Последний аргумент
Шрифт:
– Да, господа, – прервал неловкую паузу хозяин кабинета. – Почему делом не занялось российское отделение СКС? Почем вы прилетели к нам из самого Нью-Йорка?
– Ситуация критическая, – вместо замолкшего старшего офицера ответил майор Спирс. – Она выходит из-под юрисдикции территориальных управлений. Делом занялась специальная оперативная группа, которую представляем мы с господином полковником. Сегодня ночью в Шереметьево прибывает самолет с нашими сотрудниками и специальным оборудованием.
– Все понятно, – покачал головой полковник Мухаметшин. – Можете
– Этого мало! – полковник Бритни очнулся, наконец, от замешательства. – Мы берем следствие по происходящим в Москве взрывам под контроль! Вы будете работать под нашим руководством!
– Я вам не подчиняюсь! – полковник Мухаметшин, приподнялся над столом, огромный и страшный, словно бурый медведь. Глаза его горели гневом. – И мы, именно мы будем вести оперативные мероприятия! Это наш город, наша страна, наш народ! Мы знаем, как здесь работать! И сотрудничество возможно только на партнерских началах!
Офицеры СКС вздрогнули, как от удара. В глазах майора появилась настоящая, живая злоба. «Все-таки они люди» – с некоторым облегчением подумал Виктор. – «А не бездушные роботы».
– Хорошо! – лязгающим голосом проговорил полковник Бритни. – Я не могу вас заставить, господин Мухаметшин! Но отказать мне в содействии вы тоже не можете!
– Увы, – полковник улыбнулся, показав зубы, острые, как у волка. – Так что, если что нужно – обращайтесь!
Поняв, что разговор окончен, СКСовыцы поднялись. Они уже не выглядели холодными сверхлюдьми, как в начале беседы, а скорее напоминали опущенных в воду куриц.
– До встречи, – проговорил полковник Бритни, майор Спирс ограничился кивком.
Виктор тоже встал, провожая гостей. Сделал вслед за ними движение к выходу, но Мухаметшин тихо приказал:
– Погоди!
Стукнула дверь кабинета, и они остались вдвоем.
– Вот что, – проговорил полковник тяжело. – Никуда нам от них не деться. Они до министра дойдут, добьются, чтобы мы под их дудку плясали.
– Что же делать?
– Помогай, но особенно не усердствуй. Не верю я, что эта бомба есть. Их склады охраняются так, что мышь не проскочит, что у нас, что в Европе, что в Китае. Так что эта выдумка с бомбой – прикрытие. Темнят что-то они. И пусть себе. Наша задача – террористов поймать, а не в закулисных играх спецслужб участвовать. Понятно, товарищ майор?
– Так точно, – без особенного энтузиазма ответил Виктор.
– Тогда иди, – полковник бухнулся в кресло, зевнул, мощно и свирепо. – Завтра в девять ко мне на доклад. Со всеми результатами по сегодняшнему взрыву.
Виктор кивнул. Вышел из кабинета. Ошалелым взглядом проводил его все еще застывший в столбняке лейтенант.
В коридоре оказалось безлюдно, и он невольно потянулся к карману, где лежал телефон. Набрал номер.
Сначала слышались гудки, потом щелкнуло и прозвучал голос жены.
– Маш, это я, – сказал он тихо, и только тут почувствовал, насколько
– Нет, и сегодня не приду. Может быть, завтра вечером. Как ты там?
Санкт-Петербург встретил дождем. Яростным, безудержным майским ливнем, с грохотом грома и отчаянным сверканием молний, каждая из которых, как казалось, тщилась сравниться блеском с солнцем.
Потоки воды струились по окну вагона, и можно было представить, что обезумевшая Нева вышла из берегов, заливая северную столицу, стирая ее с лица земли.
Но так же быстро, как и началась, гроза закончилась. Когда поезд подъехал к вокзалу, туча, похожая на исполинское рычащее чудовище, уплыла куда-то за город, а над миром раскинулось чистое лазоревое небо.
Попутчик покинул купе еще до полной остановки, словно очень спешил, или ему попросту было противно находиться вместе с Владимиром. Подтверждало догадку и то, что бизнесмен не попрощался.
Владимиру, в общем, было все равно.
Он вышел на перрон, вдохнул воздух, в котором за тонким наслоением городских запахов чувствовался мощный соленый аромат моря. Он будоражил, заставлял подумать о дальних странствиях, странах, лежащих где-то за водной гладью, под ласковым южным солнцем…
Усмехнувшись несвоевременным мыслям, Владимир зашагал по перрону. Миновал замерших в ожидании носильщиков с их электрифицированными тележками, в торговой зоне вокзала сморщился от яркой, бьющей по глазам рекламы, и нырнул в черную ненасытную пасть метро.
На место встречи прибыл вовремя. Небольшой ресторанчик на Васильевском острове, сохранившийся чуть ли не со времен СССР, был полон народу. Войдя внутрь, Виктор окунулся в облако восхитительных ароматов – приправ, жареного мяса, копченой рыбы…
На несколько мгновений остановился, сглатывая обильно потекшую слюну.
Свободных мест не было, но от углового столика вновь вошедшему посетителю помахали рукой.
Владимир изобразил вежливое изумление – слегка приподнял брови: это вы мне?
Невысокий человечек, чья лысина маслянисто блестела, отражая свет ламп, еще раз помахал рукой: да, подходите, место свободно…
Владимир не заставил себя упрашивать.
Вблизи человечек показался совсем крохотным. На вытянутом лице печально блестели большие светлые глаза, а уши оттопыривались, точно локаторы, ожидающие появления вражеских самолетов.
– Присаживайтесь, господин Смоляков, – проговорил человечек, делая приглашающий жест. – Я думаю, что нам есть, о чем поговорить. Вспомним старое, друзей помянем.
Кодовая фраза произнесена. Значит перед ним связной, а не случайный человек, не вовремя забредший на место встречи.
Владимир опустился на стул. Кейс, который только и взял с собой в дорогу, примостил у ноги.
– Как мне вас называть? – поинтересовался он у собеседника.
– Петр, – отозвался человечек, доставая из кармана большой платок в синюю клетку и протирая им лысину.