Поступь хаоса
Шрифт:
Я сажусь за стол:
— Праздник у них, что ли?
— Нет, — произносит Виола так, словно самое интересное впереди. — Не праздник. — Она достает хлеб, какие-то диковинные оранжевые фрукты и сладкий напиток красного цвета со вкусом ягод.
Я набрасываюсь на еду.
— Говори уже!
— Доктор Сноу очень славный, — сообщает Виола, как бутто я должен уяснить это первым делом. — Он хороший, добрый и много работал, чтобы тебя спасти. Это правда, Тодд.
— Понял. Дальше
— Музыка играет днем и ночью, — говорит Виола, глядя, как я ем. — Здесь, в доме, ее почти не слышно, но в центре деревни она грохочет так, что собственных мыслей не разберешь.
Я прекращаю жевать:
— Как в пабе.
— В каком еще пабе?
— Ну в нашем пабе, в Прент… — Я вовремя спохватываюсь. — Откуда мы родом?
— Из Фарбранча.
Я вздыхаю:
— Хорошо, постараюсь не думать об этом. — Откусываю оранжевый фрукт. — Чтобы заглушить Шум, в пабе моего города постоянно крутили музыку.
Виола кивает:
— Я спросила доктора Сноу, зачем они это делают, и он ответил так: «Чтобы мысли мужчин оставались при них».
Я пожимаю плечами:
— Грохот жуткий, но ведь помогает, согласись. Чем не способ борьбы с Шумом?
— Мысли мужчин, Тодд, — говорит Виола. — Мужчин. И старейшины, которые придут за твоим советом, тоже все мужчины.
Меня посещает жуткая мысль.
— Неужели и здесь все женщины умерли?
— Да нет, женщины тут есть, — отвечает Виола, вертя в руках столовый нож. — Они готовят, убирают, рожают детей — и все живут в одном большом общежитии за городом, чтобы не мешать мужчинам.
Я кладу вилку с мясом обратно в тарелку:
— Слушай, я что-то в этом роде видел выше по реке, когда искал тебя. Мужчины спали в одном здании, а женщины — в другом.
— Тодд, — говорит Виола, глядя мне в глаза, — они не желают меня слушать. Ни слова всерьез не воспринимают. На армию им плевать. Как сговорились: называют меня девонькой и чуть по головке не гладят, черт возьми! — Она скрещивает руки на груди. — А с тобой они согласились поговорить только потому, что заметили на дороге караваны беженцев.
— Уилф, — говорю я.
Она удивленно и внимательно изучает мой Шум.
— Вот как… Нет, его я не видела.
— Погоди минутку. — Я запиваю мясо сладким напитком. У меня такое чувство, бутто я триста лет ничего не пил. — Как мы умудрились настолько обогнать армию? Если я здесь пять дней, почему они до сих пор нас не настигли?
— Мы плыли в лодке полтора дня, — говорит Виола, скребя ногтем по столу.
— Полтора дня!.. — задумчиво повторяю я. — Наверное, много миль проплыли.
— Очень много, — кивает Виола. — Я нарочно не останавливала лодку, мы плыли и плыли… Я боялась останавливаться в тех местах. Ты не поверишь, что там
Я вспоминаю предупреждения Джейн.
— Голые люди? Стеклянные дома?
Виола отвечает изумленным взглядом.
Нет. — Она кривит губы. — Просто жуткая нищета. Ужасная. Иногда мне казалось, что эти люди сожрали бы нас, если бы могли. Словом, я плыла и плыла, тебе становилось все хуже и хуже, а на второе утро и увидела на берегу реки доктора Сноу и Джейкоба: они вышли порыбачить. Из их Шума я поняла, что он врач. Знаешь, как бы странно местные жители ни относились к женщинам, здесь хотя бы чисто.
Я оглядываю идеально чистую кухню:
— Нам нельзя оставаться.
— Верно. — Виола кладет подбородок на руки и с чувством говорит: — Я так боялась за тебя! И еще я боялась, что вот-вот нагрянет армия, а меня никто не хочет слушать! — Она бьет кулаком по столу. — И мне было так плохо из-за… — Ее лицо искажает гримаса боли, и она отворачивается.
— Из-за Манчи, — договариваю я, впервые произнося его имя с тех пор…
— Прости меня, Тодд! — В глазах Виолы стоят слезы.
— Ты не виновата. — Я быстро встаю, отодвигая стул.
— Он бы убил тебя, — продолжает она. — А потом убил бы и Манчи — просто так.
— Давай не будем об этом, очень прошу, — говорю я, выходя из кухни и направляясь обратно в спальню. Виола идет за мной. — Ладно, я поговорю со старейшинами. — Я поднимаю с пола Виолину сумку и набиваю ее выстиранной одеждой. — А потом пойдем дальше. Не знаешь, далеко мы от Хейвена?
Виола улыбается:
— Идти всего два дня!
Я удивленно выпрямляюсь:
— Мы что, столько проплыли?
— Вот именно!
Я присвистываю. Два дня! Осталось каких-то два дня, и мы увидим Хейвен, что бы нас там ни ждало.
— Тодд…
— Да? — Я вешаю на плечо ее сумку.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что не сдался и пришел за мной.
Все вокруг замирает.
— Ерунда, — отвечаю я, краснея и отворачиваясь. Больше Виола ничего не говорит. — Ты как сама? — спрашиваю, по-прежнему не глядя на нее. — Очень испугалась?
— Да я-то… — начинает Виола, но тут хлопает входная дверь, и по коридору плывет мелодичное папа папа папа. Джейкоб не решается войти и виснет на дверном косяке.
— Папа велел тебя привести, — говорит он.
— Да ты что? — Я поднимаю брови. — Выходит, это я должен к ним прийти?
Джейкоб кивает с очень серьезным видом.
— Ну что ж, давай их навестим. — Я перевешиваю сумку и смотрю на Виолу. — А потом в путь.
— Точно, — кивает Виола, и ее тон меня очень радует. Мы уже выходим в коридор, когда нас останавливает Джейкоб.
— Только ты, — говорит он, глядя на меня.
— Не понял?
Виола опять сердито скрещивает руки.