Последняя обойма

СССР; Куйбышевская область, город Сызрань СССР; Москва – ДРА; Кабул

Дверь шумно распахнулась, впустив в помещение небольшого цветочного магазинчика волну морозного воздуха.

– Ой, скорее закрывайте! – заволновалась молоденькая продавщица.

Через порог вальяжно переступил начальник патруля – щеголеватый старший лейтенант в начищенных хромовых сапогах и шинели, перетянутой портупеей. Два

рядовых патрульных проскользнули следом и остановились у двери.

– Кажется, в ваше благоухающее царство только что проник курсант. Или мне показалось? – криво улыбнулся офицер, отчего тонкие усики над бледными губами разъехались в стороны.

– Курсант? – переспросила девушка, пристроив в угол швабру, которой протирала линолеумный пол. – Нет, курсанты сегодня цветы не покупали. Сегодня же будний день – увольнений нет.

Начальник патруля обвел помещение взглядом. Двадцатиметровый торговый зал был плотно заставлен белыми вместительными вазами, из которых торчали розы различных сортов и расцветок, а также гвоздики, герберы и лилии. В углу имелся закуток для продавца с витриной, стульчиком, столом и кассовым аппаратом.

– В том-то и дело, что увольнений нет, а некоторым юным наглецам на это наплевать, – процедил старлей. Кивнув на дверь, поинтересовался: – А там у вас что?

– Подсобные помещения.

Молодцеватого офицера ответ не устроил.

Продавщице пришлось уточнить:

– Умывальник, туалет и маленький склад с холодильником.

– Можно взглянуть?

– Пожалуйста, – сказала девушка и повела плечиком так, будто от незваных гостей пахнуло чем-то неприятным.

Сделав несколько шагов, офицер открыл дверь и прошелся по короткому коридорчику, поочередно проверяя все смежные с торговым залом помещения. Ни курсанта, ни мокрых следов от его яловых сапог здесь не было.

Возвратившись в зал, начальник патруля вдруг заметил в углу позади продавщицы что-то накрытое стеганым одеялом и куцым женским пальтишком. Это «что-то» очень походило на человека, стоявшего на коленях и приникшего лбом к полу.

– А это что? – остановился старший лейтенант.

Девушка в недоумении оглянулась.

– А-а… это рассада, – вспомнила она. – Несколько дней назад высадили в грунт семена цветов. Теперь до всхода они должны постоянно находиться в тепле.

Потоптавшись, офицер направился к выходу. Рядовые патрульные поспешили за ним.

Девушка с полминуты нарезала большие прямоугольники из прозрачного упаковочного материала. Затем выпорхнула из-за прилавка, приоткрыла входную дверь и осторожно выглянула наружу.

Вернувшись, тронула прикрытую «цветочную рассаду»:

– Они ушли.

«Рассада» зашевелилась. Из-под стеганого одеяла показалась коротко стриженная голова юноши:

– Точно?

– Я только что посмотрела – ушли по улице Чапаева в сторону Крытого рынка.

– Тогда мне нужно возвращаться в училище. Большое спасибо за предоставленное убежище. Если бы не ты…

– Да ладно, чего там, – смутилась девушка, заново укрывая стоявшие у стенки горшки с

грунтом.

Она проводила курсанта до двери. Прежде чем исчезнуть в темноте зимнего вечера, он легонько пожал ее прохладную руку и спросил:

– Тебя как зовут?

– Оксана.

– А меня Андрей. Можно я зайду в твой магазин в увольнении?

– Заходи, магазин открыт для всех, – она опустила голову, чтобы молодой человек не заметил, как ее щеки покрылись румянцем.

– До встречи! – И он толкнул дверь.

Припомнив знакомство со своей будущей супругой, Андрей Воронов не смог сдержать счастливую улыбку. Он сидел в кресле «Ил-62», принадлежавшего Министерству обороны. Самолет летел по маршруту Москва – Кабул, перевозя большую группу офицеров Генерального штаба и ГлавПУРа. Очередная толпа проверяющих. Пару недель они пошатаются по частям в Кабуле, заработают чеки, прикупят шмотки и вернутся домой, бравируя перед коллегами участием в боевых действиях.

Глянув на проплывавшие за бортом облака, Воронов откинулся на подголовник кресла и, закрыв глаза, опять погрузился в воспоминания…

Как же все складно тогда получилось: самовольная отлучка домой – мама в декабре справляла день рождения, и Андрею не терпелось поздравить ее; неожиданная встреча с патрулем, бегство от него по центральным улицам Саратова; яркая неоновая вывеска цветочного магазинчика, короткий разговор с девушкой-продавщицей…

Да, ее находчивость и милая внешность долго потом не давали покоя молодому курсанту. Едва дождавшись выходных, Воронов получил увольнительную и помчался в магазин, располагавшийся в четырех кварталах от КПП Авиационного училища.

Оксана сразу его узнала, заулыбалась. А он, подождав, пока торговый зал покинет единственный покупатель, подошел и протянул ей коробочку конфет:

– Это тебе.

А часа через полтора, дождавшись окончания рабочего дня, парочка отправилась бродить по улицам вечернего города…

Три месяца назад Андрей Воронов отметил свое сорокалетие. Сразу за юбилеем последовали экзамены в Академии Генерального штаба и долгожданный выпуск с торжественным присвоением воинского звания высшего офицерского состава – генерал-майор. Тогда же он получил и новое назначение на должность заместителя командующего ВВС 40-й армии.

В глубоком детстве Андрюшка обладал отталкивающей внешностью: угловатая фигура, покрытое веснушками лицо, оттопыренные уши, вздернутый нос. Впрочем, это не помешало ему стать заводилой и главарем уличных хулиганов. К выпускному классу школы фигура Андрея благодаря регулярным занятиям спортом выправилась и стала образцовой, черты лица сгладились, и многие одноклассницы с удивлением обнаружили, что за соседней партой сидит настоящий красавчик.

В его внешности действительно присутствовал легкий налет демонизма: гладкая кожа с ровным коричневатым загаром, темные слегка вьющиеся волосы, серо-голубые глаза, прямой нос над тонкими губами и завораживающий баритон.