Последний путь
Шрифт:
– Такой тяжелый что ли? – я покрепче укутался в плед. Было и правда зябко.
– Очень смешно. Ты вообще-то минут двадцать мертвый пролежал. Это, знаешь ли, не так просто. И где твоя благодарность? Вернулся ради тебя назад, время потерял. Заночевать пришлось прямо на тракте.
Я с удивлением вылупил на него свои глаза.
– Мертвый…? – робко произнес я. Холодок пробежал по моей спине.
– А какой же еще, уже синеть начал, когда я подоспел. Тебе аорту какой-то зверь перегрыз, кровь быстро потерял.
В голове наконец
– Да, это чертова крыса, – заскрежетал я зубами. Затем ощупал свою шею и запястье, на них не было и намека на недавние увечья.
– Тебя что крыса уделала? Да ладно? – он начал ржать во весь голос.
– Она вообще-то метр в холке была!
– Ну а какая же еще! Но я впервые слышу, чтобы они нападали на путников. Это же вполне разумные твари. И обитают здесь испокон веков, лес потому и называется «Крысий», что здесь их очень много.
Я почесал затылок и сел повыше.
– Да я сначала ей на хвост наступил, а потом еще и отпрыска раздавил. Вот и получил возмездие.
– Да уж. Забавный ты парень, Эфириус! Но везунчик, я тебе скажу, еще тот. Где камень душ-то достал?
– Чего-чего?
– Ты и этого не знаешь? Ты откуда взялся-то? – настороженно спросил Даррос.
Не особо хотелось ему говорить, что я недавно прибыл из тюрьмы, но врать почему-то тем более. Мой спаситель вызывал на каком-то подсознательном уровне уважение и веру. Я чувствовал, что это светлый человек. И не только потому, что он меня спас.
– Да я только освободился. Двадцать лет меня не было, – быстро сказал я и сменил тему, – Это благодаря этому камню ты меня «поднял»?
– Хм, двадцать лет. Ну ладно, – Даррос стал более серьезным, – Ага! Я почувствовал возмущения в мане. Твоя душа так пела, что трудно было не услышать. Кристалл спас ее, теперь он навечно связан с тобой.
Он встал и подбросил несколько небольших веток в костер.
– И часто ты так воскрешаешь незнакомцев? – спросил я.
– Опять шутишь? Первый раз, кристаллы – штука редкая. Знал бы кто, что он у тебя есть до того, как он привязался, тебе бы голову открутили на первом же повороте.
Внезапно я вспомнил про голого бедолагу на опушке.
– Ясно. А тебя никакая больше душа не зовет? Там на поляне еще труп лежит. Может и его воскресишь?
– Нет, с меня достаточно. Я исчерпал свои силы на тебе. Да и повторюсь, кристалл душ вещь редкая, – он нахмурился и посмотрел мне в глаза, – Того в кустах ты порешил?
– Я? Нет! – я понял, что Дарроса очень волнует факт моего недавнего освобождения, – Даррос, я не убийца. Меня только вызволили, но я вообще ничего не помню. Даже не знаю за что сидел. Память играет со мной злые шутки.
Латник задумался, но потом на его лице появилась опять улыбка.
– Вообще душа у тебя чистая, я сразу подумал, что не мог ошибиться. Нас светлые сущности еще в детстве учат определять.
– Нас это кого?
– Паладинов. Ты по звезде что ли не понял? – он показал на
– Да я ж говорю, память у меня отшибло. Не помню я ничего, – в сердцах ответил я. Паладин попался хоть и добрый, но явно какой-то туповатый.
– Не кипятись. Не часто таких как ты встречаешь. Ты тогда спрашивай, если чего надо. Чем могу – помогу.
Вообще были вопросы, которые меня действительно волновали.
– Расскажи про магию. Что за мана? Как научиться колдовать?
– Не думал, что когда-нибудь буду это объяснять, – он усмехнулся, – Обычно этим занимаются менторы. Но да ладно. Вообще это одновременно и просто и сложно. Ману каждый чувствует по-разному. Она пронизывает все вокруг, но кто-то ее черпает из земли, а кто-то из воздуха. Вообще из всех стихий, – он открыл свою дорожную сумку и достал небольшую флягу и отпил из неё. Затем продолжил, – Я, например, ману черпаю из земли. Для меня это проще всего. Закрываю глаза и вижу, как ее нити переплетаются и пульсируют вокруг. Маны много, она везде. Но чтобы пользоваться ей, нужно уметь управляться со своим вторым телом. Способности к этому у всех разные. Мы паладины в этом не сильно способны, но пару фокусов показать можем.
– Что за фокусы? Второе тело? – у меня было очень много вопросов!
– Погоди ты, не торопись, – он кинул еще одну ветку в костер и тот довольно затрещал, – Как минимум исцелить или ослепить. В остальных случаях я лучше вмажу молотом. Воскрешение – магия сложная, так как требует очень большой концентрации и гармонии со вторым телом. Управляя им, сильно устаешь и истощаешься на физическом уровне. Сейчас мне и молоток не поднять.
– Да я его в любой момент не подниму.
Он засмеялся.
– Что-то мне нравится в тебе, Эфириус. Но не знаю что. Хочешь научу тебя простейшему заклинанию исцеления? Вдруг ты окажешься способным учеником?
– Хочу! – выпалил я, – И свитки заклинаний читать тоже.
– О-у, о них ты знаешь, выходит. Ну, с ними учить особо нечему, вся мана закладывается в свиток при создании. Потому они и стоят так дорого, так как их может применить любой. А для сотворения обычного заклинания, хочешь не хочешь, тебе придется научиться черпать магическую энергию. Иначе даже простейший свет не освоишь.
Следующие несколько часов Даррос безуспешно пытался мне объяснить, как найти второе тело, и как зачерпнуть маны хотя бы на примитивные чары исцеления. Но ученик ему попался явно тугой, так что в результате я смог сотворить только секундную искорку. Но даже этому незначительному достижению я был очень рад. Ощущать второе тело было очень странно и непривычно. Казалось, что многое надо было додумывать самому. Но факт в том, что это работало! Даррос говорил, что, как и в любом деле нужен не только талант, но и банальная практика. Так что я твердо для себя решил, что буду теперь заниматься каждый день.