Последний вальс
Шрифт:
И как только в стене образовалась такая брешь, организованный бой превратился в шумную потасовку с криками и смехом. Теперь играющие просто наскоро лепили снежки и бросали их куда попало, потому что очень немногие могли вспомнить, кто именно состоит в отряде «неприятеля». Виконт Латрелл бросился к графине и картинно защитил ее собственным телом, вступив в импровизированный бой с Сэмюелем Редуэем и размахивая воображаемым мечом. Джорди Стюарт рухнул в снег, сраженный снежком, и притворно застонал, пытаясь закрыться от шквала «огня», который обрушили на него Тесс, сыновья Лангана и Элис Кеннадайн. Джереми Милчип
У Джерарда, отражающего атаки сразу с нескольких флангов и одновременно с этим наносящего ответные удары, совсем не было времени, чтобы смотреть по сторонам. И все же от него не ускользнула произошедшая с Кристиной перемена. А ведь еще за завтраком она была прежней — привычное серое платье и гладко зачесанные назад волосы, заплетенные в косы и уложенные в строгий пучок. Она по-прежнему была в сером, но от уныния не осталось и следа. Графиня энергично сражалась с врагом, заливаясь смехом. Ее щеки и нос покраснели от мороза, а в глазах плескалось веселье.
Как разительно отличалась она от той женщины, что встречала его в гостиной Торнвуда всего две недели назад, — мрачной, суровой и лишенной жизни. Возможно, для Джерарда было бы лучше, если бы она и осталась такой. Он никак не мог отделаться от воспоминаний о прошлом вечере, проведенном в уютном тепле хижины Пинки. Кристина так и стояла у него перед глазами — обнаженная, с горящими от страсти глазами и опухшими от поцелуев губами.
— О черт! — разочарованно воскликнул граф, когда огромный снежок ударил его по носу и залепил все лицо. Вот что значит потерять бдительность, предавшись воспоминаниям. Быстро отчистив лицо от снега, он огляделся по сторонам в поисках обидчика. Прямо напротив него торжествующе смеялась Кристина. Зарычав, граф двинулся на нее. Попятившись назад, графиня упала вместе с Джерардом в глубокий пушистый снег. Она рассмеялась, когда он заглянул ей в лицо.
— Это нечестно! — произнесла Кристина. — Снежки кидать разрешено, а вот применять силу — нет.
— А кто здесь устанавливает правила? — с улыбкой спросил граф. — Неужели я должен постоянно напоминать об этом?
В этот же момент ее смех, равно как и его улыбка, растаяли. А Джерард думал лишь о том, что вновь вдыхает аромат лаванды. Губы Кристины приоткрылись, и ее взгляд коснулся его губ. Но они были не одни. Их окружали друзья и родственники. Перенеся вес тела на одну руку, он неожиданно перевернул Кристину, ткнул ее лицом прямо в снег, а руки скрутил за спиной.
— Хо-хо! — завопил он. — Требую, чтобы войска графини сдались. Иначе я заставлю ее есть снег на протяжении всего утра.
Джерард услышал, как Кристина вновь засмеялась.
— Ну и ну, — протянул виконт Латрелл, изящно взмахнув воображаемым мечом над лежащими на снегу графом
— Готов побиться об заклад, — произнес Джон Кеннадайн, — что я со своими детьми слеплю снеговика лучше, чем любые трое из здесь присутствующих. Ну, скажем, за час.
— Пари? — Виконт резко развернулся. — А каков приз?
— Победителя первым угостят горячим шоколадом и пирожками, — предложил граф, поднимаясь на ноги и протягивая руку Кристине.
— Принято, — произнес виконт Латрелл. — Миледи? — Он изысканно поклонился графине, пытающейся стряхнуть с мантильи снег залепленными снегом перчатками. — Мне кажется, вы знаете, как лепить снеговиков. Не желаете ко мне присоединиться? А вы, мисс Кэмпбелл? У тебя нет шансов, Джон.
Граф взял в свою команду Рейчел и Лиззи Гейнор, Джорди Стюарт — Тесс и младшего сына Ланганов — старший помогал родителям. Джереми, Фредерик и Маргарет тоже приняли вызов. Ральф Милчип провозгласил себя судьей. Остальные ходили вокруг, раздавая советы и подбадривая соревнующихся. Клара Редуэй и Сюзан Гейнор отправились на кухню за морковками и углем.
Через час Милчип торжественно объявил об окончании состязания и принялся расхаживать от снеговика к снеговику, заложив за спину руки, сосредоточенно сдвинув брови и поджав губы. Забавно было в этот момент видеть детей, с тревогой наблюдавших за выражением лица «судьи». И как, интересно, поступит Ральф, чтобы не разочаровать их? Рейчел подошла ближе. Поля ее шляпки почти касались рукава графа. Обняв девочку за плечи, граф улыбнулся. Она отдала работе всю себя и теперь ужасно хотела выиграть.
— М-да, — произнес наконец судья, — решение принять непросто. Очень непросто. — Он покачал головой. — Но принять его все же необходимо. Итак, приз присуждается Кеннадайнам за самого крепкого и толстого снеговика.
Джон рассмеялся, Элис подпрыгнула от радости, а маленький Джонатан принялся сосать палец своей варежки. На лицах же остальных детей отразилось безутешное горе. Кто-то из взрослых зааплодировал, кто-то принялся язвить, но Ральф поднял руки вверх, требуя тишины.
— Команду графини Уонстед я награждаю за самого высокого снеговика, — произнес он, — леди Маргарет — за снеговика, чья голова падала чаще, чем у кого бы то ни было, мистера Стюарта — за снеговика с самой широкой улыбкой, лорда Лангана — за то, что у его снеговика в отличие от всех остальных есть руки, одна из которых, правда, уже отвалилась, а графа Уонстеда — за то, что работал усерднее остальных и слепил самого большого снеговика.
Просияв, Рейчел взглянула на его сиятельство, и граф подмигнул в ответ. А подумал ли Ральф о том, как будет награждать победителей?
Судья вновь поднял обе руки, призывая к тишине, и доказал, что не зря занимает им же самим выбранный пост.
— Теперь что касается приза, — произнес он и, эффектно выдержав паузу, обвел взглядом присутствующих. — Первую чашку шоколада с пирогом получит тот, кто первым добежит до дома. — С этими словами он развернулся и опрометью бросился к входу, хохоча словно ненормальный и оставляя за собой облако снега.
— У нас самый большой снеговик, и работала я усерднее всех, — со всей серьезностью произнесла Рейчел.