Последняя надежда
Шрифт:
— Уж так и быть, приму это за комплимент, — заявил Гюс, решительно отбрасывая назад длинные каштановые волосы, — и постараюсь забыть, какой тесный воротник у этой рубашки…
— Может, расслабишь галстук, чтобы не так сильно смахивать на удавленника? — поддела его Окса, разглядывая приятеля.
Обменявшись столь ценными замечаниями, друзья подобрали брошенные на тротуар в запарке встречи рюкзаки и двинулись к колледжу, беседуя между собой.
— Ну, и как ты? — жизнерадостно поинтересовался Гюс. — Мы ж целую неделю не виделись!
—
— Мне тоже… Все никак не осознаю, что мы в Лондоне, мы так быстро уехали! Местечко просто офигенное, сплошная экзотика, я бы сказал. Словно мы проехали тысячи километров и попали на другой конец мира…
Как только его старый друг Павел Поллок заговорил о своем проекте, Пьер Белланже, отец Гюса, охотно к нему присоединился, и вскоре они собирались открыть тот самый французский ресторан, о котором столько мечтали.
Семейство Белланже первым пересекло Ла-Манш и несколькими днями раньше поселилось рядом с китайским кварталом, неподалеку от жилища Поллоков.
— Надеюсь, мы окажемся в одном классе! — нахмурился Гюс.
— Ты меня удивляешь… — ответила Окса. — Если нет, я такой скандал закачу! Или еще лучше истерику, вот! Буду кататься по земле, с пеной изо рта и выпученными глазами, и кусать за щиколотки всех, кто приблизится…
— Кто бы сомневался! — воскликнул Гюс. — Вижу, что, несмотря на форму, ты все та же. Ну, то есть, не стала занудой…
При этих словах Окса с воплем набросилась на него.
— Неблагодарный! И это после всего, что я для тебя сделала! — она начала тряси его изо всех сил.
— А ты просто фурия! — давясь смехом, ответил Гюс. — Бешеная и необузданная!
— Ну, с этим я ничего не могу поделать, — словно покорившись судьбе, пожала плечами Окса. — Поллоки, как ты знаешь, очень эмоциональные по природе. Сказывается влияние русской крови… Ладно, скажем так, я попридержу свое решение закатать скандал или истерику. Просто я очень хочу, чтобы мы оказались в одном классе. Ну, пусть так и будет, пожалуйста!
4. Колледж Святого Проксима
Тяжелые створки огромных ворот были открыты. Под великолепным каменным сводом прохода, ведшего на выложенный брусчаткой двор, стояли двое охранников в котелках, приветствуя учащихся и их родителей.
Гюс и Окса нерешительно миновали ворота. На них тут же обратились множество взоров. Группа девочек не сводила глаз с Гюса, шушукаясь и пихая друг друга локтями. Окса в очередной раз невольно отметила, что там, где появлялся ее друг, все девицы мгновенно прекращали разговоры и оборачивались, уставившись на него во все глаза.
Смущенный
Они с Оксой двинулись вперед, без малейшего желания покинув своих домочадцев в компании других родителей, столпившихся в конце двора.
— Просто супер… Дурында уже тут… — достаточно громко пробормотал кто-то из учеников, чтобы Окса и Гюс его услышали.
— Кто?! — повернулась к нему Окса.
Светловолосый кудрявый мальчик, произнесший эти слова, внимательно посмотрел на нее своими большими карими глазами.
— Привет! Я Мерлин Пуакассе, — представился он, церемонно протягивая девочке руку. — Вы новенькие?
— Да, — машинально пожала предложенную руку Окса, — мы переехали совсем недавно. Я — Окса Поллок.
— Я — Гюстав Белланже. Но можно просто Гюс.
— Хорошо, пусть будет Гюс! Вон она, Дурында, — Мерлин легонько качнул подбородком в сторону поразительно крупной девицы со злыми глазами. — На самом деле ее имя Хильда Ришар, и могу вам сказать, что у каждого, кто с ней пообщался, вблизи или на расстоянии, остались незабываемые впечатления.
— Какого рода? — поинтересовалась Окса.
Мерлин тяжело вздохнул.
— Вроде полученных оскорблений, синяков, подзатыльников, ну и все в таком роде. Что поделаешь, такова жизнь… Добро пожаловать в колледж Святого Проксима!
— Предупреждаю сразу, Гюс, — стиснув зубы, прошипела Окса, — если тебя не будет в моем классе, а я еще к тому же окажусь в одном классе с этой девицей, клянусь, что закачу такой скандал, что никому мало не покажется…
— О, сейчас начнется перекличка! — воскликнул Мерлин, внезапно оживившись. — Давайте подойдем поближе!
На маленькой трибуне в сопровождении всего преподавательского состава колледжа Св. Проксима появился его директор, Люсьен Бонтанпи, и принялся тихонько постукивать по микрофону. Толстенький и круглолицый, он напоминал клоуна-неваляшку, а зеленый галстук и оранжевый платочек в верхнем кармане пиджака только усиливали это впечатление. Но едва директор начал свою маленькую приветственную речь, все присутствующие мгновенно поняли, что его тон, твердый и авторитетный, абсолютно не соответствует его столь беспечному облику.
— А теперь приступим к тому, что вы все так ждете: к формированию классов. В соответствии со сложившимся обычаем, каждый учебный год во французском колледже Лондона, на каждом уровне формируются по три класса в соответствии с тремя химическими элементами: Ртуть, Водород и Углерод. Начнем перекличку с самых маленьких, с шестых классов.
Дальше последовало перечисление фамилий. Постепенно у подножия трибуны начали формироваться группы учеников. В конце второго листа длинного списка голос месье Бонтанпи неожиданно дрогнул: