если начнётся бой, то мы уже заочно проиграли, как бы я не хотел этого исправить. Быть может хвост флотилии сможет каким-то чудом спастись, но сейчас я в это верил слишком слабо. Быть может, опытный флотоводец смог бы избежать попадания в эту ловушку, но я был новичком в этом деле и потому сейчас жизни всех отправившихся со мной рюглендцев зависли от желания царя договариваться.

Из-за одного из островов спереди моего корабля выплыла большая галера, оснащённая множеством пушек. Галера плыла столь спокойно, что можно было подумать, что она отправляется не на битву, а просто так проплывает рядом. На корабле, точно я, стояла фигура в дорогом красном наряде. Я усмехнулся и посмотрел по сторонам. Острова здесь стояли плотно и проход, через который мы сейчас проплывали, был достаточно узким, чем воспользовались суры. На обоих берегах из прибрежных кустов показались пушечные батареи, которые с лёгкостью накроют нас плотным огнём, ведь наверняка успели пристрелятся, а не самые опытные канониры рюглендцев не смогут дать адекватного ответа. Хотя, быть может сурам и не нужно уничтожать весь флот, ведь главная цель именно я. Мысленно я похлопал гению тактики, который организовал эту засаду.

– Подать лодку!

Приказ был исполнен в мгновение ока. Мои моряки быстро спустили один из шлюпов на воду, и я в одиночку направился на встречу к сурскому государю. С галеры спустился точно такой же шлюп, который направился ко мне навстречу.

– Здравствуй, царь всея Сурии! – приветственно махнул я Владиславу, когда наши лодки ударились друг о друга бортами.

– И ты не болей, наместник. – менее радостно поприветствовал меня в ответ Владислав, - Может расскажешь, что за выступление ты организовал? – царь кивнул в сторону рюглендского флота, вставшего на якорь в ожидании продолжения.

– У меня к тебе те же вопросы, государь. Я ещё могу понять тайных соглядатаев ко мне отправлять, ведь просто так бывшему наёмнику доверять – дело неблагодарное, а потому за это я тебя не виню. Но вот убивать молодожёнов наследующий день дело слишком не богоугодное.

– Вы поженились с Нежаной? – удивлённо поднял бровь Владислав, - Мир да любовь вашей семье.

– Царь, у нас вроде серьёзный разговор, а ты ёрничаешь. Меня и жену мою едва не убили, да ратников моих порезали много. Нельзя так, Владислав. Вызвал бы ты меня сначала в Ратиборск, а там бы уже все вопросы решили, но так поступать нельзя.

– Можешь верить мне, а можешь и нет, но к убийству твоих людей я совсем не причастен. Всех, кто виноват я обязуюсь покарать, а за убитых семьям виру выплачу. Однако же, чую, что этим ты точно не ограничишься, раз флот рюглендцев сюда привёл.

– Прав ты царь. Не знаю, честно ли ты мне говоришь или брешешь, но терпеть такое я не могу. Быть может, что провернул всё за твоей спиной Белояр, ведь и причастность его людей там заметна, но сейчас это для меня мало что меняет.

– Уж слишком ты уверено говоришь, наместник, как для человека, чей флот сейчас находится на прицеле моих пушкарей. – по-доброму улыбнулся Владислав, - Но что ты хочешь предложить мне такого, чтобы твой корабль сейчас не нафаршировали чугуном, а сам ты не оказался опозорен в веках?

– Предлагаю дружбу. Не вассальный договор, не наёмничьей контракт, а именно что дружбу равных друг другу людей.

– Это мятеж?

– Можешь называть как это угодно, царь, но прошу тебя меня выслушать. Я не хочу, чтобы сегодня проливалась сурская и рюглендская кровь. Колония в Лагрике будет отныне свободной от воли Ратиборска, но войны между нами не будет. За всю помощь златом я тебе отплачу сполна в пятикратном размере, но больше дань платить не буду. Купцам сурским и дальше будут рады в Вольгороде, по-прежнему будут самые лучшие предложения и даже пошлину с них взымать не буду. Преград воздвигать я не буду, коль

вздумаешь другие колонии ставить. Помимо этого, люди мои будут с готовностью по-прежнему выступать за Сурию в любых конфликтах пока я жив.

