Поступь Палача
Шрифт:
Наконец видеозаписи были доставлены, и собеседники сгрудились у компьютера. На экране появилась камера со стерильно-белыми стенами. В ней, кроме узкой койки и встроенного в стену унитаза ничего не было. На койке сгорбившись сидел растерянный парень лет двадцати с небольшим, он, судя по виду, не понимал почему он здесь, то и дело окидывая взглядом камеру и что-то неслышно шепча себе под нос. К сожалению, микрофоны ничего не уловили, придется вызывать чтеца по губам.
Белозерцев взъерошил свои длинные светлые волосы и тяжело вздохнул. Потом встал и принялся мерить камеру шагами, явно над чем-то напряженно размышляя. Минуты через полторы он вдруг остановился, откинул голову назад
До охранников быстро дошло, что происходит нечто необычное, и они ворвались в камеру еще до полного изменения Белозерцева. На их слова он не обратил никакого внимания, и охранники открыли огонь на поражение. Впрочем, это ничего не дало, пули бессильно падали у ног беловолосого. Однако не все – аналитик отметил, что, когда одежда узника еще не до конца изменилась, одна из пуль ударила в плечо, откуда плеснул фонтанчик крови, но тут же исчез.
Беловолосый медленно повернул голову к охранникам и слегка опустил очки, приоткрыв глаза на каких-то полмиллиметра. Четверо взрослых сильных мужчин тут же выронили оружие, медленно опустились на пол и застыли в нелепых позах. В здании надрывалась сирена тревоги – кто-то из охранников все же успел нажать на кнопку. Беловолосый вернул очки на место и исчез, словно его в камере никогда и не было.
К камере примчался наряд и кинулся помогать охранникам. Вскоре набежали еще люди, в том числе двое в белых халатах.
– Это уже неинтересно, – выключил воспроизведение Олег Филимонович. – Охранники, насколько я понял, живы.
– Живы, – подтвердил успевший прочесть переданный одновременно с видеозаписью рапорт Анатолий Максимович. – Без сознания. Беловолосый явно не хотел им вредить, просто отключил, чтобы не мешали. Другого вывода я сделать не могу.
– Что-то здесь не сходится… – покачал головой Борис Станиславович. – И сильно не сходится. Поведение Белозерцева было естественным, это я могу утверждать со всей уверенностью. А когда он превратился в беловолосого – оно полностью изменилось, как будто эти двое – разные личности. Шизофрения? Не рискну делать такой вывод, тем более что сейчас однозначно подтвердилось – мы имеем дело с чем-то сверхъестественным. Но…
– Что? – насторожился столичный гость.
– Не знаю, заметили ли вы, что в человеческой форме беловолосый не неуязвим?
– В смысле?
– В прямом, – почти незаметно усмехнулся Борис Станиславович. – Его ранили, я заметил одно попадание. Отсюда следует вывод – пока Белозерцев не преобразовался, его можно хотя бы ранить. И это дает определенную надежду на то, что мы сможем противостоять этому существу. Назвать его человеком, простите уж, не могу.
– Пожалуй… – скривился Мухин. – Скажи мне кто еще три недели назад, до всех этих событий, о таком, отправил бы в психушку провериться…
– Мы действительно имеем дело с чем-то неизвестным и даже не представимом до сих пор, – потер висок Олег Филимонович. – Но наша задача справиться с данным вопросом. При этом нельзя допустить, чтобы новые знания попали в руки наших западных «друзей». Да и информация из папок беловолосого тоже важна – она должна своевременно перехватываться.
Все трое поежились, представив, что какая-нибудь из оставленных странным существом папок попадет к журналистам. Пострадавших от беловолосого
– Хочу высказать еще одно предположение… – задумчиво произнес аналитик. – Камеру, в которой находился Белозерцев, не стоит оставлять без присмотра. Он может туда вернуться. Не просите меня объяснить, почему я так считаю, сам объяснить не могу, но проверить необходимо.
– Хорошо, – отметил что-то в своем блокноте начальник управления, он не любил новомодных электронных планшетов и по старинке пользовался записными книжками. – Но что делать, если он действительно вернется?
– Никакой агрессии! – встрепенулся Олег Филимонович. – Срочный перевод на объект Х27, вы знаете, о чем речь. Новых людей к делу старайтесь не подключать, пусть его ведут те же трое следователей, что и до сих пор, они неплохо себя показали. Только переведите Пенкина и Саенко из СК к вам, Анатолий Максимович, взяв с них все нужные подписки.
Он встал, нервно прошелся по комнате и на ходу продолжил:
– Теперь, когда личность беловолосого точно установлена, наша главная задача – договориться с ним. Очень важно понять, как он сделал все то, что сделал. Но если договориться будет невозможно, то… – столичный гость поежился. – То нужно будет задуматься о его устранении. Любой ценой. Ведь он может добраться не только до питерских бизнесменов, а и…
– Хочу обратить ваше внимание еще на один немаловажный факт, – с некоторым нежеланием сказал Борис Станиславович. – Раньше я говорил, что не могу сделать никаких выводов по поводу сходства Белозерцева, Алексеева и Духова, однако в свете новых фактов хочу посоветовать держать двух последних на виду. Вплоть до того, что призвать их снова на службу вместе со всем отрядом, причем опять же к вам, Анатолий Максимович. Предлог сами найдете.
– Одобряю! – кивнул Олег Филимонович.
– Хорошо, так и сделаю, – начальник управления записал еще несколько строк в записную книжку.
– Но и это не все! – поднял палец аналитик. – Необходимо запустить поиск на всероссийском уровне. Поиск похожих на Белозерцева людей – и мужчин, и женщин. Каждого обнаруженного следует брать на карандаш. Моя интуиция буквально надрывается, что их сходство означает что-то очень важное. Не могу пока объяснить, но считаю, что сделать вышесказанное нужно обязательно.
– Сделаем, – кивнул столичный гость. – Мы вам доверяем и ваши рекомендации выполним. Засим прощаюсь, мне нужно срочно связаться с Москвой. Прошу о любых изменениях ситуации немедленно сообщать. Это дело на контроле президента. Личном контроле!
Олег Филимонович быстрым шагом покинул кабинет. Оставшиеся двое проводили его взглядом и задумались каждый о своем.
– Так вы можете сообщить мне, что за странные шевеления у русских в Петербурге? – хмуро поинтересовался Роберт Хайчдаун у подчиненного.
– Кое-какая разрозненная информация поступила, – нехотя отозвался Джордж Кинси. – Но она слишком невероятна…
– Невероятна? Уточните.
– Да мистика какая-то, сэр…
– Мистика? – изумился Хайчдаун. – Что вы имеете в виду? Я вас не понимаю.
– По поступившим данным в Санкт-Петербурге появился некий мститель, уничтожающий богатых людей, – начал Кинси. – Причем этот мститель неуязвим ни для какого оружия. Ходит во всем белом и волосы имеет тоже белые. Вооруженных охранников размазывает по стенам одним движением. А виновных с его точки зрения помещает в туманные шары, висящие под потолком.