Последний рейд
Шрифт:
Уже сбегая по ступеням, ведущим к площадке лифтов, Генри понял, что эта затея обречена на провал. Блокировать здание полностью он не мог. Так же как не мог полностью его прочесать. Свой армейский сканер он оставил в доме, надеясь, что ему не придётся в очередной раз определять следы и отпечатки.
Вздохнув, он остановился и, выругавшись для облегчения души, двинулся обратно. Выйдя на крышу, Генри прошёл по периметру, ища место, откуда был произведён запуск ракеты.
Подойдя к переносной установке с выносной камерой наведения, Генри внимательно осмотрел её и, убедившись, что
Повинуясь его команде, девушка подняла глидер на сотню метров над крышей и медленно облетала её по периметру. Заметив знак, глидер стремительно опустился на крышу. Усевшись в салон, Генри убрал пистолет и, повернувшись к девушке, тихо спросил:
– Ну как ты?
– Не знаю, – честно ответила Натали, – ещё не поняла.
– Тогда полетели отсюда. Не стоит тут торчать, – сказал Генри, внимательно осматривая соседние крыши.
Кивнув, Натали подняла глидер в воздух и, аккуратно вернувшись на магистраль, направила машину в сторону дома. Связавшись по коммуникатору с группой сопровождения, Генри велел им бросать поиски и догонять.
Всю дорогу до дома, Генри молчал, только иногда поглядывая на девушку странным взглядом. Натали держалась. Чего ей это стоило, он понял, заметив судорожно сжавшиеся на штурвале руки.
Не выдержав молчания, Натали переключила глидер на автопилот и, повернувшись к Генри, спросила:
– Что ты на меня так смотришь?
– Пытаюсь решить, что нам делать дальше. Объявить тебя погибшей или посмеяться над убийцами и ожидать нового нападения.
– А сам ты как считаешь?
– Не знаю, – честно признался Генри. – Чтобы объявить тебя умершей, нужно иметь убежище, где тебя точно не найдут. Это означает, что тебе придётся сидеть там безвылазно. Провоцировать их на новое покушение я не могу и не хочу.
– Почему?
– Если они взялись за тяжёлое вооружение, значит, уже не остановятся.
– Но я не могу сидеть, сложа руки. У меня есть дела. Да я там со скуки с ума сойду! – добавила она, зябко передёрнув плечами.
– Лучше сойти с ума от скуки, но остаться живой, чем сгореть во взрыве ракеты, – мрачно ответил Генри. – Хотя можно и ускорить события, – сказал он, ненадолго задумавшись.
– Каким образом? – насторожилась Натали.
– Я спрячу тебя, объявив всем, что ты жива. Но место твоего нахождения известно только мне. Они так сильно желают избавиться от тебя, что, не задумываясь, заявятся за ответом ко мне. Ну а дальше дело техники.
– А чем это может тебе грозить?
– Не думаю, что они будут придумывать колесо, – пожал плечами Генри. – Им нужна ты. Информация. Значит, они попытаются выбить её из меня. А сделать это далеко не просто.
– Ты так уверен, что им это не удастся?
– Понимаешь, у меня есть блокировка от всех видов химических соединений, применяемых при допросах. От так называемой сыворотки правды. Даже если они рискнут применить пытки, толку не будет. Терпеть я умею. Но самое главное, им нужно захватить меня живым, а мне это не нужно. Единственный, кому я готов сохранить жизнь, это главарь.
– Почему? – удивилась Натали.
– Это единственный
– План хороший, – вздохнула девушка, – но я не могу позволить тебе рисковать из-за меня.
– Чушь! – фыркнул он. – Я с самого начала шёл на риск, соглашаясь на эту работу. Мне приходилось рисковать всё время. Пока служил. Немного риска теперь мне не повредит.
– Ну если так уверен, то, наверное, стоит попробовать, – осторожно ответила Натали.
– Отлично! – воскликнул сразу повеселевший Генри. – Главное, сиди тихо и без моей команды не пытайся высунуться. Если, конечно, хочешь жить.
– И где ты намерен меня спрятать?
– А вот это самый главный вопрос, – ответил Генри, задумчиво потирая шрам на щеке. – Пожалуй, самое безопасное место на яхте. Нужно проверить, может ли она выйти на орбиту? Если да, то это самый лучший вариант.
– А если нет?
– Придётся придумывать что-то ещё.
– Может, стоит попросить помощи в штаб-квартире?
– Я сделаю это. Но только когда ты будешь далеко. Пока я никому там не верю.
– Почему?
– Уже забыла, что стало с твоим лимузином? А ведь маршрут движения не знал практически никто.
– Ну здесь всё просто. Мимо штаб-квартиры идёт только одна магистраль, и чтобы вернуться в центр города, нужно выехать на неё.
– Я это заметил. Как заметил и то, что ракету наводили при помощи радара. Вручную. Это значит, что стрелок точно знал, в какую машину ему нужно попасть.
– То есть получается, что информацию они получили в последний момент?
– Именно! Разворачивайся, – неожиданно скомандовал Генри.
– Куда? – растерялась Натали.
– В космопорт. К яхте. Сделаем всё быстро, пока они не оправились.
Покорно развернув глидер, Натали направила машину по указанному адресу. Подъехав к самому борту яхты, Генри оставил девушку сидеть в машине, а сам направился на борт.
Быстро переговорив с капитаном, он приказал открыть грузовой шлюз и, загнав глидер в яхту, вышел на улицу. Пересев в одну из машин сопровождения, Генри облегчённо вздохнул, и велел водителю отвезти его в штаб-квартиру.
Первым, кто встретил его на пороге, был начальник охраны. Спокойный, сдержанный Вильямс нервно сжимал в пальцах нож для резки бумаги, периодически перехватывая его боевым захватом.
Усмехнувшись про себя, Генри подошёл к нему вплотную и тихо сказал:
– Мы можем где-то поговорить?
Молча кивнув, Вильямс развернулся и двинулся по коридору. Войдя в кабинет, он откинул кусок столешницы, под которой оказалась панель управления, и, щёлкнув несколькими переключателями, удовлетворённо кивнул.
– Порядок. Теперь вы можете говорить спокойно. Это мой личный кабинет, и я проверяю его каждые два часа. Клопов нет.
– Это радует. Итак, первое. Она жива. Второе, кто-то здесь работает на них. Не спрашивайте, на кого, не знаю, но информацию они получили сразу, как только мы выехали со стоянки. Третье, мне нужен глидер. Требования вы знаете. Четвёртое, где она, знаю только я. Пятое, завтра пришлёте к дому лимузин с автопилотом. Жертвы мне больше не нужны. Это всё. Вопросы?