Последний крестоносец

Мэрфи Уоррен

— А как насчет крестоносцев, которые погибли на первом корабле?

— Смерть Ламара Бу, хотя и от руки иранцев, но все же произошла на территории церкви Слаггарда, так что их можно привлечь к ответственности. Полагаю, семье мальчика будет выплачена значительная компенсация. Что касается остальных, то Иран не торопится выдавать их тела. Боюсь, они будут числиться в списках пропавших без вести, пока не будут закончены все судебные процессы,

которые в скором времени будут возбуждены против организации Слаггарда. Учитывая особенности нашей судебной системы, в Иране к тому времени, возможно, уже установится дружественный режим.

— Всегда любил счастливые концовки, — с кислой улыбкой заметил Римо. — Кстати, я давно хотел у вас спросить. Как вам удалось расколоть того террориста в штаб-квартире ФБР?

Смит опустил глаза.

— Ничего особенного, — проговорил он, явно чувствуя себя не в своей тарелке.

— Смитти! Да вы смутились! Ну-ка, послушаем, послушаем.

Смит прокашлялся.

— Как вам, наверное, известно, добиться успеха на допросе можно за три дня. В тот момент мы этим временем не располагали. И тогда я применил метод, которым пользовался еще в военной разведке, когда нужно было получить некоторые сведения от человека, выдавшего нацистам несколько еврейских семей.

— Продолжайте же, я весь внимание.

— Ну, я с ним побеседовал.

— Побеседовали?

— Да, спокойно и собранно. Я не стал обвинять допрашиваемого и читать ему мораль. Вместо этого я рассказал ему о людях, которые погибли в результате его поступка, поведал самые разнообразные сведения о их жизни, показывал фотографии. Я говорил о горе, которое обрушилось на родных и близких этих людей. Одним словом, в результате вместо безликих жертв перед допрашиваемым предстают живые люди. Тот террорист сломался, когда я положил перед ним фотографию убитой им семилетней девочки и прочел ее сочинение на тему «Кем я хочу стать, когда вырасту». Там говорилось, как она станет медсестрой и положит конец страданиям, царящим на земле. Этого он не смог выдержать.

— Зная вас, Смитти, можно предположить, что вы просто надоели ему до смерти. Но как бы то ни было, результат все равно потрясающий. Поздравляю вас.

— Гм... Спасибо.

В этот момент в комнату вошел Мастер Синанджу.

— Приветствую вас, о Император Смит, — сдержанно поздоровался он. Чиун все еще не простил Смита за прегрешения, ущемившие его самолюбие. — Мой сын уже донес до вас печальную весть?

— Да, Мастер

Чиун. Вы выбрали самое подходящее время — я как раз получил ваши сундуки.

— Хорошо. Мы забрали их с яхты Слаггарда перед тем, как отправиться в Перс... в Иран. Я специально предупредил почтового служащего, что он отвечает за их сохранность головой. Так что, все четырнадцать прибыли на место?

— Все четырнадцать.

— И ни одного поломанного замка?

— Судя по всему, сундуки в отличном состоянии.

— Ну что ж, если это так, — радостно сказал Римо, — пора выходить.

— У вас есть где остановиться? — спросил Смит.

— Мы с Чиуном подумываем о том, чтобы приобрести дом.

— Я, конечно, не могу вам препятствовать, но считаю своим долгом предупредить, что постоянное место жительства чревато осложнениями. Я имею в виду: с точки зрения секретности.

— Плевать на предосторожности. Мы покупаем дом, обнесенный белым заборчиком. И, возможно, с садом.

— В котором будут расти дыни, — добавил Чиун.

— Сообщите мне, как только оформите все бумаги, — попросил Смит.

— Не беспокойтесь, Смитти, мы же все равно вышлем вам чек. Ты идешь, Чиун?

— Одну минутку, Римо. Я должен побеседовать с Императором. Будь любезен, проверь пока, все ли в порядке с моими сундуками.

— Понял, — ответил Римо, сбегая по лестнице.

— По-моему, он очень доволен, — тихо заметил Смит.

— Это пройдет. Хорошее настроение у Римо длится не дольше, чем снегопад в апреле.

— Это как-то связано с его недавним религиозным перерождением?

— Нет, религиозные чувства у Римо так же преходящи, как и настроение. Не знаю, что вызвало у него ностальгию по праведному образу жизни, но лживые проповеди преподобного Слаггарда быстро заставили эти мысли улетучиться.

— Возможно, так действительно будет лучше. При нашей работе времени на религиозные размышления не остается.

— Кроме того, я раскрыл ему тайну религии Синанджу! — с гордостью сообщил Чиун. — Все остатки прошлых верований, имена богов и предрассудки исчезли из памяти моего ученика навсегда.

В это время в дверях показалась голова Римо.

— Эй, Чиун, из-за чего задержка? Иисус, Мария и Иосиф. Пошевеливайся, ладно?

— Но в конце концов, — мрачно заметил Чиун, — чего можно ждать от человека, который первые двадцать лет своей жизни провел в когтях Римской католической церкви?