Последыш
Шрифт:
И будущий муж Мариэль – выдающийся господин: маршал Бретани, один из самых богатейших людей Франции Жиль де Лаваль, барон де Рэ, Жиль де Райз, Жиль де Монморанси-Лаваль барон де Рец, господин Машекуля, Бенэта, Кутюмье, Бурнёф-ан-Рец, Буан, Сент-Этьен-де-Мер-Морт, Порник, Пранц, Вюэ, а также Тиффож и Шамптосе-сюр-Луар – это ли не завидная партия. Даже из дворца барон выезжал, как король: пажи в золочёных одеждах пышно несли родовые и государственные гербы, а перед ними слуги помельче, тащили фонарь и крест. За каретой барона следовало около двух сотен рыцарей, живших при замке. Это ли не собственный двор с пажами, слугами, лизоблюдством и интригами? Но такие помпезные выезды мог совершать
Барон недаром так себя превозносил – в недавнем прошлом он плечом к плечу воевал с самой Жанной д’Арк, и спас Францию от нашествия иноземцев. Это ли не заслуга перед Отечеством?! Правда, тесная дружба с женщиной-полководцем не прошла даром. Карл Седьмой Валуа, король Франции, предал Жанну и не препятствовал её сожжению разгулявшимися монахами страшного ордена святой инквизиции, выступавшими из-за такого случая на стороне англичан.
Шурочка почувствовала, что жених Мариэль когда-то относился к Жанне не как к собрату по оружию. Здесь таилось что-то большее, но что – этого понять было невозможно, потому что у жениха в других измерениях есть свои двойники и только им можно влезть в ментальное тело барона. А Шуре надлежало быть невестой этого таинственного человека. Знать судьба такая, то есть женская доля.
Единственно, что поняла Сашенька, барон всё же попытался спасти приговорённую к казни воительницу Жанну. Жиль де Рэ ворвался в город во главе тысячного войска, но Жанна была уже благополучно сожжена. Ей, приговорённой к смерти на костре, отказали даже в исповеди перед сожжением. Именно тогда барон понял, что инквизиторы, прикрываясь именем Божьим, вершат службу дьяволу, и что отомстить за сестру по оружию можно только, испросив разрешения у того же дьявола.
Так король Франции установил мир в затянувшейся войне с англичанами, а его маршал удалился от двора и уединился в замке Машекуль, что короля очень устраивало. Просто Его Величеству не хотелось без надобности казнить также и маршала. Но если бы тот не ушёл в отставку, то костёр для барона был уже заготовлен, ведь сам король неоднократно обращался к барону с денежными просьбами. А короли в долгу ходить не любят, тем более у вассалов. Собственно, французскому дворянину и маршалу не удалось-таки избежать очищения огнём, но уже по другой причине.
Жиль де Лаваль, барон де Рэ был близким другом Жанны д’Арк. В то же время он являлся маршалом Бретани, спасшим страну от погибели под башмаком чужеземцев-англичан. Маршал есть маршал, но и король есть король, от этого никуда не денешься. Барон де Рэ не мог повлиять на сумасбродство короля, хотя тот свои дела освещал, как стремление к миру.
Все эти сведения на Шурочку свалились как-то мигом. Она теперь знала, что двойняшку зовут Мариэль, что она анжуйская принцесса, что родные братья устраивают её замужество не столько ради заботы о сестре, сколько ради волнения о себе, что только Анна жалеет сестрёнку, потому как союз без любви никогда ещё не приносил ни одной женщине счастья.
Без любви! Саша снова принялась сравнивать себя с двойняшкой. Ведь как ни крути, а Мариэль ещё не познала, да и вряд ли познакомится с той теплотой, нежностью, лаской, тягой к любимому человеку, каким стал для неё Иннокентий Васильевич.
Девушка испытывала не просто влечение, а страсть к познанию мира. Именно через Белецкого Шура начала понимать мир, видеть его под разными ракурсами и с разных точек зрения. А такое обучение немалого стоит!
Узнав о Сашином друге, немногочисленные подружки, не сговариваясь, усиленно зафыркали, показывая общественное безоговорочное «Фэ», но девушке на это было ровным счётом наплевать, потому как в устройство своей жизни она не собиралась допускать никого,
– Если вам хорошо вдвоём, – говорила она, – то кому, собственно, какое дело? Разве могут эти безмозглые курицы, твои подружки, почувствовать что-то настоящее, человеческое, а не картинное выставление себя на продажу?
Женщина когда-то обязательно понимает, что только вдвоём с мужчиной они составят одно целое в этом мире и смогут не просто нарожать детей, а дать миру какую-то часть своей души, что позволит развиваться окружающим и ловить биологическую энергию, посылаемую из космоса. Уловителями могут стать только семейные пары. Недаром в Средние века во многих странах был утверждён Домострой, ибо эта наука семейной жизни влияла на порядок отношений в обществе. Несмотря на многочисленные войны, постоянно вспыхивающие там и тут, целостность семьи помогала сохранить нужный населению любой страны потенциал мирного сосуществования.
Только всегда в народе присутствуют особи, начинающие воевать меж собой, отбирая друг у друга остатки отпущенной им для развития жизненной силы. Кто ж знает, с кем человек должен составить то самое союзное сочетание, когда меж двоих навсегда исчезнет война и появится стремление дарить радость другим?!
Люди начали понимать сущность бытия только тогда, когда обратили внимание, что ни в одной войне, разыгравшейся на земле, не существовало победителей. Всегда те, кто, казалось бы, одержал блистательную победу над врагом, в результате оказывались отброшенными вниз на десятки ступеней развития.
То же самое происходит и в микромире, то есть меж двумя особями, старающимися создать свой мир, своё государство, свой таинственный остров. Если понимание приходит, то любой другой из окружающего мира сможет получить часть плодов из теплицы таинственного острова для собственного развития.
В этом девушка была совершенно согласна с бабулей и очень благодарна за понимание. Во всяком случае, бабушка с малых лет старалась вникнуть в девочкины проблемы и не чинить никаких безрассудных препятствий.
Может, причиной этому послужила Сашенькина мама, которую тоже звали Шурой?
А икона «Богородица, воскрешающая Русь», которую написала мама-Шура, до сих пор хранится в старообрядческом храме Покрова Богородицы, что на Рогожской заставе.
Старообрядцы спасли икону, но не смогли спасти создавшую этот Святой образ. Да кто бы смог, если охоту на художницу устроили аггелы Сатаны? Сколько бабушка ни пыталась отыскать следы дочери, сколько не исколесила инстанций – ни к чему это не привело. Всё везде сводилось к давнему российскому правилу, так любимому когда-то Иосифом Виссарионовичем: есть человек – есть проблема, нет человека – нет проблемы.
Бабушка ничего и не узнала о судьбе дочки, но имя и фамилию внучки отставила такими же – Александра Ослиная или просто Ослиная Шура. Девочку в школе пытались также дразнить, как и маму Ишачихой, но она живо сумела всех поставить на место, то есть расставить по местам, поскольку Шурочка всегда слыла непременной заводилой, и с ней сверстники считались. Умеющую постоять за себя девочку, теперь просто обходили стороной. Белая ворона – что с неё возьмёшь?
С Белецким она познакомилась необычайно и даже как-то очень просто. Был жаркий апрель, необычное состояние для вечно серого асфальтового города, а в набитых людьми вагонах метрополитена – духота кромешная. Шурочка возвращалась тогда то ли с какого-то светского раута, то ли просто из театра, делясь впечатлениями со стоящей рядом подружкой. Но решила всё же снять спенсер и хоть немного избавиться от духоты.