Последний хранитель
Шрифт:
Фоули услышал ахи, сопровождавшие Батлера, где бы он ни появлялся в Хэвене, и оглянулся.
— Четверок с собой не притащил? — прошептал кентавр Артемису. Это была его обычная шутка на протяжении последних шести месяцев.
— Я вылечился, и тебе это хорошо известно, — ответил Артемис. — Что здесь происходит?
Холли расчистила себе местечко позади Трабла Келпа, который с годами начинал все больше походить на ее бывшего босса, командора Джулиуса Рута. Командор Келп настолько ревностно относился к своим обязанностям, что получил после выпуска из Академии имя
— У вас новая стрижка, командир, — заметила Холли. — Битрут сделал себе очень похожую.
Командор Келп не оторвал глаз от экрана. Холли подтрунивала потому, что нервничала, и Трабл знал об этом. У нее были причины нервничать. Впрочем, в той ситуации, которая разворачивалась перед ними, более подходящим чувством был бы, пожалуй, смертельный ужас.
— Взгляните на это шоу, капитан, — сурово сказал Келп. — Оно говорит само за себя.
На экране были три фигуры — стоящий на коленях пленник и двое захватчиков. Холли не сразу рассмотрела Опал Кобой, потому что искала пикси среди тех двоих, что стояли на ногах, и только потом поняла, что Опал — это пленница.
— Это трюк, — сказала Холли. — Просто трюк.
— Смотри и увидишь, — пожал плечами командор Келп.
Артемис подступил ближе к экрану, внимательно изучая картинку.
— Вы уверены, что это прямая передача?
— Передача прямая, — ответил Фоули. — Но они могут крутить для нас и запись.
— Откуда идет сигнал?
Фоули взглянул на карту на своем собственном экране. Линия сигнала тянулась от эльфийского спутника вниз к Южной Африке, оттуда на Майами, а затем разбегалась в сотне других направлений, начиная напоминать небрежные каракули ребенка.
— Они захватили спутник и подали сигнал через сеть отражателей. Он может идти откуда угодно.
— Солнце высоко, — стал размышлять вслух Артемис. — По направлению теней я сказал бы, что действие происходит около полудня. Если это действительно прямая передача.
— Превосходно, это сужает район поисков всего до четверти планеты, — саркастически заметил Фоули.
Гул голосов в зале усилился, когда на экране один из коренастых гномов, стоявших позади Опал, поднял человеческий автомат — это хромированное оружие в его тонких пальчиках казалось огромной пушкой.
Показалось, что в Оперативном зале резко похолодало.
— Мне нужна тишина, — сказал Артемис. — Попросите всех выйти.
В другой ситуации Трабл Келп ответил бы, что у Артемиса нет прав здесь командовать, и, наверное, даже позвал бы в зал еще больше сотрудников, но сегодня был не тот день.
— Все вон, — рявкнул он собравшимся в зале офицерам. — Холли, Фоули и Гадкий мальчишка остаются.
— Полагаю, что я тоже останусь, — сказал Батлер, отводя ладонью от своей головы свисающую с потолка лампу.
Никто не возразил.
Обычно, когда им предлагали убираться вон, офицеры
Фоули закрыл за ними дверь своим копытом, а затем затемнил окно, чтобы ничто снаружи не рассеивало внимание. Оставшаяся четверка собралась полукругом перед экраном, наблюдая за тем, что должно было выглядеть как последние минуты жизни Опал Кобой. Во всяком случае, одной из Опал Кобой.
На экране были два гнома в закрывающих лица, непроницаемых для ультрафиолетовых лучей масках, которые можно было запрограммировать так, чтобы они напоминали кого угодно. В данный момент маски изображали Пипа и Кипа, двух котят из популярного мультфильма, который часто крутили по ПТВ, однако тела выдавали в них гномов — с крепкими бочкообразными торсами и накачанными предплечьями. Они располагались перед ничем не примечательной серой стеной, склонившись над маленькой пикси, стоявшей на коленях в чем-то вроде залитой грязью колеи — вода касалась ее ног, пачкая изящный спортивный костюм.
Запястья Опал были связаны, рот заклеен лентой, а сама пикси выглядела ужасно испуганной.
Гном с автоматом заговорил сквозь маску голосом котенка Пипа.
— Объясняю популярно, — мультяшно промяукал он, отчего его слова прозвучали еще более зловеще. — Мы захватили одну из Опал, вы держите у себя вторую. Вы отпускаете свою Опал, и тогда мы не убиваем эту. У вас на все было двадцать минут, теперь осталось пятнадцать.
И котенок Пип взвел курок своего автомата.
Батлер осторожно прикоснулся к плечу Холли.
— Я правильно понял?..
— Да. Пятнадцать минут, или Опал умрет.
Батлер вставил в ухо наушник переводчика. Было очень важно не пропустить ни одной детали.
Трабл Келп был настроен скептически.
— Что это за сделка? Отдайте нам террористку или мы убьем террористку?
— Мы не можем допустить, чтобы кого-то убили прямо на наших глазах, — сказала Холли.
— Конечно нет, — согласился Фоули. — Мы же не люди.
Артемис прокашлялся.
— Прости, Артемис, — сказал кентавр. — Но вы, люди, ужасно кровожадное племя. Да, иногда среди нас встречаются свихнувшиеся на власти пикси, но в большинстве своем мы народец миролюбивый. Может, именно поэтому мы и живем здесь, под землей.
Трабл Келп сердито рыкнул — один из его излюбленных приемов, который действовал практически безотказно, особенно на созданий ростом меньше метра, включая ботинки на высоких каблуках. Однако и сейчас это прозвучало достаточно убедительно, чтобы прекратить болтовню.
— Внимание, народ, — сказал он. — Принять решение нужно немедленно. При любых обстоятельствах мы не можем отпустить свою Опал Кобой, но мы не можем также стоять в сторонке и смотреть, как убьют ее второе «я».
На краю экрана появилась компьютерная распечатка — досье на Кобой, на тот случай, если кому-то требовалось освежить свою память.