– Получается, что у меня будет всё тоже самое, что раньше было, но вместе с тем теряю контроль над колонией, приносящей большой доход. Я всё правильно понял?

– Да. Вот только тогда тебе не придётся проливать кровь своих ратников в попытке вернуть Вольгород под своё управление. Быть может, у тебя это получится, царь, но долго ли колония проживёт, если там не будет меня? Ведь именно на мне завязаны контакты со всеми аборигенами, а у них до сих пор достаточно сил, чтобы колонию разрушить. Нам лучше дружить, а не воевать между собой. Кровь слишком дорогой ресурс, чтобы растрачивать её в междоусобицах.

Царь задумался и с пол минуты он просто молчал, сверля меня взглядом, - Знаешь, наёмник, а может быть мне и стоит согласиться на твоё предложение. Мануфактуры и город я твой заберу в казну царскую, тут уж на меня ты не серчай, но я считаю это справедливо. Тем твоим, кто захочет в Лагрику уплыть, я мешать не буду, но и в ответ жду такого же шага. Ты мне службой верной служил, главою своей рисковал, а у меня, похоже, есть ещё те, кто только зла желают. – царь обернулся к своей галере, - Плыви, наёмник обратно в свой дом. Борису передай, что зла на него никто держать не будет и всё имущество его при нём останется. Месяца через два я к тебе людей пришлю, чтобы договор настоящий подписали мы. Думаю, ты придумаешь тогда, как величать тебя, наёмник. – царь ещё раз взглянул на галеру, - Надеюсь, что ты верен своему слову, Вадим.

– Честное слово дороже жизни, царь.

Глава 11

– Ты хочешь сказать, что Владислав просто так тебя отпустил?! Звучит как сказки! – чуть ли не кричал от удивления Сезар.

– Сказки не сказки, но теперь мы сами по себе, мой бородатый друг.

Мы стояли в центре города и смотрели на то, как с флагштока снимают и бережно складывают флаг Сурии, а на его место водружается боевое знамя моей армии. Народ, мягко говоря, был удивлён в крайней своей степени. Многие просто не понимали, как так произошло, что теперь мы независимы, а не находимся под управлением Ратиборска. Многие колонисты имели в Сурии родных и даже целые семьи, а потому серьёзно опасались того, что оборвутся сразу все связи. Мне пришлось доказывать им, что никаких проблем с отношениями с Сурией просто не будет. Пусть мы независимы, но до сих пор остаёмся преданным союзником царя. Сразу же появилось несколько групп людей, что собирались вернуться обратно в Сурию и я им не мешал, просто отправив бывших переселенцев в Старый Свет.

Неожиданно для меня встал вопрос легитимизации правления моей персоны над Лагрикой. Нет, серьёзных претендентов на моё место просто не было, да и откуда им появиться, если весь силовой аппарат находится под моим управлением? Конечно, кто-то мог бы опереться на помощь туземцев, но те официально заявляли, что никогда не отправятся на новую войну с людьми огня. Вот и выходило, что мне оставалось задуматься над типом правления в бывшей колонии и её названием.

Существовало всего три формы правления, которые были мне доступны в данный момент: теократия, монархия и республика. О теократии я даже не задумывался, понимая, что верования моих подчинённых исповедуют различные религии, начиная от сурских Богов и ларингийских Высоких Предков, заканчивая верой в Неугасаемое Солнце и Мать реку. Да, с лёгкой руки можно было бы начать миссионерскую деятельность с использованием некоторых насильственных методов, но было ощущение, что тогда в бывшей колонии начнётся религиозная мясорубка с далеко не позитивным исходом. Выбор оставался на республике или монархии. В этом мире стран с республиканским правлением было не так уж и много, тогда как власть различного уровня монархов распространились практически на весь Старый Свет. Хотелось ли мне становится абсолютным монархом, учитывая, что это будет не так уж и сложно, ввиду небольших территорий новоиспечённого государства и моего личного авторитета. Но сила моя монолитна сейчас и часто так случалось, что первый монарх являлся воистину великим, а его наследники представляли из себя нечто бесформенное, не способное хотя бы поддерживать величие страны своего пращура. Что же касается республик разного рода, то я всю жизнь считал их в крайней степени ненадёжными.