Последний хранитель
Шрифт:
Дворецки схватился за голову.
— А что, если это не сработает, Элфи? Что, если Артемис умрет навсегда?
Элфи повернулась и увидела, как взволнован был Дворецки. Он скрывался ото всех уже полгода, и, если Артемис не вернется, то он вечно будет винить себя.
«Если не сработает, то Дворецки уже никогда не вернется к нормальной жизни», — поняла она.
— Это сработает! — убеждала она. — Ну, хорошо, меньше слов, больше
— Клон может жить еще примерно пятнадцать минут без медицинской поддержки.
Дворецки знал, что время для возражений прошло. Он будет делать все, что необходимо для осуществления задуманного.
— Хорошо, Элфи, — сказал он, концентрируясь на представленной задаче. — Что мне делать?
Элфи присела на корточки в трех футах от клона, обхватив стебли цветов, и колючки вонзились в ее пальцы.
— Все уже сделано. Или он сейчас появится, или мы навсегда его потеряли.
«Мне кажется, мы потеряем частичку себя самих, если это произойдет», — подумал Дворецки.
Они ждали, но ничего необычного не происходило. Пели птицы, и издалека доносился звук работающего трактора. Элфи нервничала и от волнения вырывала розы с корнями. Пока она справлялась с беспокойством, взгляд Дворецки не сходил с лица клона. Телохранитель вспоминал времена, проведенные со своим патроном.
«Нет таких, как Артемис Фаул», — думал он. «Хотя он не делал мою работу проще своими проделками», — Дворецки улыбнулся. «Артемис всегда был под моей защитой, даже если находился далеко».
— Элфи, — тихо сказал он. — Он не возвращается…
Тут ветер изменил направление, и Дворецки внезапно почувствовал запах роз. Элфи вскочила на ноги.
«Что-то происходит. Сейчас что-то случится».
Порыв ветра сорвал несколько лепестков роз и унес их в воздух. Все больше и больше лепестков все быстрее отрывались от бутонов, и казалось, что ветер закручивает их в оранжевую спираль. Они как бабочки порхали и переливались на солнце, заполняя небо.
— Артемис! — позвал Дворецки. — Услышь меня…
Услышал ли он? Наступил ли величайший момент в жизни Артемиса Фаула?
Лепестки закручивались, издавая звук охающего хора, и внезапно рухнули на землю как камни. Клон не двигался.
— Артемис… — взмолилась Элфи. — Артемис, прошу тебя…
И ничего. Ни единого вздоха.
Дворецки, не тратя время на свою привычную манерность, отодвинул Элфи в сторону.
— Прошу прощения, капитан. Это
Он встал на колени перед бледным телом юноши и положил руку на его сердце, пытаясь прощупать его биение. Но его не было.
Тогда Дворецки наклонил голову клона назад, зажал ему нос и вдохнул в его легкие воздух самостоятельно.
Он почувствовал слабый удар сердца под его рукой.
Дворецки отпрянул назад.
— Элфи. Кажется… кажется, сработало.
Элфи подползла по ковру из лепестков.
— Артемис. Артемис, вернись.
Он сделал еще два вдоха, затем еще несколько, быстрых и судорожных, и глаза Артемиса открылись. Оба были синими.
— Спокойствие, только спокойствие, — сказала Элфи. — Теперь ты в безопасности.
Артемис нахмурился, пытаясь сфокусировать взгляд. Ясно было, что его способности еще не восстановились до конца, и он даже не мог вспомнить людей, окруживших его.
— Отойдите все, — пригрозил он. — Вы не знаете, с кем имеете дело.
Элфи взяла его за руку.
— Мы знаем, кто ты такой, Артемис. И ты нас знаешь. Постарайся вспомнить.
Артемис рылся в своей памяти, пока не всплыла одна мысль.
— В. вы, — нерешительно сказал он. — Вы мои друзья?
Элфи заплакала от облегчения.
— Да. Мы твои друзья. Теперь нам нужно поскорее отнести тебя домой, пока местные жители не пришли сюда поглазеть на недавно умершего наследника в сопровождении эльфа и кентавра.
Дворецки помог Артемису встать на ноги, на которых он еле держался.
— Ох, ну тогда залезай, — сказал Жеребкинс, поворачиваясь задом. — Но только сейчас и больше никогда.
Дворецки усадил Артемиса на спину кентавра, но продолжал поддерживать его рукой.
— Ты заставил нас здорово поволноваться, Арти, — начал он. А твои родители страшно расстроены. Они ждут не дождутся тебя увидеть.
Пока они шли по полю, Элфи указывала на места их былой славы, помогая юноше восстановить память.
— Расскажи мне, — голос Артемиса по-прежнему был слабым. — Откуда я вас знаю?
И Элфи начала свою историю:
— Все началось одним летом в город Хошимин. По человеческим меркам жара просто невыносимая. Не стоит и говорить, что Артемис Фаул ни за что на свете не согласился бы мириться с подобными неудобствами, если бы на карту не было поставлено нечто крайне важное. Важное для осуществления его плана…