Последний Еврей
Шрифт:
Второй раз за сегодняшний вечер мы мчались по направлению к крайот. Но с каждой минутой шансы застать автобус-станцию в нашем времени уменьшались. Пора останавливаться. Быстрее ракеты, все равно, ничего нет.
Рядом с каким-то автомагазином мы остановились. Я схватил ракету, выскочил и спрятался за соседними припаркованными автомобилями. Та-ак… Теперь вертикальный пуск без всякого вспомогательного оборудования. Очень увлекательная работа. Ракету прикажете держать в руках? Защитная труба — штука хорошая, но это не решение.
Я выбрал точками опоры
— Ты видел, что это было? — толстый мужчина высунулся из окна, его автомобиль загородил выезд моей машине, стоящей на знаке «Стоп».
— Что-то было, — сказал я. — Очень похоже на молнию.
— Какую молнию? — возмутился мужчина. — Что-то взорвалось!
— Нет, — возразил я, — взрыва не было, только вспышка. Совсем рядом со мной, у меня даже искры перед глазами до сих пор. Ты слышал взрыв?
Мужчина только собирался открыть рот, как мы действительно услышали взрыв. Приличной силы. От крайот.
— Вот теперь взрыв! — сказал я. Единственная моя надежда была на естественное любопытство собеседника. Если он поедет, то я смогу выбраться.
Мужчина ничего не ответил, повернулся и долго что-то рассматривал в направлении звука. Но видно ничего не было, даже ожидаемого мной зарева увидеть не удалось.
— Где-то рядом с Мисрад-а-Ришуй, управлением дорожной полиции, — наконец сказал он. — Похоже на бомбу. Но террористам там сейчас делать нечего. Другое дело — днем. Полно народу.
— Может, какой псих? — я продемонстрировал личную заинтересованность. — У меня два штрафа не заплачены, интересно, если местный компьютер взорвался, данные останутся в центральном? Или можно не платить?
Мужчина уставился на меня так, словно взрыв утратил свою важность, а я объявил себя… ну… Мессией.
— Чтобы их компьютер взорвать, — наконец сказал он, — «Скад» нужен. Прямое попадание. Ну, я поехал.
Мы тоже поехали. В районе Мисрад-а-Ришуй действительно полыхал скелет какого-то автобуса. Боевой раскраски «Галиль Турс» уже не было видно. Я исполнил голосом избранные места из пятой симфонии Бетховена. Отдельные шаги судьбы. Веред почему-то не спросила, что это значит. Что-то она такая молчаливая стала?
Я глянул. Девушка спала! Измучилась, бедная. А я-то уже нечаянно подумал, что она — биоробот какой-то. Работает, как механизм, по голове бьешь — не ломается. Нет, оказывается и у нее есть предел возможного.
Я подавил зевок, потянулся, не отрываясь от руля. Мои возможности тоже были небеспредельны. Но спать, во-первых, рано, во-вторых, негде. Сейчас сюда подтянутся армия и полиция в поисках организаторов взрыва. На дорогах установят заслоны, а машин ночью ездит не так уж много. Каждую можно обыскать. То, что у нас «Узи», — не беда. Хоть сейчас выкину его в окно.
Я сбавил скорость, хотя и старался не сердить едущих за мной водителей. Надо принять решение. Какое? А даже если неверное — не беда! Считается, что отсутствие линии поведения хуже, чем неверная линия поведения.
Я почувствовал, что голова уже не работает с прежней легкостью. Четыре года я готовился к возможному провалу. Кропотливая ежедневная работа, на самое мелкое действие стражников — мое противодействие. Конспиративные квартиры по всей стране. Техническое оборудование, многое из которого не изобрели даже в моем будущем. Благодаря всему этому я выиграл первый раунд. Но рутинная работа аналитика, ученого и бизнесмена-интригана — это не полевая работа агента. Вот я немного и надорвался. Чуть-чуть не вовремя.
— Пак! — Веред издала какой-то странный звук. Что это, она пузыри пускает, как младенец?
— Пак! — еще один звук. Тут я с ужасом понял, что обдумывать свое переутомление уже некогда. Странные звуки издавала не Веред. Такими звуками сопровождалось появление аккуратных сквозных дырочек в заднем и переднем стеклах «Мазды». Первый выстрел я проспал, свалил на Веред. А второй заметил. Третий, возможно, уже некому будет замечать.
Скорее всего, мы проскочили мимо крайот и сейчас ехали в направлении Акко. В зеркальце было видно, что сзади, на расстоянии метров в пятьдесят, едет маленькая белая машина. Стреляли из нее. При моей низкой скорости они могли подобраться вплотную и изрешетить меня. Хотя… они не знают, что я измотан, видят, что я не один и, думая, что я хитер, считают мою медленную езду какой-то уловкой.
Машин на дороге почти не было. Я утопил педаль газа, врубил пятую передачу и быстро загнал стрелку спидометра к правому краю. Интересно, что за машина у моих преследователей? Если «Фиат», то можно с ними попрощаться. А кто вообще за мной гонится? Что за чепуха? Полиция? ШАБАК? Откуда они взялись? Их ли это почерк — стрельба из бесшумного оружия на шоссе?
Очевидно, меня не зря считали умным (или это бахвальство?). Я тут же выдал очень правдоподобную рабочую гипотезу: стражники собрались, поняли, что «Веред» у меня, решили немедленно срываться, и, для контроля, двое-трое из них поехали не в автобусе, а следом. Где и когда они меня засекли? Ну, после тех фокусов, что я вытворял на Чек-Посту, меня очень трудно было не засечь. А еще пуск ракеты… Теперь моя жизнь — это временное недоразумение.
Отставая поначалу, маленькая белая машина постепенно нагоняла нас. К сожалению, это был не «Фиат». Трудно что-то разобрать в свете фонарей, но, скорее всего это был 205-й «Пежо». Легкая машина с мощным двигателем. Учитывая, что ночью на незнакомой дороге я вряд ли поеду быстрее 140–150 километров в час, они от меня не отстанут.
Я стукнул Веред по плечу. Девочка могла проспать самое интересное.
— За нами гонятся, перелезай на заднее сидение.
Веред перелезла, одновременно пытаясь протереть глаза.