Последнее пламя
Шрифт:
– Аврелий, пусть вы и для кого-то святой человек, но вам стоит следить за собственными словами. Вы прекрасно осведомлены кто разгромил короля Кловиса и низвёл до состояния пыли династию Ландсьеров. Будьте более благоразумны и старайтесь подбирать слова, которые не будут для вас смертельны в последующем.
– Слова не сталь.
Я моргнул. Это мимолётное движение век не дало мне вовремя среагировать. Аврелий резким движением вытряхнул из рукава своей рясы маленькое узкое лезвие, которое было больше похоже на женскую небольшую пилочку, чем на оружие. Как только эта заточенная пластинка стали оказалась в его ладони, то в одно короткое движение
Боль пронзила бок, и я стал заваливаться на спину, закрывая рану ладонью. Время будто замедлилось, и я видел, как сразу среагировал Сезар, стоящий от меня справа. Он даже не стал вытаскивать из ножен оружия и просто ударами своих мощных кулаков разметал охрану Аврелия, схватив его самого за горло мощной пятернёй и прижал того к земле. Дальнейшее я видел плохо, ведь картинка перед глазами расплывалась и только слышал, как вжикают извлекаемые из ножен клинки.
Не знаю сколько я вообще провалялся в отключке, но в сознание я приходил медленно и мучительно. Веки долго не раскрывались, будто склеенные лучшим из клеев. Мысли растягивались будто жвачка и я даже не сразу понял, что лежу в каменной комнате. Ещё дольше пришлось вспоминать своё имя, а уж почему я здесь и о том, что же случилось, мне приходилось, вспоминать, казалось, тысячелетиями. Всё это время я не поднимал головы от собственной подушки, чувствуя, что в черепушку будто налили чугуна. Каждая мысль со звоном отдавалась в голове, заставляя жмуриться в мучениях.Хотелось пить. Горло будто старательно протёрли грубой наждачкой, а слюнные железы предательски не хотели выделять ни капли слюны. Я тяжело повернул голову, пытаясь выискать хоть кого-то рядом с собой сидящего. Это маленькое движение вновь отозвалось болью во всём теле, но рядом никого не было. Единственное, что мне стало понятно, так это то, что моя комната была небольшой и потому больше напоминала клеть священника, нежели палаты государя.
Я закашлялся и зажмурился от боли, взрывающейся в груди. Тут же, мой удивительно чуткий слух выцепил раздающиеся за дверью шаги. Медленно я потянулся рукой к поясу, где обычно была приторочена кобура с пистолем, но оружия на месте не было, и я просто рухнул обратно на подушку, понимая, что без воды я не в силах двигать даже пальцем.
Послышались возбуждённые голоса и в комнату ворвались два человека. Первым, оттесняя своего товарища, ввалился широкоплечий Сезар. За ним показался человек с смутно известным лицом. Похоже было, что этот человек был из суров и обучался у Фабриса.
Увидев, как я тяжело дышал, Сезар вытянул из своей фляги пробку и прислонил сосуд к моим губам. Прохладная вода потекла по пищеводу, и я стал жадно глотать, чувствуя, как тело наполняется жизнью. Выпил я всю флягу до дна и только потом понял, что могу наконец сесть. Сезар помог мне и я, свесив ноги с кровати, глубоко вдохнул, наполняя свои лёгкие кислородом.
– Как себя чувствуете, командир? – спросил меня ученик Фабриса.
– Бывало и лучше… - честно ответил и вновь закашлялся, - Что произошло?
– Аврелий пытался тебя убить, Вадим. – на этот раз ответил мне Сезар, - Успел тебе какой-то ножик в бок всадить, но ничего больше не успел сделать.
– Убит?
– Да. Я его допросил по всему, но ничего кроме религиозного бреда он сказать не мог. Говорит, что земля под нашими ногами будет гореть и мы умрём в этом пламени. Так что голова его сейчас на пике, а тело где-то
– Похороните его по всем почестям. – тяжело выдохнув, приказал им я, - Кем бы он не был, но церковникам нельзя дать сомневаться в нашей дружественности.
– Он же тебя чуть не убил!
– Но я живой? Живой. Ты приказ мой слышал. – я посмотрел на лекаря, который стоял в комнате, дожидаясь конца разговора, - Тяжёлая рана была? Сколько я тут вообще пролежал?
– Клинок был вымазан в яде синечешуйчатого ужа. Он единственный из ужей, кто имеет яд и водится только в землях гранисийцев. Одна капля такого яда человека убивает за день в муках, но вы, командир выкарабкались. Правда, я до последнего думал, что во сне умрёте, но всё же смогли.
– Да уж… Не помню, чтобы мне так хреново было… Вы как монастырь взяли за три дня?
– Наши церковники его всего за несколько часов схватили. Тут весь гарнизон вырезали за то, что их настоятель клятву нарушил.
– Клятву?
– Да, Вадим, клятву. – из-за угла, продолжая прихрамывать, но уже без костыля, вышел Вард, - Аврелий раньше мне казался человеком чести, но нарушителям клятвы нельзя позволять жить.
– Говори прямо, Вард, что за клятву и как он её нарушил. Я сколько уже на этом свете живу, но о ней в первый раз слышу.
– Договор священен, Вадим. Слово – дар Предков. Они позволили нам свободно общаться между друг другом, решать все проблемы словом, не вынимая оружия и не проливая крови. Высокий Предки завещали нам вести переговоры перед каждой воной, но Аврелий атаковал тебя, хотя согласился на капитуляцию монастыря. Он атаковал тебя во время переговоров, а это тяжкий грех, который нельзя было просто оставлять без ответа. Он понёс самое справедливое наказание за нарушение святого обязательства перед Предками.
– Есть вообще вести с континента? – задал я самый важный для себя вопрос.
– Мы смогли поймать сокола с письмом. Оказывается, что мы немного опоздали и Церковь прямо сейчас уже ведёт наступление на Рюгленд. В письме есть просьба сообщит о прибытии нашего флота, если мы окажемся рядом с монастырём. – ответил мне Вард.
– Это всё?
– Не-а. Кое-что из фанатический речей Аврелия я всё же смог выудить. Не зря столько лет заплечных дел мастерство развиваю. – похвастался Сезар, - Если говорить коротко, то Аврелий вскользь упомянул, что церковники не ожидали усиления крепостей на границе Рюгленда. Мол, придётся чуть больше повозиться перед тем, как получится прорвать оборону. И всё же, рано или поздно они смогут прорвать защиту и тогда города Рюгленда окажутся под атакой куда более превосходящей их армии. Нам стоит скорее высаживаться и полноценно вступать в войну, а иначе рюглендцы слишком быстро падут.
– Вард, сколько пушек у Церкви?
– Так просто будет сложно предположить. – по-настоящему задумался полководец церковников, - Такой информацией даже я не располагаю, а моё положение в иерархии далеко не последнее. Впрочем, если предположить, то не меньше пяти сотен и это исключительно полевая артиллерия. Каждую крепость или монастырь мы тоже старались снабдить орудиями, но с этим ситуация куда хуже.
– Где производят пушки?
– Уж вот это я знаю намного лучше.
Я послал лекаря за картой страны, после чего тот очень быстро вернулся и расстелил её на большом столе, который располагался во дворе монастыря, который был сейчас полон вооружённых людей, абсолютное большинство которых были из сурской части моей армии.