Постчеловек
Шрифт:
Понтифик со спины подходит к пленникам, накидывает колготки на шею мужчины. И начинает душить. Пленник пучит глаза и хрипит в кляп…
Воспоминания оборвались.
— Вы… ты… Пиздец! — Кэтька вскочила. — Бля,
Две пары глаз внимательно следили за ее перемещениями.
— Вот видишь, Катя, твой Федя был не таким уж и хорошим человеком! — осторожно сказал Виталий. — Согласись, я поступил правильно! По крайней мере, убийца твоих родителей получил по заслугам!
Кэт резко затормозила, встав посреди комнаты. Глянув на мужчину, угрожающе прищурилась и процедила:
— Значит, Кондор, ты был там, да? И все эти годы молчал, что мои родители были убиты, а не пропали без вести? А самое страшное — и сам принимал участие в их убийстве?!
— Нет, не принимал! Я просто сидел рядом, а убивал их Фе…
Не дослушав, Кэт вскинула пистолет.
Бах!
Голова Виталия дернулась назад. Через секунду безжизненное тело наемника рухнуло на пол.
— Папа! — Костя кинулся к отцу, приподнимая его голову
Кэт опустилась на кровать, кидая на парня редкие равнодушно-презрительные взгляды.
— Отстегни меня! Отстегни меня, тварь! Я убью тебя! Вот этими руками! Сука! Он не трогал твоих родителей! Зачем ты это сделала?! Ненавижу тебя, мразь!
Кэтька терпеливо ждала, пока Костя, давясь слезами, соплями и проклятиями, обессиленно затихнет. И наконец дождалась.
— Почти пятнадцать лет назад, — едва слышно заговорила она, — твой папа сказал: «Главное правило хорошего дела — не оставляй свидетелей». И знаешь, Котик… Пожалуй, я с ним согласна! — И подняла пистолет.
А Костя опустил глаза. Последнее, что он увидел перед выстрелом — тонкую полоску-татуировку в виде змеи, которая окольцевала лодыжку девушки и поедала собственный хвост.
Конец.