Последний бой

Коллектив авторов

Топс вспотел, хотя внутри Боло по-прежнему было прохладно и сухо. — Нам следовало сделать это много лет назад…

— …но, как всегда говорила моя мама, если бы желания были лошадьми, в мире было бы еще больше лошадиного дерьма, чем сейчас.

— Не могли бы вы предоставить нам дополнительную информацию, сэр? Где находятся основные силы, в каком направлении они движутся и с какой скоростью, чтобы я мог сообщить Джозефу и совету. И, если сможете, задержать их.

— Расскажи ему о своем состоянии, — внезапно сказала Паскуа, движимая нехорошим подозрением.

—

Сделаем, — сказал Джеймс. — Отбой.

— Что сделаем? — спросила она, чувствуя, как страх скапливается у нее в животе, как сырое тесто.

— Найдем их, выясним, с какой скоростью они движутся, притормозим их, если сможем.

— Чего? — она взорвалась. — Ты с ума сошел? От удара по голове погибло больше клеток мозга, чем мы предполагали? Почему ты не сказал ему, что ты все равно что слепой и тебе помогает десятилетний ребенок и гражданское лицо? Что вы собираетесь делать, плеваться через трубочку? Или привязать веревку поперек тропы чтобы сбить с ног всех шестьсот рабов? Каковы ваши планы, генералиссимус? Мне не терпится услышать.

— Леди, вы можете уйти в любое время, когда захотите, — сказал Пауло, сверкая глазами. — Мы с отцом сами справимся.

— О, великолепно! — усмехнулась она. — Я в компании героев.

— Нет, — ответил Джеймс с напряженным терпением, — Ты находишься в компании людей, у которых есть семья и друзья, которым угрожает страшная опасность. Та голова в шлеме принадлежала моему другу. Я не позволю этим пятнистым головорезам убить его детей.

Пауло бросил на Паскуа взгляд, полный самодовольного презрения.

Она раздраженно зашипела. Ненавижу! яростно подумала она. Играть в героя — это одно, но на самом деле становиться им — это не то, чем я хочу заниматься!

Еще более ненавистным было леденящее кровь осознание того, что она не собиралась бросать их на произвол судьбы, а собиралась пойти с ними… чтобы помочь им всем, чем могла. И в этом не было даже намека на выгоду.

Отец был прав. Она сумасшедшая.

Топс откинулся на спинку командирского кресла и нервно провел рукой по коротким седым волосам. Олень-Семь! Боже мой! Я надеялся, что этот ублюдок мертв. Он бросил взгляд на тело в мешке рядом с ним.

— Эль-Ти, мне нравится твой старший сын, правда нравится. Но Джозеф из тех, кто думает, что если откладывать неприятности на потом, они обязательно разрешатся сами собой. — Топс думал, что достаточно хорошо знает Бетани Мартинс, чтобы она согласилась с его оценкой и с тем, что он планировал сделать сейчас.

Скоро они увидят бой. Он вздохнул, и адреналин заурчал и заискрился в его нервных окончаниях. Он совсем не скучал по этому ощущению, и не хотел, чтобы его собственные дети когда-нибудь испытали такое.

Вот и вся слепая надежда. Он улыбнулся; именно так сказала бы Эль-Ти. Он слегка встряхнулся, потому что находиться рядом с ее телом было для него вредно. Следующее, что он подумал —

что она разговаривает с ним.

— Марки, у нас есть обзор площади?

— Нет, сержант. Те камеры, которые не пострадали от лавы, были закрыты ею.

Ну что ж. — Включи свою систему оповещения, — приказал он. — На хорошей громкости, но не до боли.

— Готово, сержант.

— Внимание, жители Какастлы.

Он наклонился вперед, произнося эти слова.

— У нас чрезвычайная ситуация. В долину направляются силы вторжения, состоящие примерно из двухсот противников. — он подумывал о том, чтобы рассказать им, кто этот противник, но не хотел ввергать город в панику. — Дети и мирное население должны быть эвакуированы. Все трудоспособные лица должны немедленно явиться к Боло и начать расчистку от обломков, чтобы привести его в боевую готовность.

Он остановился: — Послушай, как они это воспринимают, Марки? Я не хочу паники.

На мгновение воцарилось молчание, а затем: — Похоже, все сходятся во мнении, что вы сошли с ума и вновь переживаете славные дни своей юности, — сообщил Боло.

Черт! Такого он не ожидал.

— Приближается Джефе и требует, чтобы вы спустились, — продолжил Марки. — Полномочия Джефе превышают ваши собственные, сержант, — заметил Боло. — Я вынуждена попросить вас немедленно уйти.

— Чьи полномочия превышают полномочия Джефе? — в отчаянии спросил Топс.

— Полномочия капитана, поскольку при развертывании этого подразделения военные всегда будут иметь больше полномочий, чем гражданские.

— Тогда свяжись с ним. Спросите его о приказах. Это чрезвычайная ситуация, Марки, если я выйду, все будет кончено. Для всех нас.

Мгновение спустя раздался голос Джеймса, усталый, но решительный.

— Внимание, пожалуйста. Говорит капитан Мартинс. Долина атакована. УНВ, который был отправлен на помощь мне и моему сыну, разбит, экипаж убит, а машина украдена. Сбежавший от врагов пленник сообщил мне, что их целью является Какастла… — он остановился — И что их предводитель — Олень-Семь. Следуйте инструкциям сержанта Дженкинса; он действует с моего разрешения. Джефе, я ожидаю, что вы окажите ему свое полное сотрудничество. Марки, вы будете выполнять приказы сержанта Дженкинса, как если бы они были моими собственными. Мартинс, отбой.

— Что происходит? — потребовал Топс. — Открой канал связи с внешним миром, Марки, мне нужно знать, что происходит.

Джозеф стоял у дверей дома джефе и медленно закрывал рот.

— О, я бы хотел, чтобы он действительно наконец сошел с ума, — прошептал он себе под нос.

Люди высыпали из своих домов, некоторые даже с салфетками, заткнутыми за воротнички. Плакали дети, да и взрослые тоже, и гул голосов становился все громче и громче. На фасадах домов и магазинов зажглись фонари, превращая вечер в день, словно на праздник фиесты, Рождества или день рождения лейтенанта Мартинс.